Она на секунду закрыла блокнот.

— Мне кажется, мы ищем проблему не там.

В комнате стало совсем тихо.

— Продолжайте.

— Клиент трижды переносил встречу за последний месяц. Каждый раз ему отвечали разные сотрудники. Каждый раз ему приходилось заново объяснять ситуацию. Последнее письмо вообще подписал человек, с которым он раньше не общался.

Руководитель продаж нахмурился.

— И что?

— Для нас это четыре письма.

Она посмотрела на распечатки.

— Для него это ощущение, что его никто не помнит.

Герман ничего не сказал. Вика перевернула ещё несколько листов.

— И ещё.

Она нашла нужную страницу.

— Вот здесь.

Все наклонились вперёд.

— В первом коммерческом предложении менеджер пишет: «Мы будем сопровождать сделку лично». Во втором письме: «Наш отдел свяжется с вами». В третьем: «Ваш вопрос передан ответственному специалисту».

Она подняла взгляд.

— Чем дороже покупка, тем сильнее человеку хочется знать, что он разговаривает с живым человеком, а не путешествует между отделами.

За столом повисла длинная пауза. Первым нарушил её Игорь.

— Чёрт.

Герман спокойно спросил:

— Почему «чёрт»?

— Потому что она права.

Он повернулся к руководителю продаж.

— Когда последний раз с клиентом разговаривал один и тот же человек?

Тот открыл календарь. Полистал. Побледнел.

— Полтора месяца назад.

Герман закрыл папку.

— Тогда план меняется.

Он посмотрел на Вику.

— Через десять минут поедем к клиенту.

Она удивилась.

— Мы?

— Да.

— Но...

— Вы только что объяснили, в чём проблема.

Он поднялся.

— Теперь попробуем её решить.

Офис клиента находился в старом особняке недалеко от Чистых прудов. Владелец компании встретил их без улыбки. Мужчина лет шестидесяти выглядел уставшим человеком, которому за последний месяц пришлось повторять одно и то же слишком много раз.

Герман не стал открывать ноутбук. Не достал презентацию. Не начал говорить о выгоде. Он просто сказал:

— Мы приехали извиниться.

Вика бросила на него быстрый взгляд. Такого начала она не ожидала. Клиент тоже.

— Интересно.

— Мы действительно плохо вели эту сделку.

Герман говорил спокойно.

— И виноваты не документы.

Он кивнул в сторону Вики.

— Нам сегодня указали на настоящую проблему.

Мужчина перевёл взгляд на неё.

— Вы работаете недавно?

— Да.

— Тогда почему заметили то, чего не увидели остальные?

Вика чуть улыбнулась.

— Потому что ещё не привыкла считать это нормой.

Клиент неожиданно рассмеялся. Впервые за встречу. Разговор занял почти час. Они почти не обсуждали недвижимость. Говорили о людях, ответственности и доверии.

Когда сделка была спасена, а новый график подписан, мужчина проводил их до двери.

— Берегите её.

Герман вопросительно посмотрел на собеседника.

— Таких сотрудников сейчас мало.

Уже в машине Герман долго молчал. Потом спокойно сказал:

— Поздравляю.

— С чем?

— Сегодня вы принесли агентству несколько десятков миллионов рублей.

Вика фыркнула.

— Звучит слишком громко.

— Нет.

Он завёл двигатель.

— Просто вы пока ещё не привыкли оценивать свою работу.

Она отвернулась к окну, чтобы он не заметил улыбку. После развода ей впервые кто-то сказал, что она чего-то стоит. Не потому, что была чьей-то женой. Не потому, что оказалась удобной. А потому, что хорошо сделала свою работу.

И именно это признание почему-то оказалось важнее всех комплиментов, которые она слышала раньше.

После истории с крупным клиентом офис будто окончательно перестал воспринимать Вику как «новенькую». Изменение было почти неуловимым, но очень заметным в мелочах. Руководители отделов больше не спрашивали, можно ли оставить документы у неё на столе. Менеджеры перестали объяснять очевидные вещи. Даже курьер, который два месяца подряд неизменно интересовался, где найти секретаря, теперь здоровался с ней по имени. Она не стремилась стать своей. Это произошло само собой.

