Любопытство неприятно кольнуло Вику. Она вспомнила, как совсем недавно выбирала часы для Андрея. Тогда ей казалось, что подарок способен сделать счастливым. Сейчас мысль о любом подарке вызывала только усталость. Она тряхнула головой, прогоняя воспоминание, и вернулась к компьютеру.

Через час дверь кабинета открылась.

— Виктория.

— Да?

— Через десять минут созвон с инвесторами из Екатеринбурга.

— Уже подключаю.

Он кивнул и уже собирался уйти, когда в приёмную шумной компанией вошли сотрудники с коробкой торта.

— Герман Константинович!

Он остановился.

— Пять минут, — сказал Игорь, появляясь последним с бумажными тарелками. — Мир не рухнет.

— Это ещё не проверяли.

— Вот и проверим.

Несколько человек рассмеялись. Герман вздохнул так, словно соглашался не на поздравление, а на небольшую хирургическую операцию.

— Хорошо.

Торт поставили прямо на журнальный столик в зоне ожидания. Кто-то быстро разлил чай, кто-то начал фотографировать, а Игорь, не теряя времени, торжественно произнёс:

— Дорогой партнёр! Желаю тебе хотя бы раз в жизни уйти домой раньше девяти вечера.

— Нереалистичное пожелание, — спокойно ответил Герман.

— Тогда хотя бы перестать отвечать на письма в два часа ночи.

— Это уже ближе к фантастике.

Офис снова засмеялся. Вика стояла чуть в стороне. Ей казалось странным поздравлять человека, которого она знала всего несколько недель. Герман заметил её взгляд и неожиданно спросил:

— А вы почему молчите?

Она не ожидала вопроса.

— Потому что все хорошие пожелания уже разобрали.

— Значит, придумайте плохое.

Она улыбнулась.

— Желаю, чтобы хотя бы один день в году вам не пришлось ничего не контролировать.

В приёмной стало тихо. Игорь негромко присвистнул.

— Сильный ход.

Герман несколько секунд смотрел на Вику. Потом вдруг тихо сказал:

— Это самое трудное пожелание из всех.

Его голос прозвучал совсем иначе, чем обычно. Без привычной деловой отстранённости. Но уже через мгновение всё исчезло.

— Всем спасибо.

Он поставил пустую чашку на стол.

— Через пять минут продолжаем работать.

Когда сотрудники начали расходиться, Игорь задержался возле стола Вики.

— Осторожнее.

Она удивлённо подняла голову.

— С чем?

— Ты первая за долгое время сказала ему что-то, после чего он задумался.

— Это плохо?

— Пока не знаю.

Он усмехнулся.

— Просто раньше это никому не удавалось.

Вечером они снова задержались вдвоём.

Герман просматривал финансовые отчёты, Вика разбирала электронную почту. За окнами медленно темнело, кондиционер негромко шумел, а весь огромный офис казался непривычно пустым.

Неожиданно она вспомнила:

— Вы так и не съели свой кусок торта.

Герман не отрывался от экрана.

— Не люблю сладкое.

— Сегодня утром вы заказали эклер к кофе.

Он поднял взгляд. Вика поняла, что сказала лишнее.

— Простите... случайно заметила.

Несколько секунд он молчал. Потом неожиданно рассмеялся. Тихо. Почти беззвучно.

— Поймали.

— Значит, всё-таки любите?

— Нет.

Он закрыл ноутбук.

— Просто кондитерская возле офиса делает лучшие эклеры в городе.

— Это очень убедительное объяснение любви к сладкому.

Герман покачал головой.

— Не любви.

Он надел пиджак.

— Привычки.

Они вместе вышли из кабинета. Лифт ехал медленно. Когда двери открылись на первом этаже, Вика вдруг поняла, что они впервые уходят с работы одновременно.

Герман посмотрел на часы.

— Вы на машине?

— Нет.

— Тогда подвезу.

Она уже открыла рот, собираясь отказаться.

Но за стеклянными дверями ливень стеной обрушивался на вечернюю Москву, а ближайшая остановка находилась почти в десяти минутах ходьбы.

