Вика ненавидела корпоративы по очень простой причине: на них люди слишком старались выглядеть счастливыми. Мужчины громче смеялись над шутками начальства, женщины надевали платья, которые потом весь вечер незаметно одёргивали, официанты двигались быстрее гостей, а фотограф неизменно ловил момент, когда кто-нибудь жевал канапе с таким выражением лица, будто сожалел обо всех жизненных решениях сразу. Андрей подобные вечера любил. Он говорил, что сделки рождаются не за столом переговоров, а возле шоколадного фонтана и барной стойки. Вика спорить перестала года три назад. Она вообще многое перестала делать после свадьбы. Незаметно, понемногу, как человек перестаёт замечать шум холодильника, пока однажды не окажется в полной тишине.

Она остановила машину у ресторана и несколько секунд сидела, не выключая двигатель. На пассажирском сиденье лежала плоская коробка с дорогими часами, которые она купила Андрею неделю назад, откладывая деньги почти три месяца. Сегодня агентство отмечало крупную сделку, а через два дня у мужа был день рождения. Она решила объединить оба повода. Хотелось сделать сюрприз, приехать неожиданно, увидеть, как он растеряется, обрадуется, обнимет её при коллегах, а потом будет весь вечер украдкой смотреть на новые часы, словно ребёнок на долгожданную игрушку. Эта картинка была такой живой, что Вика даже улыбнулась собственным фантазиям, прежде чем заглушила двигатель и посмотрела на своё отражение в зеркале.

Тёмно-синее платье сидело именно так, как и должно было сидеть на женщине её комплекции: не пыталось обмануть никого ложной худобой, не утягивало до потери дыхания и не обещало чудес. Вика давно поняла, что одежда становится красивее в тот момент, когда перестаёшь ждать от неё спасения. Она поправила выбившуюся прядь, взяла коробку, сумку и телефон. На экране мигало сообщение от Андрея, отправленное почти час назад: «Буду занят до позднего вечера. Не жди». Она хмыкнула. Если сюрприз удался ещё до её появления, значит, вечер уже складывался неплохо.

В холле ресторана пахло дорогим кофе, полированным деревом и цветами, которые меняли здесь чаще, чем официантов. Девушка у стойки регистрации спросила фамилию, быстро нашла название агентства и, не задавая лишних вопросов, выдала ей гостевой бейдж. Значит, список приглашённых никто особенно не проверял. Андрей был прав: корпоративы существовали не для порядка. Они существовали для того, чтобы люди расслабились и случайно подписали следующий контракт. Из зала доносился смех, гремела музыка, ведущий кого-то объявлял со сцены. Вика прошла мимо украшенной фотозоны, где сотрудники старательно изображали непринуждённость, и машинально отметила, что почти всех знает по фотографиям. Она столько лет помогала мужу вести его рабочие страницы, что могла по памяти назвать имена половины коллектива, хотя вживую встречала лишь нескольких.

Андрея среди гостей не оказалось. Она обошла зал один раз, потом второй. Кто-то приветливо кивнул ей, кто-то улыбнулся так, будто давно знаком, хотя наверняка не смог бы вспомнить её имени. Один из молодых менеджеров, слегка покраснев от шампанского, сообщил, что Андрей куда-то вышел с Леной. Услышав знакомое имя, Вика даже не насторожилась. Лена дружила с ней со времён университета, знала пароль от её телефона, кормила кошку, когда они уезжали в отпуск, и могла позвонить среди ночи просто пожаловаться на сериал. Скорее всего, Андрей показывал ей новую переговорную или жаловался на очередного капризного клиента. Люди ведь именно этим занимаются на корпоративах.

Подсобное помещение оказалось в конце короткого служебного коридора. Дверь была прикрыта неплотно, словно её забыли закрыть после того, как занесли очередной ящик с напитками. Вика уже подняла руку, собираясь постучать, когда услышала тихий смех Лены. Не обычный. Тот самый, которым женщины смеются, если стоят к человеку намного ближе, чем позволяют правила дружбы. Она не сразу поняла, что именно почувствовала в этот момент. Не ревность. Не страх. Скорее странное раздражение от того, что интонация оказалась совершенно чужой. Будто кто-то говорил голосом подруги, но слова принадлежали другой женщине.

