— Алатара, знаю. Забудь о нем. Но тебе придется кое-что сделать...

— Что? Что я могу?

— Будь ему покорна, мой феникс. Позволь свадьбе случиться...

— Что?! — Я встрепенулась, не ожидая этого. Но вместе с моим вскриком в сон ворвался металлический лязг двери.

Сон вдруг рухнул звенящими осколками. Успела увидеть досаду на лице Леодара — и тут же нахлынула тьма... Я перевернулась, упав с кровати, припала к полу, ожидая, что вот-вот распахнется дверь...

Но лишь узкий луч света скользнул в приоткрывшееся окошко.

— Приведи себя к вечеру в порядок. Явишься к хозяину! — рявкнул голос снаружи.

— К хозяину?!

— Что, целочка, в ожидании, небось? Молись, чтобы тебя оттрахали во все дырки, хозяин теряет терпение, может и голову свернуть!

Окошко захлопнулось, а я, сев, прижала ко рту руку.

Я уже далеко не «целочка», и Зарелю это известно. Леодар показал мне, как может быть приятна близость с мужчиной, а Зарель показал, как эта близость может быть омерзительна.

И хуже всего, я не знала, насколько защищена от нежелательных проникновений. Сон всегда может оказаться просто сном, нестабильная, ускользающая материя, но… Все мое тело горело, а сильнее всего…

Помедлив, нырнула рукой за пояс и коснулась набухшего клитора. Так всегда бывало после секса с Леодаром: я становилась мягкой и податливой, разомлевшей душой и телом.

От одного касания меня сотряс новый оргазм, тело с готовностью окунулось в только что пережитые ощущения, и я прикусила губу, чтобы сдержать громкий стон. Подогнула пальцы ног и запрокинула голову, чувствуя, как внутри разливается демоническая магия, еще не успевшая усвоиться до конца.

— Это правда был не сон! — воскликнула я в пустую комнату.

Как Леодару это удалось? Он действительно овладел мной прямо во сне?

Да еще так овладел, так что и спустя пять минут после пробуждения меня сотрясала мелкая дрожь. Хорошо, что за мной явятся только вечером, сейчас просто не поднялась бы на ослабевшие ноги!

Но насчет свадьбы… Уступить Зарелю?

Всё в случившемся сне было странным, от невозможной реальности — до внезапного головокружительного секса. Но самым странным были эти слова… разве Леодар, мой Леодар, сказал бы такое?

Или он... решил, что меня все равно не спасти, а потому советует стать женой Зареля?

Я терялась в догадках, но, стоило понять, что сон был более, чем реален, как мои губы дрогнули. Ведь не может же Леодар подталкивать меня к этому? Разве он не будет ревновать, если Зарель при всех демонах возьмет меня, как супругу?

Ведь именно это и подразумевает демоническая свадьба.

— Лео... - прошептала я в пустую комнату.

Наверное, я не так все поняла. Наверное, эти слова были лишь частью фразы…

Но внезапно в голову закралось маленькое, однако тревожное сомнение.

Во снах ты можешь быть, кем угодно. Выглядеть, как захочешь. Все зависит лишь от пожеланий сновидца.

А что если… что, если этой ночью ко мне пришел вовсе не мой Леодар? Как могу быть уверена, что это был не Зарель под чужой личиной?..

Все, что было видно в маленькое зарешеченное окошко, так это тусклое зимнее солнце, угасающее от часа к часу. Мне не было предоставлено ни толковой кровати, ни нормального стола. Четыре стены — и дверь; сколько бы ни пыталась пробиться на волю, все мои попытки заканчивались крахом.

Зарель постарался на славу, чтобы сделать меня послушной пленницей. Я приподняла руки и с отвращением посмотрела на звякнувшие кандалы. Сеть искр пробежалась по магическим браслетам и угасла, не оставив следа.

Теперь понимаю, что чувствовал Леодар, вынужденный таскать на себе нечто подобное. Только ему закрыли путь в Аристол, а мне заблокировали магию.

— Иди ты, Зарель!..

По идее, сейчас, как добропорядочная невеста, я должна чистить перышки и предвкушать встречу с будущим мужем. Но я далека от добропорядочности, как и Зарель моим мужем никогда не станет, клянусь!

