Фаина.

Движения были неторопливыми, почти автоматическими: включить чайник, насыпать кофе, добавить сахар — маленький ритуал, который хоть как-то скрашивал начало дня.

Пока закипал чайник, приоткрыла окно. Воздух был свежим от утренней росы, пах новым асфальтом и цветущими деревьями. Налила кофе в любимую кружку — ту самую, что когда-то урвала на распродаже мерча любимого сериала, — и села у окна.

Взгляд скользил по знакомому пейзажу: двор с припаркованными машинами, детская площадка, верхушки старых тополей, покачивающиеся на ветру. Всё было таким привычным, таким… одинаковым.

Мысли сами собой свернули в привычное русло. Последний месяц казался мне одним нескончаемым днём сурка: работа, дом, редкие вечера перед телевизором, снова работа. Даже с Людой мы толком не виделись — только короткие сообщения да пару звонков, где разговор с ней звучал устало.

Я невольно вспомнила тот звонок месяц назад. Тогда Люда предложила съездить на дачу в выходные. Я вздохнула и потёрла виски — голова раскалывалась.

— Люда, я не могу, — тихо ответила я. — Я простыла. В другой раз, ладно?

В трубке повисла пауза.

— Да, конечно, — прозвучало наконец. — Ну… тогда я сама съезжу. Надо грядки полить. А ты поправляйся.

Прошла неделя. Тут уже я набрала её.

— Люда? Привет. Я на выходные хочу съездить на дачу… поедешь?

На другом конце провода послышался тяжёлый вздох.

— Фанька… Извини, не получится. Работы поднакопилось, да и сил совсем нет. В общем, не выкроить время.

Я молча кивнула сама себе.

— Понятно… — прошептала я.

Мы молчали. В тишине было слышно только наше дыхание.

Потом она заговорила снова, голос чуть оживился:

— Слушай… А давай по очереди? Ты в эти выходные — я в следующие. Так хоть участок не забросим, и у каждой будут свободные выходные.

Я посмотрела в окно — там, за стеклом, первые капли дождя ударили по подоконнику.

— Да… Да, давай так, — ответила я чуть твёрже. — По очереди. Так лучше.

И я поехала туда одна — присмотреть за огородом и домом. Хотелось побыть одной, попытаться разложить свои мысли по полочкам. Вспоминались наши короткие разговоры.

Сделала глоток кофе. Горячий, чуть горьковатый — как моё настроение в последние недели. Серость будней словно оседала на плечах тяжёлым камнем. Ни новых впечатлений, ни неожиданных встреч, ни даже маленького приключения — только расписание, обязанности и бесконечный список «надо»: сделать план, оплатить счета, сходить в магазин… А ведь только начало лета...

За окном засигналила машина, где-то хлопнула подъездная дверь, послышались голоса. Я глубоко вздохнула, подошла к раковине, сполоснула кружку и направилась собирать вещи для дачи — сегодня моя очередь.

Достала старую клетчатую сумку и быстро собрала вещи: одежду, средства гигиены, аптечку, продукты, секатор новенький, перчатки, удобрения. Напоследок положила книгу, фонарик с пауэрбанком и спрей от насекомых.

Завершила сборы, осмотрела комнату. Взгляд скользнул по расправленной кровати, стулу, заваленному одеждой, и книжным полкам. На полке стояла фигурка волка, которую я недавно купила спонтанно в каком-то магазинчике. Серый камень с едва заметными прожилками, острые уши, глаза-бусинки. Я тогда взяла её почти машинально, пальцы осторожно обхватили фигурку, и она стала напоминанием о том, что те яркие дни — не сон. И сам волк — не сон.

Взглянула на часы — стрелки показывали без десяти девять. Пора выходить. Вышла из квартиры, тихо прикрыв за собой дверь.

По приезде припарковала машину чуть дальше от калитки, чем обычно.

— Что-то я промахнулась с парковкой, — проговорила, поглядывая в окно.

Выбравшись из салона, вдохнула полной грудью.

— Ну, вот я на месте, — произнесла, выдыхая.

Подойдя к калитке, я заметила силуэт, мелькнувший в окне. Сердце ёкнуло.

— Неужели кто-то вломился? — пробормотала себе под нос, и внутри всё сжалось от тревоги.

