И просыпаюсь.

Мне опять приснился Кайд.

Я еще долго лежу, разглядывая потолок в полумраке и пытаюсь переварить увиденное. Снова эти желто-красные глаза, к которым на этот раз добавились крошечные черные чешуйки на скулах и висках. Очевидно, насыщенный событиями день оставил свой отпечаток в подсознании, которое и слепило из Кайда то, что привиделось.

Но беспокоило меня не это. Откуда взялся сон, объяснить проще, чем то, что я невыносимо скучаю по Кайду. Боже, я знаю его всего несколько дней, а сейчас у меня ощущение, будто проснувшись, я потеряла нечто важное. Оставила где-то там, возможно в параллельной реальности.

Стараясь не зацикливаться на непонятном чувстве, я усмехаюсь предположению. Я теперь и не знаю даже, возможно эти самые реальности тоже существуют и одну такую я невольно подглядела?

Раздраженно вздохнув, переворачиваюсь на другой бок.

И уже на самой границы сна мелькает мысль, что стоит мне только решиться, и сон, по крайней мере первая его половина, может стать явью.

При свете дня приснившееся уже не кажется настолько странным. Скорее увидеть это было неожиданностью.

Лежа на кушетке у Арпины и дожидаясь ее, копошащуюся за ширмой, я широко зеваю и часто моргаю, пытаясь прогнать сонливость — беспокойная ночь оставила свой отпечаток.

— Правила все те же, — улыбается девушка, появляясь в поле зрения, — если будет больно, сразу же говори.

И это первый сеанс, когда я не могу сдержаться. Если поначалу мне казалось, что боль вполне терпима, то когда неожиданно щеку будто прижигает раскалённым металлом, приглушенно вскрикиваю и инстинктивно пытаюсь отстраниться.

— Зря поторопились, — Арпина с досадой разглядывает рубец.

— Все в порядке!

— Все же сделаем недельный перерыв.

Мне ничего не остается, как согласиться. С врачами спорить, себе вредить.

— Кофе? — предлагает с улыбкой.

Выпить чашку кофе из моего мира? Да с радостью! И как раз воспользуюсь случаем и расспрошу про Кайда.

Когда кофе разлито по кружкам, я, не в силах больше терпеть, спрашиваю:

— Арпина, — стараюсь выглядеть не сильно заинтересованной, — что ты знаешь про Кайда?

— Наш ректор? — переспрашивает удивленно и лукаво улыбается. — Понравился?

— Да не то, чтобы да, просто… интересно стало.

— Ну если просто интересно, — тянет задумчиво, но кажется, не верит. Да я бы и сама себе в этот момент не поверила. — Честно говоря, знаю немного. Он довольно замкнут. Не улыбчивый. Как преподаватель и руководитель — строгий. И чаще всего мрачный, — Арпина слегка ежится.

— А у вас тут точно один Кайд? — спрашиваю с искренним недоумением.

— Вроде да, — улыбается она. — В любом случае я про того, который привел тебя ко мне. А что? Он вдруг показался тебе веселым и жизнерадостным?

Вместо ответа пожимаю плечами. Возможно и не очень веселым, но и мрачным и замкнутым его назвать язык не поворачивается. А вспомнив первые наши встречи понимаю, что и тогда он не показался мне таким, каким представляет его Арпина.

— Он ни с кем особо не общается. Хорошие отношения у него только с преподавателем боевой магии. Поговаривают, что он скоро станет новым ректором. Высокий блондин с голубыми глазами. Ммм… красавчик Максимилиан, — Арпина мечтательно закатывает глаза, но тут же притворно грустно вздыхает, — но женат на преподавателе по философии, Елене. Я ее не знаю лично, а слухов не много. Ее даже обсуждать боятся.

Мне хочется услышать побольше о Кайде, но я не знаю как вернуть съехавшую куда-то не туда тему. Вот уж точно не собиралась обсуждать за спиной всех преподавателей по списку, но Арпина твердо решила заочно познакомить меня с каждым. К тому же мне кажется, что ничто не помешает ей так же непринужденно обсудить меня (и Кайда заодно) с кем-то другим. Поэтому я твердо решаю при первом же удобном случае выведать все ответы непосредственно у Кайда, как бы неловко мне не было и какой бы красоты закатом он не пытался меня отвлечь. Спрашивать будет менее неловко, чем узнать все, когда станет поздно что-то исправлять.

