Отшатнувшись, я вздрогнула, а вот обидевшему меня демону пришлось хуже. Он согнулся, получив по лицу, от его рыка содрогнулся воздух.

— Ах ты щенок!!! — Он поднял руку, и я задохнулась от черной магии, сгустившейся вокруг. Что бы ни случилось, а смертельные заклятия я всегда узнаю…

Однако плеть сверкнула еще раз сквозь наползающую хмарь, и демон захлебнулся собственной кровью. Она брызнула из его рта, а я зажала рот ладонями, впервые поняв, что означает фраза «разрезать пополам».

— Предупреждали же, — равнодушно заметил Вадим.

Он взмахнул рукой, ловко накручивая сверкающую плеть на запястье, а меня затошнило. Очень сильно! От демонической крови снег не покраснел, а зашипел, разъеденный черной кровью, всё случилось так внезапно, что закружилась голова. Я смотрела и смотрела на распахнувшиеся глаза демона, в которых еще тлела ярость, на то, что от него осталось, на то, что находилось внутри него…

— Вадим!.. — ахнула я, но меня тут же снова дернули за цепи.

Впрочем, стоило мне сделать запинающийся шаг, как оковы ослабли. Брат сцепил зубы, низко наклоняя голову, по его лицу скользнула тень.

— Мой господин. Мне жаль, я оступился. — В голосе Вадима не прозвучало ни сожаления, ни страха. Только равнодушие и досада.

И вскоре я поняла, почему все резко замолчали, собираясь вокруг нас.

— Оступился… — Медовый, равнодушный голос сочился ядом; пусть на лице Зареля и играла усмешка, но в каждом его слове звучал гнев.

Не спеша, зимний правитель поставил ногу на череп павшего, порыв ветра отбросил назад его светлые волосы. Он не смотрел на Вадима, но угроза, нависшая над моим братом, сгустилась как мрачные тучи над головой.

— Мой лучший воин… мертв. — Зарель искривился в отвращении, и под его ногой хрустнул череп. Но этого демону показалось мало; он усилил нажим, пока череп не треснул, рассыпавшись прахом.

Только тогда Зарель поднял голову и сузил глаза, разглядывая Вадима, как грязь под ногами.

— Ну и как же мне теперь поступить с тобой, Вадим?..

Свита Зареля была полна демонов, удивительно похожих на людей. Если бы не легкие признаки, вроде тонких хвостов и рожек, я легко могла бы спутать их со смертными, но были и те, кто отличался резко.

Такие отличия бросались в глаза: перекошенные лица и длинные когти, острые, как бритва, зубы. Но всем демонам был присущ необыкновенный, яркий взгляд, полный лихорадочного блеска, и, конечно, абсолютная, неприкрытая тяга к кровавым представлениям.

Демоны собрались вокруг нас, ожидая закономерной развязки; им было плевать на павшего товарища, как плевать и на жизнь Вадима. Меня бросило в холодный пот: они молчат. Молчат потому, что уверены — Вадиму не жить.

И пусть Зарель вел себя равнодушно и лениво, я знала, как он бывает опасен.

— Я понесу любое наказание. — Зачем Вадим такое говорит? Склонив голову, брат выглядел даже слишком спокойно для подобной ситуации. Ему жить надоело? — Велите слово.

— Вадим!.. — Я запнулась, перехваченная за цепи.

Споткнувшись, рухнула на колени, как подкошенная: мне не позволили даже приблизиться, чтобы встать на защиту брата! Как невеста, я ценный трофей. Зареля я безмерно бесила, но со мной он еще не наигрался, что давало мне какую-никакую, но защиту от его жестокости.

А вот у брата такой защиты нет. Я вздрогнула, когда Зарель, не размениваясь на предупреждения, щелкнул пальцами.

— Такая растрата… — лениво протянул зимний правитель.

Вадим не издал ни звука, зато во мне все перевернулось. Растрата? Повинуясь магии Зареля, брат захрипел, словно его перехватили за горло. Он вцепился руками в собственную шею, сцепил зубы, не издав даже вскрика.

Только ужасный, жуткий хрип, вырывавшийся из его горла. Зарель небрежно шевельнул рукой и брат приподнялся над землей; его ботинки скребнули снег, а скулы заострились.

Зарель убьёт его! Демоны в волнении подались вперед, радуясь очередной жестокой забаве… ну уж нет!

