— Именно так, — подмигнула Люда. — Вы же сами говорили, что нам нужен покой и восстановление. А вдвоём мы сможем идти в своём темпе, останавливаться, когда захотим, любоваться видами… и посекретничать.

Я кивнула, стараясь не рассмеяться:

— Да, и если нам станет тяжело, просто присядем на какой-нибудь пенёк и отдохнём.

Оборотень скрестил руки на груди, сделал вид, что обижен:

— Ну хорошо, раз уж вы так решительно настроены на самостоятельность… Но хотя бы возьмите с собой корзинку. Вдруг соберёте полевых цветов или ягод?

— Согласна, — улыбнулась я, пытаясь встать ещё раз, на этот раз более осторожно.

Люда хлопнула в ладоши, потом схватилась за поясницу:

— Ой, аккуратнее с аплодисментами… Вот это уже звучит как план!

Парни переглянулись и одновременно покачали головами. Фёдор вздохнул:

— Что ж, раз дамы решили нас оставить с делами, придётся смириться. Но с одним условием: вы будете держаться протоптанной тропы и вернётесь до заката. А то вдруг вы заблудитесь и нам придётся вас искать?

— Обещаем, — хором ответили мы с Людой.

Оборотень встал и принёс лёгкую плетёную корзину.

— Вот, возьмите. И… будьте осторожны, ладно? — обеспокоенно сказал он.

— Обязательно, — я взяла корзинку. — Мы будем двигаться медленно и аккуратно. Как две благородные черепахи на прогулке.

Мы направились к выходу. У самой двери я обернулась:

— Спасибо вам за заботу, ещё раз.

Перед нами простиралась долина — зелёная, солнечная, полная тайн и красивых видов.

— Ну что, — сказала Люда, потягиваясь. — О, а мне становится лучше! Чудеса! Так, к ручью или сразу на поляну?

— Давай к ручью, — предложила я. — Там, наверное, прохладнее.

— Отлично, — кивнула подруга, делая шаг вперёд. — Идем медленно, наслаждаемся каждым шагом. Сегодня наш день восстановления, видов и приключений!

Мы пошли по тропинке, осторожно ступая, время от времени останавливаясь, чтобы полюбоваться цветами у тропинки или послушать пение птиц. Боль в спине почти не напоминала о себе — движение и свежий воздух действительно помогали. И мазь, куда же без неё. Люда наклонилась, чтобы сорвать цветочек, но тут же выпрямилась:

— Нет, лучше не буду. Пусть растёт. А то ещё потянусь — и всё лечение насмарку!

— Мудрое решение, — рассмеялась я. — Сохраняем силы.

Мы медленно продвигались вперёд. Тропинка плавно спускалась к ручью, петляя между деревьев. Вода весело журчала, перекатываясь через гладкие камни. Я потянулась и подошла к ручью:

— О, какая прохладная водичка! — Я присела на корточки, разулась и осторожно встала в ручей. — Ах, какое блаженство! Люда, иди сюда, охлади ноги — это как мини-спа!

Подруга подошла ближе, с сомнением посмотрела на воду:

— А вдруг там какие-нибудь речные чудовища? Или гигантские пиявки?

— Ну же, не будь трусихой! Это же не купание, а всего лишь освежение нижних конечностей.

Люда вздохнула, разулась, вошла в воду и тут же расплылась в улыбке:

— Ой, здорово! Будто кто-то поставил кондиционер прямо под ступни.

Мы стояли так несколько минут, болтали ногами в воде и наслаждались прохладой. Вдруг Люда выпрямилась и вытянула шею:

— Фаня, смотри! За ручьём, на том берегу — кусты с ягодами!

Я прищурилась:

— И правда! Пойдём посмотрим, что там за ягоды.

Мы осторожно перебрались через ручей, не забыв захватить с берега корзинку. Ступая по гладким камням, Люда шла первой:

— Раз-два, раз-два… будто по подводному лабиринту идём! Главное — не поскользнуться и не устроить фонтан из брызг.

— Ты прямо морская нимфа, — хихикнула я, следуя за ней.

Оказавшись на другом берегу, мы направились к кустам.

— Смотри, какие огромные листья! — восхитилась Люда. — Будто зонтики. Можно будет сорвать парочку — если вдруг начнётся дождь, используем как укрытие.

— Практично, — рассмеялась я. — Но сначала ягоды. О, это малина! Какая крупная! — закинув одну ягоду в рот. — Ммм, и сладкая какая.