К сожалению, такая возможность представилась мне далеко не сразу.

Когда выхожу из медпункта, получаю сообщение от Кайда. Он коротко ставит в известность, что занятие сегодня отменяется.

Сначала от того, что серьезный разговор откладывается я испытываю облегчение, потом озадаченность, а потом и досаду. Непросто было собрать себя в кучу! Как же не вовремя эта отсрочка! О том, что я просто хочу увидеть его, стараюсь не думать.

Весь день мучаюсь вопросом, почему он отменил занятие? Сначала обращается со мной как с обычным студентом, потом резко меняет свое поведение, целует, обнимает и явно хочет нечто большего. А тут вдруг пропадает и целый день от него ни слуху ни духу. При этом сообщение оказалось сухое и безликое. Не знаю, чего я ожидала, но после вчерашнего наверно все же чего-то другого.

Пытаясь избавиться от навязчивой мысли, что меня использовали, а не получив желаемое решили больше не тратить время, беру на всякий случай местный телефон и ухожу на озеро.

Если бы Арпина не описала мне Кайда как замкнутого и не общительного человека, я бы даже не сомневалась в том, что он вдруг передумал со мной возиться. Но у меня создается стойкое ощущение, будто по какой-то причине он раз за разом делает для меня исключение. Я понимаю, как самонадеянно это звучит, но также стараюсь никогда не обманываться. Не буду изменять привычкам и в этот раз. И опять прихожу к тому, с чего начала. За одним только исключением. Теперь нужно узнать не только почему он вдруг изменил свое поведение, но и почему он изменил его дважды! И что в таком случае мне ожидать в дальнейшем?

А себе нужно ответить на вопрос: нужно ли мне все это.

На озере, стараясь не думать о проблемах, переписываюсь с мамой, купаюсь и читаю. И каждые несколько минут проверяю телефон. Пытаюсь не делать этого, но снова и снова заглядываю в поисках новых сообщений. Когда начинает темнеть, возвращаюсь в комнату. Принимаю душ, переодеваюсь и устраиваюсь на кровати, пытаясь погрузиться в чтение.

И только когда за окном окончательно темнеет, раздается настойчивый стук в дверь.

Я еще не знаю кто это, но от догадки предательское сердце, которому этого оказалось достаточным для счастья и готовности на любые подвиги, радостно встрепыхнулось. Я же старательно хмурюсь.

Кайд

Проворочавшись полночи без сна, утром чувствую себя… счастливым. Непривычное чувство, и мысль о том, что Мина со мной в одном здании будоражит и гонит из постели. Хочется забрать ее на остров и остаться там вдвоем навсегда, не возвращаться больше в опостылевшие стены замка. Но всему свое время, и я сильно сомневаюсь, что она придет в восторг от перспективы остаться сейчас со мной на острове. Но можно ускорить события, рассказав ей еще часть истории про чародеев, ответив на вопросы и подготовив к новой жизни.

Было жаль, что я не могу использовать на Мине трюк с внушением. То есть технически-то могу и какое-то время это будет работать, но вот последствия, которые обязательно проявятся во время инициации, нам обоим не понравятся.

Именно по этой причине строго запрещено использовать какое бы то ни было внушение во время приглашения студентов. Университет сам по себе планировался как способ отыскать Мину, и любое вмешательство в процесс осознания себя драконом только навредит ей. Ну а то, что университет является последним препятствием на пути разрушения Аравана… так удачно совпало.

Смерть Неи сдержала разрушение планеты, магический университет на краю разлома продлевает ей жизнь. Но основное его предназначение — система поисков магов. И судя по тому, что Мина сейчас ждет меня в своей комнаты — это сработало.

Алгоритмы, схемы и сложные плетения поиска — ни что иное как объединенная карта всех известных чародеям миров. У людей нет доступа к самому алгоритму, а потому, когда необходимость в университете отпадет, а его существование перестанет быть возможным из-за концентрации магии, ни что больше не будет выбиваться из средневековой картины этого мира.