— У кого ведьмы просят дозвол? — вопрос задала Ника.

— У сил, которым служат — у демонов.

— Но ведь это же зло в чистом виде?

— Разве? И почему? Решение принимает только человек.

— Почему ведьмы исполняют проклятия? Зачем соглашаться и проводить такие ритуалы?

— Это плата за силу, коей её наделяют те, к кому она обращается за помощью. Каждый демон или бес требует питания. Эмоции, обида, злость, похоть — просто лакомые кусочки торта. Человек, как разумное существо, единственный поставщик этого питания. Они создают вокруг человека всевозможные ситуации, обустраивая мир соблазнами, давая надежды на блага без должных усилий. И люди идут за ними. Все хотят идти по дороге наименьшего сопротивления. И задача ведьмы — создать такие условия там, где не могут демоны.

— Если ведьма исполняет волю человека, то в чем её вина?

— А ее вины и нет. Ее ответственность возникает, когда она может воспользоваться благами от исполнения ритуала. Мнения всегда полярны. Одни кричат, что во всём виновата ведьмы, а ведьмы — что работа делается по заказу. Не стоит верить словам ни тех, ни других. Ведьма всегда спрашивает согласие. Человек же не осознает силу своих желаний, силу последствий своих же желаний. Когда он сталкивается с последствиями, всегда сожалеет. Но здесь вероятно, больше он сожалеет не о сделанном, а о том, что наступила расплата.

— Чем платят за ритуал?

— Обратившийся человек платит именно своим временем. Кажется, что оплата назначена, скажем, в твёрдой сумме. Но эту сумму необходимо заработать. И именно это время идёт в оплату. И не всегда у человека достаточно сил и ресурсов. Иногда необходимы ресурсы многих поколений.

— А если человек богат?

— Там другие расценки. У него не просят деньги. У него просят дар, и как правило тот, о котором он не знает. Или услугу, но ту, которую сможет оказать именно он и таким образом, что бы затраченное им время было соразмерно просьбе. Все оплаты в виде подношений, это оплата периодом, который течёт сквозь того, кто пользуется данной вещью. Эти время и эмоции идут в зачёт оплаты. Ведьмы могут сделать так, чтобы было заимствовано время других людей. Тогда качество оплаты зависит от них. Через некоторое время потребленец даже не вспомнит эмоции, которые испытал. Это время и эмоции уже будут отданы в уплату. И благ не получит, они рассыпятся и исчезнут, только их и знали. Насладиться тоже не сможет, всё исчезнет. Так и окажется, что желания оплачиваются только собственными годами. Свою часть берут и ведьмы. Главные ресурсы — это молодость, красота, удача, или любой другой ресурс, нужный ей. Никто не может отказаться от порции бесплатных угощений. Ну а те силы, у кого они просят помощи, берут часть жизненной энергии других людей. Так и получается, что люди сами платят годами жизни. Может быть даже не своих, а потомков. Все зависит от сложности просьбы. Вот как-то так.

— Так зачем же делают это ведьмы?

— Делают не они. Делают люди, а ведьмы — только исполнители. Пытаясь получить, как кажется людям, возмездие, они берут на себя роль судьи и палача, не всегда могут соотнести соразмерность человеческих действий и расплаты. Да и нет таких дозволений у человека, как вершить чью-то судьбу, вмешиваться в ход событий. Каждый должен сам пройти свою дорогу, столкнуться с жизненными уроками. Люди хотят быть богами: иметь власть, вершить судьбы, творить по образу и подобию — это их тайные желания. И на пути к этой власти выбирают более лёгкий путь, подменяя понятия истинного от подделки.

— Так почему они не отличают истинное от лживого? И лживое принимают за истину?

— Человек слаб. Согласиться всегда проще. Струсить проще. Сделать шаг в сторону принципов проще. Даже ничего не делать — проще. И каждый этот шаг — это путь не к себе, а путь от себя. Даже колебание в выборе — это выбор.

В аудитории повисло молчание.

— Ну что же, лекция закончена. Увидимся в следующий раз. На этом я с вами прощаюсь.

"Так вот о чем говорил Ушани, когда сказал, что за всё мы заплатим собственным временем. То, чем мы платим — это те силы и время, которые мы бы затратили за получение желаемого" — мысленно вела с собой диалог Ника.