Вика посмотрела на дождь. Потом на Германа. И впервые за всё время работы ответила не как подчинённая.

— Спасибо. С удовольствием.

Ливень успел превратить парковку в зеркало, в котором отражались фары, вывески и редкие прохожие, решившие, что зонтик сегодня лишь декоративный аксессуар. Пока они дошли до машины, Вика всё равно промокла. Несколько капель стекли за воротник, волосы начали завиваться от влажности, а туфли тихо чавкнули, когда она села на пассажирское сиденье. Герман молча включил обогрев лобового стекла и климат-контроль. Машина наполнилась ровным шумом вентилятора. Никто не спешил начинать разговор.

— Адрес? — спросил он, когда автомобиль плавно выехал со стоянки.

Вика назвала улицу. Герман на секунду перевёл взгляд с дороги на неё.

— Далеко.

— Это единственное, что я сейчас могу себе позволить.

Он никак не отреагировал. Не сказал привычное «понимаю», не начал утешать. Просто кивнул и свернул на проспект. Именно за это молчание Вика вдруг ощутила благодарность. Жалость всегда была тяжёлой. Она ложилась на плечи дополнительным грузом. А спокойное принятие чужих обстоятельств почему-то позволяло дышать свободнее.

Дождь почти остановил город. Навигатор то и дело перестраивал маршрут, предлагая объехать очередной затор, но через несколько минут выяснялось, что новый путь ничуть не быстрее старого. Они медленно ползли по вечерним улицам, наблюдая, как люди перебегают между навесами, прячут лица под папками с документами и безуспешно пытаются поймать такси.

— Можно вопрос? — неожиданно спросила Вика.

— Можно.

— Почему вы никогда не спрашиваете, что произошло между мной и бывшим мужем?

Герман не ответил сразу.

— Потому что, если захотите рассказать, расскажете сами.

— А если нет?

— Значит, это не моё дело.

Она повернулась к окну.

— Большинство людей любопытнее.

— Большинство людей любят истории.

— А вы?

Он перестроился в соседний ряд.

— Я люблю факты.

Вика тихо усмехнулась.

— Это очень директорский ответ.

— Других пока не завезли.

Она рассмеялась. Совсем коротко, но искренне.

Через несколько минут машина остановилась возле длинного светофора. Справа, за мокрым стеклом, светилась витрина небольшой кондитерской.

— Подождите минуту, — сказал Герман.

— Что случилось?

— Сейчас вернусь.

Он вышел под дождь прежде, чем она успела что-либо спросить.

Вика проводила его взглядом. Он быстро пересёк тротуар, зашёл в кондитерскую и почти сразу исчез за дверью. Она смотрела ему вслед и пыталась понять, что именно её удивляет. Наверное, то, что человек, который расписывал день по минутам, вдруг спокойно тратил время на какую-то незапланированную остановку.

Через пять минут Герман вернулся с небольшим бумажным пакетом.

— Держите.

Вика растерянно приняла его.

— Что это?

— Эклеры.

— Те самые?

— Те самые.

Она непонимающе посмотрела сначала на пакет, потом на него.

— Но сегодня же ваш день рождения.

— Был.

— Тогда почему подарок получаю я?

Герман спокойно тронул машину с места.

— Потому что вы сегодня не дали сотрудникам купить мне ручку.

Она рассмеялась.

— Откуда вы знаете?

— Слышал, как они обсуждали.

— Мы правда хотели.

— Именно поэтому я ушёл на совещание.

Вика открыла пакет. Внутри лежали два больших эклера.

— Два?

— Один вам.

— А второй?

— Мне.

— Значит, всё-таки любите сладкое.

Герман покачал головой.

— Нет.

Она посмотрела на него с откровенным недоверием.

— Просто сегодня хороший день для эклеров.

Когда машина остановилась возле её дома, дождь уже почти закончился. Старый пятиэтажный дом выглядел сонным. Несколько окон светились тёплым жёлтым светом, возле подъезда сидел мокрый рыжий кот, явно рассчитывавший на чью-нибудь жалость.

— Спасибо, что подвезли.

— Не за что.

Она уже взялась за ручку двери, когда услышала: