— Да?

— Спасибо за командировку.

Она улыбнулась.

— За что именно?

Он ненадолго задумался.

— За то, что напомнили.

— О чём?

Герман посмотрел куда-то вперёд, на вечернюю улицу.

— Что работать можно не только эффективно.

Он не договорил. Но Вика поняла смысл. Иногда рядом с правильным человеком работа переставала быть единственным языком, на котором умеешь разговаривать.

Она вышла из машины с улыбкой, которая не исчезла даже тогда, когда дома снова открыла сообщение с незнакомого номера.

Под текстом появилась новая строка.

«Я завтра приеду к тебе.»

Утром Вика специально вышла из дома на полчаса раньше. Не потому, что боялась опоздать. Она не хотела встретить человека, который заранее сообщил о своём приезде так, будто по-прежнему имел право распоряжаться её временем. Пока лифт медленно спускался на первый этаж, она мысленно перебирала варианты. Если сообщение действительно отправил Андрей, он мог ждать во дворе. Если нет, тем более не стоило оставаться одной возле подъезда.

Во дворе никого не оказалось.

Она уже почти решила, что бывший передумал, когда знакомый голос окликнул её со стороны парковки:

— Вика.

Она обернулась.

Андрей стоял возле своей машины, держа в руках бумажный пакет из дорогой кондитерской. Выглядел он почти так же, как два месяца назад. Всё тот же дорогой плащ, аккуратная стрижка, часы, которые она когда-то помогала ему выбирать. Только лицо стало заметно уставшим, а под глазами появились тёмные круги. Вика поймала себя на неприятной мысли, что ещё недавно бросилась бы искать причину этой усталости. Теперь ей было всё равно.

— Ты меня заблокировала.

— Да.

— Поэтому пришлось писать с другого номера.

— Это многое объясняет.

Он неловко улыбнулся и протянул пакет.

— Здесь пирожные. Ты любишь...

— Нет.

Андрей замер.

— Не любишь?

— Не возьму.

Он медленно опустил руку.

— Вика, нам нужно поговорить.

— Мы уже говорили.

— Нет.

Он покачал головой.

— Тогда говорила только ты.

Она посмотрела на часы.

— Через двадцать минут мне нужно быть на работе.

— Я подвезу.

— Не нужно.

— Хотя бы выслушай.

Вика несколько секунд молчала. Потом спокойно ответила:

— Хорошо. Пять минут.

Андрей заметно выдохнул.

— Я совершил чудовищную ошибку.

— Согласна.

— Я не собирался разрушать семью.

— Но разрушил.

— Всё получилось...

Он запнулся.

— Не так.

Вика невольно усмехнулась.

— Это какая-то болезнь.

— Что?

— Вы все говорите одинаково.

— Кто "все"?

— Люди, которых ловят на измене.

Она спокойно смотрела ему в глаза.

— "Это не то, что ты подумала". "Всё получилось не так". "Я не хотел". У вас один учебник на всех?

Андрей опустил взгляд.

— Лена уже съехала.

— Поздравляю.

— Мы расстались.

— Это тоже не моя проблема.

Он нервно провёл ладонью по лицу.

— Я понял, что люблю тебя.

— Нет.

Она покачала головой.

— Ты понял, что потерял человека, который решал половину твоих проблем.

Он хотел возразить. Не успел.

— Кто сейчас отвечает клиентам ночью? Кто проверяет презентации? Кто напоминает тебе о встречах? Кто замечает ошибки в договорах?

Андрей молчал. Это молчание оказалось красноречивее любого ответа.

— Вот видишь.

Вика сделала шаг назад.

— Ты скучаешь не по мне.

— Это неправда.

— Правда.

Она говорила удивительно спокойно. Без злости. Будто обсуждала чужую историю.

— Раньше я бы поверила. Начала искать свою вину. Подумала бы, что стала хуже, чем была. Сейчас понимаю одну вещь. — Она посмотрела на него долгим взглядом. — Если человек изменяет, пока другой строит с ним жизнь, проблема не в том, кому изменили.

