— Какова ваша конечная цель? — спросил я. — Судя по тому, что я слышал от Айсберга, вы хотите уничтожить Стеллар?

— Да. Покончить с ним. И заодно навсегда поквитаться кое с кем в Городе, — прошипела Ведьма. — Нам там многие изрядно задолжали.

— Моя цель — уничтожить Черную Луну, Стеллар будет использован для управления и погибнет вместе с ней. Наши цели теперь совпадают. Что касается Города… Прежний Совет Архонтов низложен. Шепот и Фурий мертвы. Немезида обнулена. Орфей, Мора и Эор вскоре предстанут перед судом Легиона. Кому еще вы хотите мстить? Обычным людям? Они не имеют отношения к старым сварам.

— О, в нашем списке побольше имен, чем ты назвал, — холодно произнесла Тирея. — Намного больше. Как насчет Звезды, ваших легатов или, по крайней мере, Ворона?

— Если говорить о старых обидах, мне тоже будет что вспомнить, — ответил я, выдержав ее взгляд. — Начиная с вашего внезапного отбытия с Черной Луны. Месть — бессмысленное занятие, вы должны понимать это. Всем придется пойти на уступки: и Городу, и Одержимым. Наилучшим выходом будет взаимная амнистия.

Выстрел попал в яблочко, как я и рассчитывал. Бегство Одержимых с Черной Луны — та болезненная рана, в которой они стараются не ковырять. Да, прошло много лет, но Инки бессмертны, и память должна преследовать их все сильнее. Если появится возможность искупить свою вину, они должны уцепиться за нее, как за спасительную соломинку. И еще одно — Одержимые, в отличие от Города, не были едины. Разбитые когда-то возрожденным Легионом, они так и не сплотились вновь, превратившись в несколько больших и малых групп, объединявшихся вместе лишь ради ситуативных целей. Одержимые не могли не понимать, что у них нет будущего, ни в случае победы над Городом, ни, тем более, при ином исходе. Все, что поддерживало их на плаву — задача уничтожения Стеллара и старые счеты.

— Хорошо, тогда давайте представим, что будет, если мы не остановим войну. Город рано или поздно падет, но вам придется заплатить большой кровью за его взятие. Погибнет огромное количество людей, большинство и ваших, и наших бессмертных бойцов тоже падет. Город будет разорен, на развалинах поселятся дикари. Ваши союзники, А-Твари, постепенно заполонят весь мир, уничтожая последние островки человеческих поселений. Вот и все будущее — руины, А-Зоны и А-Твари, и дикие племена измененных людей, мало чем отличающиеся от тех же А-Тварей. Такого будущего вы хотите?

— Если мы остановим войну, ровным счетом ничего не изменится, — сказал Каннибал. — Мы это уже проходили. Произойдет все ровно так же, только немного позже. Пятьдесят, сто лет… какая разница?

— Изменится. Если мы сможем убрать эту штуку подальше от Земли, — я опять повернулся в сторону Черной Луны, — то основной источник А-энергии будет ликвидирован. Главные очаги А-энергии и распространения изменений можно будет постепенно зачистить. Все Осколки, даже те, до которых мы не можем добраться, имеют ограниченный запас Азур и рано или поздно его исчерпают. Да, это займет сотни лет и у выживших Инков больше не будет системы Стеллара. Но это даст шанс будущим поколениям людей. Мы вылечим болезнь, а дальше Земля сама приведет себя в порядок.

— Узнаю эти речи, эти планы. Ах, ведь это так в духе Прометея, заявиться в логово врага с открытым забралом, — вдруг усмехнулась Ведьма, обращаясь будто в пустоту. — Благородно и глупо. И выйти сухим из воды, как всегда. Посмотрите на него. Поза, выражение лица. Ничего не напоминает? А? Я склонна даже думать, что он сам верит в то, что говорит. Но у Прометея все имело двойное дно. Он был мастером сюрпризов и шел на два шага впереди оппонентов.

— Да, слишком гладко все. И слишком вовремя, — после паузы жестко заговорил Каннибал. — Стены разрушены, Город в смятении, Легион ослаб, а мы, наоборот, собрались с силами и нашли союзников. Мы долго готовились к этому моменту, как ты понимаешь. Годы, может быть, десятилетия. И тут появляешься ты — и мы должны остановиться? Это уже невозможно.

— Да. Вы должны остановиться. Мы все должны остановиться, — ответил я. — Потому что воевать больше не имеет смысла. Нет причин, у нас общая цель. Вы прекрасно понимаете это.