— Это я! Это я просила его, Зарель!!! Хочешь его убить, сперва со мной расправься!!! — Подхватившись с земли, я стиснула кулаки и с гневом посмотрела на зимнего правителя. — Или клянусь, я стану худшим твоим кошмаром! На все века!!! Разве я не будущая королева?!

Не думала, что мне придется к этому прибегнуть. Меньше всего на свете мне хотелось быть местной королевой, но что еще делать? Одна надежда на то, что Зарелю не захочется ронять престиж королевского трона, ведь, в конечном итоге, я и впрямь его «невеста».

Другое дело, что «невеста» в теории, да еще, скорее, вынужденная. Но Зарель, переведя на меня взгляд, вскинул брови. Он будто изумлялся моей наглости, но в то же время мои слова явно доставили ему непонятное удовольствие.

Небрежно махнув рукой, он отбросил Вадима назад — так, что тот упал на колени, — и тут же развернулся к своим подданным.

— Моя "королева" против, ну надо же! Что ж… смерть хорошая примета!

Мне никогда не понять демонов! Темные подданные загоготали, оценив черную шутку, но мне самой всё происходящее совсем, совсем не нравилось!

Выдохнув, я бросилась к брату, пользуясь тем, что обо мне на время забыли. Хотелось убедиться, что с ним все в порядке, что он не пострадал, что он дышит хотя бы! Да, он изменился. Да, принял демоническую суть.

Но это мой брат, проклятье! Я ему кое-чем, да обязана!

— Вадим… — Но склонившись, чтобы протянуть ему руку помощи, я вскрикнула. Меня оттолкнули так резко, грубо, неожиданно, что это полностью застало врасплох.

В который раз шлёпнувшись на землю, я зашипела и с гневным вопросом посмотрела в глаза склонившегося надо мной брата. Руки он не подал. Напротив, намотал цепи на свое запястье и потянул их так, что мне стало больно.

— Вадим мертв. Чем скорее ты с этим смиришься, тем лучше.

Это всё, что он сказал, прежде чем подняться и передать цепи в руки Зареля. Растерянность, гнев, разочарование — вот, что почувствовала в этот момент. Не так-то легко признать, что человек, которому я верила беззаветно, предал меня, как вещь, не стоящую внимания.

Вадим не оглянулся, удаляясь от меня. Ни единого взгляда, ни единого намека, что он по-настоящему меня помнит.

— Он сказал тебе правду, любовь моя. Вадим мертв, а здесь у тебя нет друзей. — Рука Зареля вцепилась в мои волосы, бесцеремонно поднимая на ноги. — Никого… кроме меня!

Я зашипела от боли и унижения. Все мужские взгляды сосредоточились на мне, Зарель привел сюда часть своего воинства, некоторые гарцевали на черных огромных конях, другие занимались чисткой доспехов и, судя по их глазам, принадлежали к смертным слугам.

Не сомневаюсь, зимнему правителю доставляло особое удовольствие демонстрировать меня всему своему сброду. Он позволил каждому на меня полюбоваться, и его не смущало, что на мне порванная ночная рубашка, мало что сейчас скрывающая.

Ему просто нравилось мое унижение, вот и всё.

— Держите ее, чтобы не брыкалась, — он пресек мое сопротивление и толкнул к двум подданным. Не задавая вопросов, они перехватили мои руки, пришёл черед Зареля меня осматривать.

Он сделал ко мне шаг, и ветер отбросил назад его волосы. Цепкий взгляд ледяных глаз охватил меня сперва полностью, а потом на каждом смущающем месте. Бедра... Пах... Живот...

— Как вам моя «королева»? Ладно скроена, так? — он по-хозяйски накрыл мою грудь и сквозь ткань зажал двумя пальцами отвердевшую от холода горошинку соска. Я дернулась, повеселив его. — И горячая.... Пожалуй, я получу удовольствие от процесса ее укрощения.

Он отошел на шаг и развел руки.

— Вы все! Можете на нее полюбоваться! — крикнул он, и его голос подхватили похотливые смешки.

А Зарель, резко помрачнев, шагнул обратно. Его взгляд хлестнул яростью, он наклонился и внезапно зло поцеловал меня, до боли. Я плотно стиснула зубы, но демон и не нуждался в ответе. Укусив мою губу, он сплюнул кровь и посмотрел в мои глаза тем особенно жестким взглядом, который я помнила, когда под его рукой умирал отец.