Проснулась она поздно, приняла душ, а Хавьер уже сидел за ноутбуком, погружённый в работу. Улыбнулся, подняв глаза:

— Доброе утро, спящая красавица. Выглядишь посвежевшей.

— Я, кажется, проспала целую вечность, — улыбнулась Алена, проводя рукой по волосам.

— И правильно. У тебя был долгий перелёт и насыщенный день. Завтрак готов, — кивнул он в сторону стола.

В течение дня у Хавьера были дела в офисе, и Алена сполна воспользовалась возможностью расслабиться, отдохнуть и набраться сил, так как накопленная усталость давала о себе знать. Потом они перекусили в городе, Хавьер ее прокатил по столице, рассказывая о местных достопримечательностях.

К вечеру они приехали в уютный домик в кондоминиуме. Дверь открыл высокий мужчина с тёплой улыбкой и неожиданно сказал по-русски:

— Добро пожаловать!

Алена от удивления расхохоталась:

— Ничего себе! Я не ожидала услышать это здесь!

— Я старался, — засмеялся он и крепко обнял Хавьера. — Меня зовут Альваро. Проходите.

Атмосфера сразу стала лёгкой, дружелюбной. Жена Альваро, Мария, оказалась миниатюрной и обаятельной женщиной, на руках у неё была малышка Ольга, которой едва исполнилось полгода. Алена заметила, как брат Хавьера то и дело бросает на неё быстрые взгляды — не наглые, скорее любопытные, с оттенком интереса. Она понимала: в её внешности здесь было что-то экзотическое, и это невольно притягивало внимание. Но она старалась не заострять на этом мысли.

Оставив малышку на попечение няни, они вчетвером отправились на ужин в ресторан. Разговор шёл легко. Мария, радуясь возможности попрактиковать английский, спросила:

— Алена, как тебе Гватемала? Это первый раз в Латинской Америке?

— Первый, — улыбнулась она. — И впечатлений столько, что я не успеваю всё переварить. Столько красок, запахов… И люди такие улыбчивые.

— А завтра озеро Атитлан, да? — уточнил Альваро. — Это одно из самых красивых мест. Тебе понравится.

— Уже не терпится, — ответила Алена.

Вечер пролетел незаметно. Хавьер выглядел довольным — ему было важно, что всё проходит тепло и непринуждённо. На обратной дороге, когда огни города мелькали за окном, Алена спросила:

— А как мы поедем к озеру, если тут такие пробки?

Хавьер улыбнулся загадочно:

— Нам пробки не страшны. Мы поедем на мотоцикле.

Алена округлила глаза:

— На мотоцикле?! Ты серьёзно?

— Абсолютно. Большой туристический байк, два шлема, кофр для вещей. Будет приключение, — сказал он с лукавой улыбкой.

— Ну, ты даёшь… Я думала, максимум — машина!

Он рассмеялся:

— Со мной скучно не будет, обещаю.

Дома Алена долго не могла уснуть. Волнение перед дорогой? Или что-то другое? Она не заметила, как Хавьер подошёл и сел на край кровати.

— Ты выглядишь задумчивой, — тихо сказал он.

— Просто думаю, как всё быстро происходит… — призналась она.

Он провёл пальцами по её руке, задержавшись чуть дольше, чем обычно. В его движениях не было спешки — лишь осторожность и тепло. И вдруг ей показалось, что он немного смущается, будто это важнее для него, чем он готов показать.

— Я рад, что ты здесь, Алена, — прошептал он. — Я давно ждал этого момента.

Она не ответила словами, только посмотрела ему в глаза — и увидела там всё. Хавьер склонился, их губы встретились. Поцелуй был мягким, тёплым, будто проверял, не испугает ли её. Он не торопился, давая ей время привыкнуть к каждому прикосновению. В его руках она чувствовала силу и одновременно деликатность, которая обезоруживала.

Ночь прошла, как во сне — не стремительной, не резкой, а наполненной нежностью и ощущением правильности. Засыпая рядом с ним, Алена знала: этот миг она запомнит навсегда.

Алена впервые в жизни села на байк, и первые двадцать минут держалась за Хавьера так, словно её жизнь зависела от этого захвата. Ветер бил в лицо, прохожие машины мелькали мимо, другие мотоциклисты переглядывались, а открытая дорога и запах свободы казались совершенно новым миром.