Со стороны казалось, что она слегка в ступоре.

Незаметно к ней подошла одна из ведьм. Прислонившись к трибуне возле Ники, слегка приблизилась и сделала глубокий вдох.

— Не пойму, ведьма или магиня. Тук-тук, новенькая, — девушка постучала по поверхности стола, надменно глядя на Нику. — Кто ты? Странный сладковатый запах для ведьмы, но слишком мягкий для мага. Ау! Кто же у нас тут?

Задавая вопросы, ведьма слишком близко начала приближаться к Нике. Ещё чуть-чуть и они соприкоснутся носами.

— Ну?

— Отойди! — процедила сквозь зубы Ника. Но нахалка только усмехнулась, и ноготком убрала прядь волос девушки с ее лба.

— Эй! Отвали! — воскликнула Ника, отпихнув нахалку.

— Не касайся меня!!! — тут же среагировала ведьма, — Ифиру никто не может касаться, ты — отродье людского чрева.

— Не понимаешь простых слов? — съязвила Ника, — Не понимаешь слово "отвали"?

— Ты заплатишь за прикосновение, — в этот момент Ифира подняла руку и царапнула Нику по щеке. На кончике ногтя осталась маленькая капля крови. Ведьма тут же опустила её себе на язык. Прикрыв глаза, она смаковала. Ника смотрела на девушку в испуге, не понимая, что ей теперь делать.

Испуг спровоцировал внутреннюю силу, и Ника уже смотрела на мир другими глазами. Тело девушки покрылось лёгким белым сиянием. Она смотрела на Ифиру в своём истинном душевном обличии, так, как она была видна на духовном плане. Видение шло вспышками: черно-белое раздвоенное, слишком яркое белое, нечёткое серое, слишком цветное и яркое, и так по кругу.

— Я тебя уже видела. На медитации. — сквозь резкую боль в глазах прошептала Ника. — Ты была не одна.

— А с чего ты взяла, что ведьма одна? — на Нику вместе с ведьмой смотрел Бес и ухмылялся. — Беса, посмотрим на неё вблизи.

За долю секунды сущность очутилась возле Ники. Она обхватила шею девушки грязными руками, скользя ими по горлу, гладя и обнюхивая кожу. Из гнилого рта монстра вырывался трупный запах, а глаза были наполнены кровью. Ника попыталась защититься от прикосновений, но её жалкие попытки даже не были замечены. Силы явно были не равны. Монстр, не обращая внимание на сопротивление, сильнее сжимал горло девушки, вызывая удушье. Зловонное дыхание провоцировало рвоту.

— Видящая! Ты — видящая, вошедшая в мир! — одновременно шипели Ифира и сущность.

Пальцы сущности все сильнее сжимались вокруг горла. Ника чувствовала, как стали прыгать белые пятна перед глазами, дышать стало невозможно. От страха сковало ноги и руки. Из последних сил девушка обхватила пальцы беса руками, вывернули их и оттолкнула.

— Отвали от меня, тварь. Да чтобы ты провалилась в бездну! — шипела Ника, одновременно жадно глотая воздух и отталкивая от себя беса. — Назад!

Ведьма и бес резко отступили, в их взгляде читалось безумие. Но смотрели они не на Нику, а на собственные руки. На коже Ифиры и стоящей рядом сущности стали проявляться ожоги, а на шее беса — огненный ошейник. Ведьма стала корчиться от боли. Секунду спустя и ведьма, и бес катались по полу в агонии. За мгновение кожа ведьмы в области горла и рук почернела и покрылась волдырями, а вдобавок и сама Ведьма покрылась кровавым потом. Бес выглядел не лучше, но он уже не находился рядом с ведьмой, а забился в угол. От его ошейника образовалась цепь и один её конец свободно лежал на полу.

Ника по-прежнему находилась в трансе, и не могла прийти в себя.

Остальные студентки, находившиеся в аудитории и видя состояние девушек, решили вступиться за Ифиру. Кто-то схватил Нику за волосы и ударил лицом о пол. Другие стали безжалостно бить её ногами. Всё, что оставалось — это защищаться.

В этот момент одна из ведьм решила облить Нику кипятком. Она схватила кувшин с водой со стола преподавателя. Подогрев его заклинанием до кипящего состояния, ринулась к Нике. Двое других уже держали голову девушки.