Андрей тяжело выдохнул.

— Ты стала другой.

— Да.

— Из-за него?

Вика нахмурилась.

— Из-за кого?

— Из-за своего директора.

Вот теперь она действительно удивилась.

— При чём здесь он?

— Люди говорят...

Она невесело усмехнулась.

— Какие именно люди?

Андрей отвёл глаза.

— Москва маленькая.

— Нет.

Она покачала головой.

— Рынок недвижимости маленький.

Он ничего не ответил.

— Между нами ничего нет.

Это была правда.

— Тогда почему ты так его защищаешь?

— Я защищаю себя.

Она посмотрела на часы ещё раз.

— Пять минут закончились.

Андрей сделал последний шаг вперёд.

— Я готов всё исправить.

Вика улыбнулась. Не насмешливо. Печально.

— Нет, Андрей.

Она впервые за разговор произнесла его имя.

— Некоторые вещи не ломаются.

— А что с ними происходит?

— Они заканчиваются.

Она развернулась и пошла к остановке, не оглядываясь.

До офиса она добралась почти вовремя, но настроение всё равно оставалось тяжёлым. Не из-за разговора. Скорее из-за того, что прошлое снова попыталось открыть дверь, которую она уже начала закрывать.

Когда Вика вошла в приёмную, Герман разговаривал по телефону. Увидев её, он коротко кивнул и продолжил разговор. Она села за компьютер, открыла календарь и только теперь заметила, что руки слегка дрожат.

Через несколько минут дверь кабинета открылась.

— Виктория.

Она подняла голову.

— Зайдите.

Герман закрыл дверь и положил на стол папку.

— Что произошло?

Она замерла.

— Простите?

— Вы сегодня дважды перепутали время встреч.

Вика растерянно посмотрела в ежедневник. Он был прав. С ней такого ещё не случалось. Она тихо выдохнула.

— Утром приезжал бывший муж.

Герман молча ждал.

— Хотел вернуть всё назад.

Он кивнул.

— И?

— Опоздал.

Ответ вырвался сам собой. Герман несколько секунд смотрел на неё.

— Хорошо.

Она удивлённо подняла глаза.

— Что именно хорошо?

— Что вы это понимаете.

Он забрал папку со стола.

— Остальное пройдёт.

Вика почувствовала странное облегчение. Он снова не стал задавать лишних вопросов. Не начал утешать. Не предложил советов.

Просто поверил ей.

После разговора с Андреем Вика ожидала, что ей станет легче. В книгах именно так обычно и происходило. Героиня ставила точку, уходила в закат и символически закрывала дверь в прошлое. В жизни точка оказалась больше похожа на запятую. Андрей перестал стоять перед глазами, зато в голове начали всплывать десятки мелочей, о которых она раньше не задумывалась. Она вспоминала, как однажды подготовила для него презентацию за одну ночь, а утром он представил её клиенту словами: «Мы тут кое-что набросали». Тогда ей показалось, что это совершенно нормально. Сейчас она не могла понять, как вообще согласилась стать человеком, которого постоянно прятали за местоимением «мы».

Работы было столько, что мысли приходилось отодвигать в сторону. Герман почти сразу увёз руководителей отделов на встречу с инвесторами, оставив Вике весь входящий поток звонков и документов. К полудню она успела решить четыре срочных вопроса, найти потерявшийся договор, убедить очень раздражённого клиента не расторгать соглашение до личного разговора с директором и объяснить курьерской службе, что коробка с макетами никак не может считаться «успешно доставленной», если она находится в Воронеже вместо Москвы.

Когда Герман вернулся, он задержался у её стола.

— Устали?

— Немного.

— Это заметно.

— Я старалась скрыть.

— Получилось плохо.

Она улыбнулась.

— Начинаю думать, что от вас вообще ничего нельзя скрыть.

Он посмотрел на неё спокойно.

— Можно.

— Что именно?

— То, что человек сам не хочет показывать.