Она толкнула дверь.

Мир не перевернулся. Не вспыхнул. Не рассыпался на куски. Он просто стал другим за одну секунду.

Андрей стоял вплотную к Лене. Его ладони лежали у неё на талии так привычно, словно нашли своё место уже не впервые. Лена подняла голову, и Вика увидела не испуг, а досаду человека, которого застали слишком рано. Муж медленно убрал руки, сделал шаг назад и открыл рот, однако не успел произнести ни слова. На небольшом столике рядом с коробками стоял одинокий бокал шампанского. Вика спокойно подошла, взяла его, сделала маленький глоток, почувствовала неприятную кислинку дешёвого игристого и поставила бокал обратно.

Потом посмотрела сначала на Лену, затем на Андрея и тихо сказала:

— Я всё поняла.

Она развернулась раньше, чем кто-либо успел её остановить. Позади послышалось собственное имя, затем быстрые шаги, но дверь уже закрылась. Вика прошла через праздничный зал, где ведущий как раз предлагал поднять бокалы за успех компании, улыбнулась девушке на регистрации, словно просто забыла что-то в машине, и вышла на улицу. Лишь захлопнув дверцу автомобиля, она положила лоб на руль и впервые за весь вечер позволила себе заплакать. Телефон дрогнул в ладони. Она открыла список контактов, нашла Машу и нажала вызов.

Когда подруга ответила, Вика несколько секунд молчала, пытаясь вернуть голос.

— Маш...

Она сглотнула.

— Мне нужны твоя диванная подушка... и вино. Очень много вина.

Вика успела проехать всего два светофора, прежде чем телефон начал настойчиво вибрировать. На экране один за другим вспыхивали вызовы Андрея. Первый она сбросила почти машинально. Второй просто дождалась, пока экран погаснет. После третьего перевела телефон в беззвучный режим и бросила его на пассажирское сиденье рядом с подарочной коробкой. Часы негромко стукнулись о пластик, словно напоминая о себе. Вика мельком посмотрела на упаковку и неожиданно рассмеялась сквозь слёзы. Смех вышел сиплым и совсем не весёлым. Получалось, она несколько месяцев копила деньги, чтобы подарить мужчине возможность точнее знать время, которое он проводит с любовницей.

Маша открыла дверь ещё до того, как Вика успела нажать на звонок второй раз. Видимо, смотрела в глазок с первой минуты после разговора. Она была в растянутой футболке с мультяшным енотом, с полотенцем на голове после душа и с таким выражением лица, будто уже мысленно составляла список подозреваемых в особо тяжком преступлении. Вместо вопросов она просто обняла Вику, осторожно забрала у неё сумку и коробку с часами, после чего молча повела в квартиру. Только кошка Бусинка, возмущённая поздними гостями, громко мяукнула из кухни, требуя соблюдать вечерний распорядок.

Вино уже стояло на столе. Рядом лежала шоколадка, пакет солёных чипсов и огромная коробка мороженого. Маша никогда не пыталась изображать психолога. Она считала, что сначала человеку нужно дать поесть, а потом уже выяснять, почему он решил разрушить свою жизнь или почему жизнь решила разрушить его. Вика села на кухонный стул, положила ладони на столешницу и вдруг поняла, что до сих пор крепко сжимает в кулаке автомобильные ключи. Костяшки побелели так, словно ей пришлось ехать через весь город, отбиваясь от медведей.

— Ну? — тихо спросила Маша, разливая вино по бокалам.

— Андрей спит с Леной.

Маша застыла с бутылкой в руках. Несколько капель упали на стол, но она даже не заметила.

— С какой Леной?

Вика подняла на неё взгляд.

— У нас ведь, оказывается, несколько Лен.

Бутылка медленно опустилась на стол.

— Подожди... нашей Леной?

— Других подруг, которым я доверяла ключи от квартиры, у меня вроде не было.