— Держись крепче! — смеялся Хавьер, видя её напряжение. — Но постарайся хоть немного расслабиться, иначе мышцы затекут!

— Я расслабляюсь, честно! — всхлипнула она, но пальцы всё равно сжимали его талию слишком крепко.

Постепенно её страхи улетучились, как туман, растворяясь в солнечном свете и горных пейзажах вокруг. Впереди раскинулись величественные вулканы, чьи вершины терялись в лёгкой дымке облаков. В низине виднелись маленькие городки и зелёные долины, а дороги, извиваясь, словно тянулись к горизонту. Алена просто перестала держаться за ручки, позволяя ветру обдувать лицо, смотрела по сторонам и терялась во времени.

— Ну как, наконец почувствовала свободу? — спросил Хавьер, слегка наклонившись к ней, чтобы быть ближе.

— Да! — воскликнула Алена, сияя. — Я поняла, почему тебе так нравится мотоцикл! Чувство драйва, скорость, воздух… это невероятно, я просто забыла обо всём на свете!

Хавьер рассмеялся, глядя на её счастливые глаза.

— Помнишь, как ты боялась в первые минуты? — подшутил он.

— Помню, — она смеясь кивнула. — Но теперь я хочу ещё раз!

Через полтора часа они прибыли в небольшой городок Панахачель и заселились в уютный отель с видом на озеро. Солнце клонилось к закату, когда они наконец вышли к воде.

Озеро Атитлан, одно из самых известных в мире, раскинулось перед ними с голубой гладью, отражавшей пяти величественных вулканов: Сан-Педро, Атитлан, Толиман, Ателак, Хуимал. Мелкие островки словно вырастали из воды, а вокруг — зелёные склоны и горные цепи.

— Оно просто потрясающее… — выдохнула Алена, не в силах оторвать глаз от вида.

Хавьер улыбался:

— И знаешь, ты можешь приезжать сюда в любое свободное время.

— Серьёзно? — её глаза сияли. — Значит, я могу всегда сюда возвращаться, когда захочу?

- Абсолютно, — засмеялся он, наслаждаясь её восхищением.

Они прогуливались по берегу, наслаждаясь туристическим днём. Лавочки и маленькие прилавки торговцев предлагали всё на свете: сувениры, национальную одежду, еду и напитки. Алена смеялась до слёз, наблюдая, как каждый продавец настойчиво предлагал свои товары Хавьеру.

— Спасибо, не надо, — вежливо отказывался он, улыбаясь каждому.

— Ты видел их лица? — хихикала Алена, едва сдерживая смех. — Они прямо на тебя цепляются!

— Ну, видимо, я выгляжу туристом, за которого стоит побороться, — смеялся Хавьер, — а ты просто смеёшься, как будто всё это цирк.

Позже они прокатились на катере по озеру, ветер развевал волосы, вода блестела, а закат окрашивал всё вокруг в золотисто-розовые тона. К вечеру, сидя на берегу, Алена упивалась моментом: её глаза светились, сердце билось быстрее, а улыбка не сходила с лица.

— Этот день был волшебным, — прошептала она, прижавшись к нему.

— Рад, что тебе понравилось, — ответил Хавьер, улыбаясь. — Я хотел, чтобы ты увидела всё своими глазами и почувствовала это…

— Всё? — спросила она с улыбкой. — Ты хочешь сказать, что ещё будут сюрпризы?

— Может быть… — он слегка наклонился к ней, и она почувствовала лёгкость в его прикосновениях, ту заботливую, нежную силу, которая не давила, но согревала её душу.

День закончился на озере, но для Алены он остался навсегда — полон смеха, эмоций, открытий и ощущения, что рядом с ней тот человек, с которым всё кажется возможным.

На следующий день Алёна проснулась рано, ещё до того, как проснулся Хавьер. Солнце едва всходило над горами, окрашивая небо в нежные розово-оранжевые оттенки. Она выглянула в окно: озеро переливалось серебристо-голубой гладью, отражая вулканы и лёгкий утренний туман. В этот момент ей показалось, что весь мир замер в ожидании нового дня, и её сердце подпрыгнуло от предвкушения.

— Доброе утро, — услышала она тихий, ровный голос Хавьера за спиной.

— Доброе, — улыбнулась она, обернувшись. — Ты уже встал?

— Ещё нет, просто посмотрел, как ты. Ты слишком счастлива, чтобы спать.

Он подошёл, взял её за руку, и они стояли у окна, молча любуясь озером.