— Не все так просто. Остановить войну сложнее, чем начать, — произнесла Тирея Мун. — В любом случае, Грэй, все это — просто слова. Пустые обещания. Болтовня. А нам требуется кое-что покрепче, чем сотрясение воздуха. Гарантии. Подтверждение. Что ты можешь дать нам?

— Сперва тоже ответь на один вопрос, Тирея, — я взглянул ей в глаза. — Правдой на правду. Как я ответил насчет гибели Айса и Ивил… Что случилось с двумя Когортами Легиона, посланными сюда? И я подумаю, что предложить вам.

— Ваши Когорты? Тут в северных руинах обосновался целый выводок Ши, — прогудел Моргот. — Наверняка они что-то видели. Задай им свои вопросы.

В бездушных металлических модуляциях Техноманта явно слышалась скрытая насмешка. Все знают, что «Ши не говорят с мертвыми». Теорию причастности Бина Ши к исчезновению Когорт мы накануне обсуждали с Вороном. Вывод оказался прост: быстро уничтожить тысячу отлично вооруженных и подготовленных людей с поддержкой семерки не самых слабых Инков А-ксеносы не смогли бы. Нет, все следы — заблокированная связь, подстроенная снайпером Одержимых засада с привезенными откуда-то телами легионеров, необъяснимо внезапное исчезновение — все доказательства кричали, что Легион попал в искусную, заранее подготовленную ловушку, к которой приложили руку люди.

— Хватит лжи и игр, — холодно ответил я. — Ваш Стрелок проговорился про горячее свидание. Где Когорты?

Одержимые не пошевелились, они очень хорошо владели собой, но эмоция замешательства была ощутимой. Наконец заговорила Ведьма, словно получив молчаливое согласие остальных.

— Хочешь правду? — нехорошо усмехнулась она. — Да, мы вас ждали. Прибытие городского рейда было предсказуемо, и мы к нему неплохо подготовились. Ваших взяли тепленькими, окружили и разоружили. Всего за пару часов. Почти без сопротивления. Слабаки, тьфу!

— Почти шесть сотен пленных, — подтвердил Моргот. — Сработали очень чисто.

Шесть сотен живых. Облегчение. Значит, если они не лгут, обошлось без «Титана». Я не стал спрашивать, как вышло так, что легионеров захватили врасплох, и что Одержимые вкладывали в понятие «сработали чисто» — было ясно, что они не ответят. Скорее всего, не обошлось без предательства или каких-то неизвестных факторов. Вместо этого спросил:

— А Инки? Что с ними?

— Двоих убили сразу. Они оказались имунны… Остальных забрал тот, кто помог все устроить. Это была плата.

— Левша? — спросил я и, хотя они не ответили, понял, что угадал.

— Я хочу встретиться и поговорить с ним.

— На твоем месте я бы к этому не стремилась. Не торопи события! Ваши… легионеры у нас, — Ведьма выделила слово «легионеры» презрительной интонацией. — Чистый генетический материал нужен всем. Ты хотел правду за правду, ты ее услышал. Так чем ты сможешь подтвердить свои слова, Инкарнатор Грэй?

Я на мгновение сосредоточился. Чего хотят Одержимые — только крови и мести? Я выбил у них землю из-под ног общей целью по ликвидации Стеллара и возвращению с Черной Луны тех, кого они считали погибшими. Что нужно им, чтобы остановиться? Доверие? Прощение? Честность? То звено, которое сможет соединить их с Городом — и которому будут доверять обе стороны конфликта? Смогу ли я стать таким посредником?

— Начнем с маленьких шагов навстречу друг другу. Предлагаю простой вариант. В подтверждение своих слов я могу предложить только свою жизнь. Я остаюсь с вами, в качестве заложника, гаранта Города. А вы в обмен освобождаете пленных легионеров и Инкарнаторов.

— Один Инк за всех? Не слишком ли высоко ты себя ценишь?

— Не! Один! — хрипло прорычала Алиса, чуть касаясь меня плечом.

— Не один, — подтвердил я, медленно переводя взгляд с одного Одержимого на другого, прощупывая их ментальную броню, — и не двое. Вы и так мне должны. Мне и тем, кого вы в прошлом называли друзьями. Тем, кого вы бросили умирать на Черной Луне. Первый Легион. Их жизни, их души послужат достаточной гарантией?