Встав, я прошлась от окна к двери и обратно, это заняло ровно три шага. Когда-то давно, когда мне было пять лет или около того, всё было иначе. В тот день отец заказал мне огромный торт в мой рост, до сих пор помню чувство грядущей сказки, дети любят день рождения.

В тот день я возненавидела этот праздник.

Но с утра все было так хорошо. Любимый отец и брат, оберегавший меня. Старый родовой дом, с его скрипящими половицами и секретами. А вот белое платьишко с красным большим бантом болталось на мне чересчур свободно.

— Загадывай желание… это твой день, дочь!

Отец редко улыбался. О чем может загадать девчонка пяти лет от роду?

Демоны пришли вечером. Они легко разобрались с охотниками, всегда охранявшими нашу семью. Дверь вспыхнула пламенем, дорожки огня быстро разбежались по дому; жгучая вьюга закружилась в помещении, круша всё на своем пути.

Зарель всегда приходил со свитой, всё делал чужими руками. Отец расправился с основной группой врагов, но замешкался, его рука дрогнула, когда он понял, что к нам пожаловали далеко не только демоны.

— Ты... человек?

Его удивление можно было понять: ну конечно, что делать с демонами, знал любой охотник, тем более тот, кто связал свою жизнь с фениксами. Тогда о фермах смертных рабов, что в северных землях Аристола, почти никто не знал…

И это стоило отцу жизни.

Я до сих пор помнила пятна крови на белоснежном платье. Помнила, как вонзился клинок в грудь отца, помнила свой ужасный крик и чувство отчаяния.

С детской наивностью я бросилась на убийцу. Дар только начинал пробуждаться во мне, но этого хватило, чтобы Зарель отшатнулся, шипя от боли.

Мне казалось, этот красивый, жестокий мужчина, похожий на принца из сказки, но гнилой внутри, убьет меня сейчас же. Мне хотелось этого, не было ничего, на что я не пошла бы в тот момент, чтобы отомстить!

— Вот ты где, птенчик… — Но Зарель лишь перехватил меня за горло так, что помутилось в глазах, сжал до хруста костей. По его губам пробежалась злая усмешка, а ветер запутался в светлых прядях. — Однажды мы с тобой знатно повеселимся, девочка…

Последнее, что я услышала — это яростный крик брата… а последнее, что почувствовала — это испепеляющую боль в груди. В самом сердце. Там, где пульсировала боль от потери.

— Однажды ты будешь принадлежать мне, птенчик. Однажды я с тобой всласть наиграюсь…

Я никогда больше не загадывала желания. Этот день изменил всю мою жизнь, и порой внутри мелькал ужасный, мучительный вопрос.

Неужели мой загаданный принц — вот такой? С красивым лицом и уродливым сердцем?

— Проходи. — Скрежет двери заставил меня обернуться. Стиснув кулаки, я сосредоточилась: по силам ли мне вырваться из своей клетки?

На служанке было простое холщовое платье, на мой взгляд, слишком открытое. Ткань сползла с ее оголенного плеча, а когда вошедший следом демон по-хозяйски запустил свою лапу в глубокий вырез, грудь и вовсе выскользнула.

— Подготовь нашу принцессу побыстрее. Потом завернешь за угол и подставишь для меня свою милую задницу. Сегодня окажу тебе честь, девка.

Нетрудно догадаться, что за честь такая. Я нахмурилась, заметив, как полыхнуло заклятие принуждения; впрочем, оно было не так уж и нужно. По стеклянным глазам несчастной стало очевидно, что ее разум давно обработан: она выполнила бы, что угодно.

— Чудовище, — поцедила я, не удержавшись. Демон хмыкнул и, напоследок сжав округлость женской груди, шагнул ко мне. Я шарахнулась от его когтя, коснувшегося щеки.

— Не обижайся, пупсик, тебе я честь окажу тоже. Как только хозяин распечатает тебе все дырки...

— Если будет чем, — с вызовом отрезала.

— Какая дерзкая. А ну-ка я попробую, вдруг уже всё распечаталось?..

Демон схватил меня за руку и попробовал развернуть к стене, одновременно дернув ткань юбки, но пошатнулся от моего удара и взвыл, когда вилка взрезала его щеку.

Я же не только маг. Кроме пламени, могу и вилкой угостить. В глаз, допустим.