- Вот! Располагайся! Я тоже пойду спать. Доброй ночи!

- Доброй ночи! – ответила я, совершенно не желая ложиться. Что ж ты задумала, баронесса?

До полуночи я вертелась с одного бока на другой, не в силах заснуть. Интуиция подсказывала, что женщина не просто так поменялась со мной местами. А может она хочет меня убить?

От этой мысли мне сразу же стало тревожно, и я обняла саму себя, чтобы унять дрожь. Теперь точно я не засну.

Зажгла свечу и принялась читать одну-единственную книгу, что здесь нашла. «Дневник Адель Рочестер» - хм, даже не книга, а чей-то дневник. Неужто кого – то из родни баронессы? Судя по тому, как она назвала дочерей, это не дочь, но тоже родственница.

И хотя я знала, что читать чужие мысли нельзя, чтобы не заснуть, я перевернула страницу и принялась читать. Это были откровения восемнадцатилетней девочки. Ее мысли, ее эмоции. Наивные, в меру глупые. Но стоило перелистнуть десяток страниц, как зрение выхватило слово «яд». Я пригляделась.

«Какой я была дурой, как могла верить, что это приворотное зелье. Что я надела! Как мне теперь смотреть всем в глаза? Убийца!»

И вот с этого места мне стало очень любопытно и интересно. А, кажется, семейка нашей баронессы не так проста и чиста, как кажется. И чем больше читала, тем сильнее я в этом убеждалась.

И вдруг мое внимание привлек шум за окном. Я задула свечу, подошла ближе и присмотрелась. Какой – то темный силуэт прошел вдоль окна, затем спрятался за деревом, вновь вернулся. Поднял лестницу, поставил и полез на второй этаж.

Кто ж додумался оставлять лестницу, еще и снаружи? Я тихо выругалась. Хорошо, что сейчас в комнате сплю не я, а баронесса. Ее почему – то мне не было жалко. Особенно после того, что я прочитала о ней в дневнике. Так унижать и не любить свою дочь, что же это за мать?!

А силуэт тем временем поравнялся со мной, но не заметил, полез дальше. Судя по рукоятке кинжала, который сверкнул изумрудами в свете луны, с большой вероятностью к нам в гости пожаловал Генерал.

А ведь на втором этаже спит баронесса!

Что ж, я потерла руки, вот теперь и узнаем его намерения в отношения меня. Хочет зарезать или признаться в любви?

Признаться в любви это вряд ли. Остается – зарезать.

Я взяла массивный подсвечник и поспешила наверх. И хоть мне не нравилась баронесса, но убивать ее у меня на глазах не позволю.

Остановилась возле двери. Прислушалась. В спальне стояла тишина. Но вот послышался звук открываемых оконных створок, тихий звук от подошв на полу, грохот. А затем какая-то странная возня, прерываемая тяжелыми охами баронессы.

Мое сердце забилось.

- Он хочет ее убить!

Я распахнула дверь, готовая наброситься на убийцу, но то, что увидела, повергло меня в настоящий шок.

На кровати лежал Генерал, что-то нечленораздельно мыча, рядом сидела баронесса в ночной сорочке и видимо пыталась стянуть с дракона штаны.

Не веря своим глазам, хорошо, что был полумрак, я воскликнула:

- Что здесь происходит?!

Баронесса взвизгнула, Генерал замолчал. А затем раздался плачущий женский голос:

- Катя, как хорошо, что ты вошла! Этот дракон… Он… Он меня обесчестил… А учитывая, что муж прислал сегодня мне разводное письмо, теперь Генерал должен на мне жениться! Ты свидетель! Не уходи! Надо бы вызвать сюда старосту из деревни, чтобы он засвидетельствовал мой позор.

Я перевела взгляд на молча лежащего Генерала и подсвечник выпал у меня из руки, с громких грохотом падая на пол.

- Охх, никогда б не подумала, что стану невесткой своей лучшей подруги. – страдальчески запричитала баронесса, и полезла за артефактом связи.

А внутри меня все словно оборвалось. Вот Катенька, а ты говорила, что она тебе не соперница…

Глава 41. Спасение Генерала

Я стояла, переводила взгляд с баронессы на Генерала, и не верила своим глазам. Вот что хотите делайте, ни за что не поверю, что он полез на нее. Особенно после того, как разругался с ней днем.