Герман, напротив, словно сделал шаг назад.

Он не стал чаще улыбаться, не начал разговаривать о личном и не превратился в добродушного начальника. Более того, после успешной сделки он стал требовательнее. Теперь задания приходили без пояснений, сроки сокращались, а вопросы становились сложнее. Вика быстро поняла закономерность. Чем больше он доверял человеку, тем меньше опекал его.

В среду утром он вышел из кабинета с двумя папками.

— Сегодня будете вести встречу.

Она подняла голову.

— Я?

— Да.

— Одна?

— Нет. Я буду рядом.

— Тогда почему вести должна я?

Герман спокойно положил документы перед ней.

— Потому что клиенту нужен человек, который умеет слушать.

— А вы?

— Я умею спорить.

Вика не удержалась от улыбки.

— Очень скромная самооценка.

— Проверенная практикой.

Клиентом оказалась семейная пара, которая почти месяц не могла решиться на покупку квартиры. Они приходили уже третий раз, меняли требования, спорили между собой и всякий раз уходили со словами «мы ещё подумаем». Менеджеры уже начали считать их безнадёжными.

Герман почти не вмешивался. Он сидел чуть в стороне, делая редкие пометки в блокноте. Разговаривала в основном Вика.

Первые пятнадцать минут они действительно обсуждали квартиры.

Следующие двадцать неожиданно ушли на школу для ребёнка, дорогу до работы, пожилую маму, которая боялась переезжать, и любимую пекарню возле нынешнего дома.

Когда супруги ушли, так ничего и не подписав, Вика виновато посмотрела на Германа.

— Простите.

— За что?

— Сделка опять не состоялась.

Он закрыл блокнот.

— Состоится.

— Откуда вы знаете?

— Они уже выбрали квартиру.

Она удивлённо посмотрела на него.

— Тогда почему не купили?

— Потому что ещё не попрощались со старой жизнью.

Вика улыбнулась.

— Это же мои слова.

— Именно.

Он спокойно надел пиджак.

— Значит, начинаете разбираться в профессии.

Через два часа супруги позвонили сами. Согласились на сделку.

Во второй половине дня Игорь заглянул в приёмную с необычно серьёзным выражением лица.

— Гер у себя?

— Да.

— Если будет спрашивать, меня нет.

— Вы же сами пришли…

— Вот именно.

Он вздохнул и всё-таки вошёл. Дверь кабинета закрылась. Сначала разговор шёл спокойно. Потом голоса стали громче. Не крики. Скорее люди, которые давно знают друг друга и уже не считают нужным выбирать выражения.

Вика не пыталась подслушивать. Но отдельные фразы всё равно долетали.

—...не собираюсь...

—...это плохая идея...

—...ты снова делаешь то же самое...

Через несколько минут дверь резко открылась. Игорь вышел первым. Заметив Вику, он сразу улыбнулся. Слишком быстро. Слишком старательно.

— Не обращай внимания.

— Я и не обращаю.

— Молодец.

Он ушёл. Герман появился только минут через пять. Выглядел он совершенно спокойно. Только галстук оказался слегка ослаблен.

— Виктория.

— Да?

Вика открыла календарь.

— Хорошо.

Она уже начала печатать письмо, когда вдруг вспомнила фамилию.

— Это тот мужчина, которого вы не приняли несколько дней назад?

Герман на секунду замолчал.

— Да.

— Он ваш клиент?

— Нет.

Ответ прозвучал слишком коротко. Вика не стала продолжать. Герман редко уходил от вопросов. Если уходил, значит, действительно не хотел отвечать.

Вечером она задержалась всего на десять минут, чтобы закончить отчёт. Выключая компьютер, заметила, что дверь кабинета директора приоткрыта. Герман стоял у окна. В руках у него была старая фотография. Он долго смотрел на неё, не двигаясь.

Потом аккуратно убрал снимок обратно в конверт, положил его в верхний ящик стола и закрыл на ключ.