Алёна откинулась на спинку стула и позволила себе просто посидеть с этим.— Значит, я не схожу с ума, — сказала она сама себе почти с улыбкой. — И это не побочный эффект усталости.

Карты не говорили ей, что делать. Они не подталкивали ни к какому решению. Они лишь подтверждали то, что она уже чувствовала:в ней действительно идёт трансформация.

Она раскрывается. И это не связано напрямую ни с одним мужчиной. Маттео был скорее катализатором. Триггером.

Точкой, через которую что-то в ней щёлкнуло и вышло на поверхность.Алёна закрыла колоду и вдруг почувствовала спокойствие. Не уверенность в будущем — нет. Но уверенность в себе.

— Мне не нужно сейчас выбирать, — сказала она вслух. — Мне нужно понять, кем я становлюсь.

И это понимание впервые за долгое время не пугало.Наоборот — в нём было предвкушение.

Алёна больше не пыталась спорить с собой. Она приняла решение тихо — без драматических клятв, без истерик, без показного героизма. Просто в какой-то момент внутри стало ясно: она вернётся.

Вернётся в Гватемалу.

Не потому что там Маттео.

И не потому что там Хавьер, с которым она, к слову, помолвлена.

А потому что там осталось незавершённое.

И с этим нельзя было жить, делая вид, что ничего не произошло.

Остаться в Москве означало бы спрятаться.

Закрыть глаза.

Убедить себя, что всё это — случайность, вспышка, эмоция.

Но она уже знала: это не вспышка. Это сдвиг.

Её сердце тянуло туда не как к мужчине, а как к точке, где она начала просыпаться. И если она не вернётся — она предаст не Маттео. И даже не Хавьера.

Она предаст себя.

По вечерам она писала. Не планы на двадцать лет вперёд, не образ «успешной женщины будущего». Нет. Она писала ориентиры.

Она писала:

Я хочу чувствовать тепло рядом с тем, кого люблю.

Я хочу быть услышанной без необходимости кричать.

Я хочу, чтобы мои эмоции не считались слабостью.

Я хочу уважать мужчину не за его статус, а за глубину.

Я хочу жить так, чтобы внутри было живо.

Она почти не писала о деньгах. О машинах. О круизах. Не потому что это плохо — а потому что это никогда не было главным.

Главным для неё были состояния.

Она не загадывала, что это будет Маттео.

Не надеялась, что Хавьер внезапно изменится.

Она не верила в чудеса по заказу.

Но она точно знала, какого ощущения больше не согласится терять.

История не была закончена. Ни с одним из них.

И она понимала: её ждёт не один разговор. Не одна боль. Не один сложный шаг.

Возможно, будут слёзы.

Возможно, будет разочарование.

Возможно, будет счастье.

Она не знала, чем всё закончится.

Но она знала, к чему хочет прийти.

И этого было достаточно для первого шага.

Самолёт опускался над зелёными холмами Гватемалы, и Алёна смотрела в иллюминатор с тем самым странным спокойствием, которое приходит только тогда, когда решение уже принято. Она не чувствовала эйфории. Не чувствовала страха. Она чувствовала готовность.

Первым делом — встретиться с Хавьером.

Вторым — увидеться с Маттео, чтобы понять, что между ними — реальность или лишь отражение её пробуждения.

Алена прилетела в воскресенье. Встреча с Хавьером прошла… предсказуемо, как по нотам, Алена могла предугадать каждое его слово, жест и реакцию.. Впрочем, Алена чувствовала какую-то перемену, но прекрасно понимала, что эта перемена только в ней. Она знала, что завтра понедельник… завтра она уже может увидеть Маттео.. завтра она уже может чуточку приблизиться к пониманию себя, своих чувств и того, что между ними произошло…

В понедельник она проснулась с замирающим сердцем.. «Так, сегодня я не планирую тренироваться.. Маттео однозначно будет в зале утром, но нет! Не поеду утром я в зал, много чести ему, мне надо привести в порядок себя и мысли! Поеду после обеда, заодно подружку свою проведаю, она работает как раз во вторую смену… и если Маттео повезет, то придет в это время туда и увидит меня!».

И вот она припарковалась на территории спортивного комплекса. Решив совместить приятное с полезным, она оставила машину на мойке, которая находилась прямо на территории парковки. День тёплым, воздух плотным, как перед дождём. Она стояла несколько секунд перед входом в зал, чувствуя, как внутри всё собирается в одну точку.

Вот он. Первый шаг.

Она потянула дверь на себя.

И в ту же секунду изнутри кто-то толкнул её навстречу.

Маттео.

Они замерли слишком близко друг к другу.

Ни улыбки.

Ни слов.

Только взгляд.

В его глазах — удивление. Напряжение. И то самое, что невозможно было подделать.

В её — спокойная решимость и что-то новое, более глубокое, чем прежняя растерянность.

Время словно замедлилось.

Она вернулась.

И теперь — пути назад уже не было.

Продолжение следует…