— Тебя не учили не совать в рот всё, что видишь? — ехидно спросила Люда. — А ты уверена, что это малина? Вдруг это какая-нибудь ягода, от которой уши станут как у осла, а нос начнёт светиться в темноте?

Я рассмеялась:

— Ну, уши у меня и так достаточно большие, чтобы слышать, как ты ворчишь. А насчёт свечения… Если вдруг начну светиться, сразу дам знать — пригодится вместо фонарика в темноте, а то как они здесь без электричества живут? На свечах разориться можно.

Люда подошла ближе к кусту, внимательно его осмотрела:

— Ладно, допустим, это действительно похоже на малину.

Осторожно сорвала ягоду, покрутила её в пальцах и отправила в рот.

— И правда вкусная, — промычала она. — Но впредь предупреждай, прежде чем устраивать дегустацию неизвестных плодов. Вдруг в следующий раз попадётся ягода, от которой голос станет как у утки?

— Тогда я буду единственной дамой во всей долине, способной давать советы и крякать одновременно, — хихикнула я. — Представляешь лицо Вольда?

Люда прыснула со смеху:

— «Добрый вечер, граф Вольдемар. Кря-кря, я принесла вам малину. Кря-кря, надеюсь, она вам понравится».

— И Вовчик ответит: «Кря-кря, благодарю, леди Фаина. Кря-кря, сейчас поставим чайник!»

Мы расхохотались, а потом принялись собирать ягоды уже всерьёз. Люда аккуратно складывала малину в корзинку, я следила, чтобы не пропустить самые крупные и сочные экземпляры.

Через некоторое время корзинка заметно потяжелела — теперь в ней красовалась малина. Мы уже собирались повернуть обратно, как вдруг Люда воскликнула:

— Фаня, смотри! Чуть дальше — полянка с ярко-красными ягодами! Похоже, это земляника!

Я пригляделась:

— И какая крупная, сочная… Будто специально нас ждёт!

— Всё, — решительно заявила Люда. — Мы не можем уйти, не оценив все дары леса. К тому же спина совсем не беспокоит — значит, организм сигналит: «Продолжайте исследование!»

— Какая сладкая! — Люда отправила ягоду в рот и блаженно зажмурилась.

— Согласна, — кивнула я, собирая ягоды в корзинку. — Если так пойдёт дальше, мы тут на неделю застрянем — будем дегустировать каждую третью ягоду! Если не помрём, перепутав их с каким-нибудь местным аналогом.

Собирая ягоды и потихоньку продвигаясь дальше, мы не заметили, как постепенно начало темнеть.

— Люд, а ты запоминала дорогу? — спросила я, оглядываясь назад и вглядываясь в просветы между деревьями.

— Да мы вроде шли только прямо, — обернулась подруга. — Вон там должна быть поляна с малиной и ручей, — указала она рукой в сторону, которая казалась ей правильной.

— Давай возвращаться, а то уже темнеть начинает.

— Да, согласна, мы и так собрали почти полную корзину ягод, — улыбнувшись, потрясла корзинкой Люда. — Представляешь лицо Фёдора, когда он увидит этот урожай?

Мы направились в сторону, где, по нашим представлениям, должны были быть поляна с малиной и ручей. Но чем дальше мы шли, тем больше путались: знакомые кусты и деревья словно переместились, а тропа, по которой мы пришли, будто растворилась среди зарослей.

Выйдя на небольшую полянку, мы остановились. Вокруг уже сгустилась вечерняя синева, и первые светлячки начали мерцать среди травы.

— Не, Люд, мы, похоже, всё-таки заблудились, — разочарованно проговорила я, опускаясь на землю.

— Похоже, — устало согласилась она. — Может, покричим? — предложила Люда.

— Ты думаешь, нас услышат?

— Надеюсь, — поставив корзинку, произнесла Люда. — Главное, чтобы нас услышали Фёдор и Вова, а не какие-нибудь хищники, — нервно хихикнув, добавила подруга.

Мы переглянулись и одновременно вздохнули.

— Ладно, — решительно сказала я. — Давай попробуем. Раз… два… три!

— ФЁДОР! ВОВА-А-А! — закричали мы хором, стараясь придать голосу как можно больше уверенности.

Ответа не последовало — только ухнул филин где-то вдалеке и зашуршали листья.