Быстро распахнула калитку, её ржавые петли скрипнули, будто предупреждая об опасности. Заскочила на крыльцо, на ходу подхватив стоявшую у входа лопату. Пальцы судорожно сжали черенок: в этот момент она казалась единственным шансом защитить себя и наш маленький уголок.

— А ну-ка брысь отсюда, пока ноги целы! — крикнула я и, рывком распахивая дверь, ворвалась в дом.

Замахнулась своим импровизированным оружием. Взгляд заметался по комнате: знакомая сумка с вещами, кроссовки... В этот же момент раздался крик:

— Ааа! — Люда отпрыгнула в сторону, запустив в полет ложку, которая четко зарядила мне в лоб. — Фаня?! Ты что творишь?! Да чтоб тебя…! Ну ты и напугала, чёрт побери! Чтоб тебя…… и не раз, и пожестче… — она глубоко вздохнула и тряхнула головой. — Ты с ума сошла?!

Я выронила лопату, и она удачно прошлась по моему затылку черенком.

— Ай, больно, — вскрикнула я, поглаживая голову и лоб. — Люда?! Ты… ты что тут делаешь?

— Что я делаю?! — она всё ещё тяжело дышала, пытаясь прийти в себя. — Это мой вопрос! Я приехала, как договорились — в свои выходные! А ты на меня с лопатой! Ты меня чуть до инфаркта не довела! Ещё чуть-чуть — и я бы в окно выпрыгнула, честное слово!

Я замерла.

— Ой… — только и смогла вымолвить я. — Я… я перепутала выходные. С этой работой совсем запуталась, когда приезжала, когда нет.

Люда прижала руку к груди, всё ещё бледная, потом подошла к столу.

— Ну ты даёшь, — выдохнула она. — Я себе чай наливаю, думаю: «Как хорошо, тишина, покой…» — и тут врываешься ты, как в боевике!

Мы посмотрели друг на друга. А потом одновременно рассмеялись — сначала неуверенно, а потом всё громче, пока смех не заполнил весь дом.

— Прости, правда, — я нагнулась поднять ложку и лопату, подошла к подруге. — Я так испугалась, когда увидела силуэт…

— Да уж, — Люда махнула рукой, всё ещё посмеиваясь. — Зато теперь у нас есть ещё пара седых волос.

— Знаешь, — я посмотрела на подругу, — раз уж мы обе тут, то нам суждено провести эти выходные вместе в конце концов.

— Да. Мне кажется, нам обеим нужно поговорить, — чуть тише сказала Люда.

— Согласна, — я слегка улыбнулась. — Тогда я сейчас из машины всё выгружу, переоденусь, и сначала мы пройдемся по огороду, а вечером поболтаем.

— Договорились, — проговорила Люда.

Я вышла на улицу, поставила лопату на место и пошла доставать из багажника рюкзак и пакет с продуктами. Люда тем временем нашла в шкафу две старые футболки — с надписью «Я эту дуру не знаю» — и пару шорт.

— Вот, держи, — она протянула мне вещи. — В этом точно будет удобно.

— О, какая прелесть! — я натянула футболку и шорты. — Кажется, я её не надевала лет пять. Смотри-ка, прям тютелька в тютельку.

— Главное, что в тютельках не жмёт, — Люда тоже переоделась и покрутилась перед зеркалом. — Идеально.

— Ну что, метатель ложек, какие задачи на сегодня? — улыбнувшись, спросила я.

— О, у нас целый фронт работ, — Люда изобразила серьёзное лицо и ткнула пальцем в сторону грядок. — Сначала — прополка третьей грядки с морковкой. Она бунтует: сорняки выше, чем сама морковка. Потом — полив. И, самое важное, — сбор уже созревшей клубнички, пока не пропала.

Мы направились к грядкам. Я взяла тяпку, Люда вооружилась небольшой садовой лопаткой — и работа закипела. Подруга сразу же опустилась на колени и принялась выдергивать сорняки.

— Смотри, — она продемонстрировала мне достаточно крупный сорняк, — вот он, главный враг моркови. Зловредный тип.

— Признаю его виновным и приговариваю к изгнанию с участка! — объявила я, наблюдая, как он летит в ведро.

Мы продолжали работать бок о бок.

— Люда, ты опять оставляешь корни! — «строго» заметила я.

— А ты, Фанечка, слишком аккуратно поливаешь. Растения подумают, что ты их не любишь!

— Зато я не заливаю их до состояния болота, как кое-кто в прошлом году!

— Эй, то был эксперимент!