Да, бывает, от ненависти до любви, когда переклинит, но это явно не тот случай. Баронессе под 80, и она человек. А он – дракон, молодой, красивый. Интерес может быть лишь у нее.

И как подсказывало мне сейчас сердце, Генерала надо спасать. Из рук коварной наглой авантюристки. А ведь каким показалась одуванчиком баронесса сначала. Так любезно расспрашивала, выпытывала про него. А оказалось вон как…

А еще не давало покоя уязвленное женское самолюбие - как бы мне хотелось, чтобы он полез не к ней, а ко мне. Ах, если бы с букетом роз…

Так! А ведь это моя комната! Точно! Он лез ко мне!

И тут мой взгляд выцепил букетик несчастных цветов, что валялись хаотично на полу возле изголовья кровати. Хм, васильки, полевая гвоздика. Не розы… - расстроилась я. Но все же букет. Для меня!

Тем временем, пока я стояла и размышляла, баронесса взяла артефакт и попыталась его активировать.

- Не позволю! – с визгом кинулась на нее, пытаясь выбить злосчастный камень из ее рук. Не хватало, чтобы Генерала увели из-под моего носа.

И хоть я вовсе не собиралась его прощать, но смотреть, как губится его жизнь не в моих силах.

Однако хватка баронессы оказалось железной. Она обвила своею рукой мне запястье, не давая выбросить артефакт, и только собралась другой разжимать мне по очереди пальцы, чтобы достать мою добычу – камень, зажатый в кулак, как Генерал захрапел и перевернулся, заваливая баронессу Рочестер.

- Так он спит?! – в душе воскликнула я, поражаясь актерскому мастерству и разыгранной передо мной сцене.

- Ты видишь! Это он! На меня! Аххх! Помогиииите! – истошно закричала женщина, не взирая на то, что уже ночь.

Понимая, что я не смогу поднять и унести Генерала, а уж тем более усмирить разошедшуюся баронессу, я принялась толкать Дариана и бить его по щекам.

- Да проснись же ты! Очнись! Я тебя зря что ли спасаю! Не успеешь оглянуться, как будешь женат! На ровеснице своей матери!

И станешь не дракон, а олень года!!! – добавила мысленно, шепча под нос. Какой же Генерал тяжелый! Чем он питается в этой глуши?! Такого ж не прокормить! Это ж сколько готовить! А может ну его, пусть достается баронессе?

Но стоило посмотреть на его лицо, вспомнить, как его губы страстно сминали мои в дерзком волнительном поцелуе, и все сомнения улетучились.

- Такая корова нужна самому!

- Какая корова? Где? – прекратила истерику баронесса и стала оглядываться по сторонам.

- Ррррр. – сонно прорычал дракон и перевернулся… на другой бок.

- Да за что мне все это?! – в отчаянии громко воскликнула я, и как можно сильнее пихнула локтем в бок дракона. Пытаясь не вымазаться в грязи, в которой он был весь.

Что с ним случилось? Почему он такой грязный?

То ли сработал посыл, то ли среагировал на мой крик, но Генерал вдруг проснулся, и начал сонно обводить комнату взглядом.

Видимо ничего не поняв, схватился руками за голову и присел на кровати. Фуххх! Хоть какой-то прогресс.

И тут к нему прыгнула баронесса:

- Дариан, ты был не в себе, на тебя что-то нашло, ты видимо перепутал спальню с моей, ворвался в мою комнату и меня обесчестил! А я помню тебя с пеленок! Помогала твоей матери их менять, а ты…

Баронесса наигранно жалостливо заплакала.

- А ты… ты сломал мне жизнь и теперь обязан жениться!!! Фредерика – свидетель! – и воспользовавшись невменяемым состоянием дракона, приблизилась ко мне и прошептала:

- Не подтвердишь, и будешь платить мне неустойку, по договору, что сама подписала. По сто золотых за месяц, то есть 1200 золотых! А откажешься – сгною в темнице!

Судя по ее виду, настроена баронесса была решительно.

Вот же я наивная дурочка! Подписала магический договор, не глядя. И что теперь делать?

Отдать ей Дариана?!

Ведь даже если его спасу, он разжалован, лишен имени рода, денег наверняка нет, чтобы заплатить за меня. От отчаяния у меня опустились руки, взгляд потух.