— Да, Мико, но я не ожидал такого эффекта. Ведь раньше никогда…

Мико: Не совсем. Ты уже использовал возможности «Повелителя», неосознанно влияя на Алису и Кая во время ваших пси-слияний. Их привязанность к тебе частично объясняется воздействием геномода. Сегодня ты тоже самое сделал с Ириан, но уже намеренно. Хотел ты того или нет, она теперь тоже часть нашей… Стаи.

Нейросеть хихикнула, уловив направление моих мыслей — они показались ей забавными.

— Она не понимает, что происходит?

Мико: Судя по ее поведению, нет. Человеческий разум — такая штука, что найдет объяснение своим поступкам, создаст мотивацию для своих странностей. Ты все сделал правильно и тонко, она уверена, что действовала по собственной воле.

— Значит, я могу подчинить любого, кто слабее, и он даже не поймет, что действует по моей воле?

Мико: Нет. Ты ограничен мощностью Источника и количеством контролируемых существ. Я затрудняюсь сказать, сколько именно людей ты можешь неосознанно привлечь, но с каждым последующим это будет все сложнее. Думаю, без последних апгрейдов «Источника» ты бы не смог подчинить Ириан. Чтобы определить границы твоих возможностей, нам нужно провести несколько экспериментов…

Зашелестела автодверь, в комнату кто-то вошел.

Мико: Кстати, вот и кандидат!

— Эй, ты кто? И как сюда попал?

Парень, что стоял на пороге, был маленький и щуплый, с явной примесью азиатской крови. Короткие черные волосы торчали во все стороны, как иголки ежика, а комбинезон казался несколько засаленным. На носу моего нового соседа виднелось приспособление из двух прозрачных прямоугольных линз, скрепленных между собой тонкой проволокой. Одна из них треснула, а держалась вся эта странная конструкция за счет изогнутых дужек, заправленных за уши.

— Просто вошел. Я твой новый сосед, — представился я, протягивая руку. — Свен Грэйхольм. Можно Грэй.

— Грэйхольм? — произнес паренек, вглядываясь. Он как будто был неприятно удивлен. — А я смотрю, вроде знакомое лицо. Ты же пропал без вести…

— Вот вернулся, как видишь.

— А… Я Ян. Ян Хартман, — представился паренек, неловко пожимая руку. — А ты разве… не помнишь?

— Ничего не помню. Полная потеря памяти, — сказал я. — Буду проходить реабилитацию.

— А, понятно… Интересный случай…

Эмоции Яна читались, как открытая книга. Он был сконфужен и разочарован появлением нового соседа. Кроме того, испытывал некоторую неприязнь к моему предшественнику — в прошлом они явно не были друзьями. Мико выразительно подмигнула мне и скорчила забавную рожицу — действительно, почему бы не проверить на нем степень своего влияния? Я аккуратно прощупал его слабый, едва ощутимый Источник и установил прочную эмпатическую связь. Так, посмотрим…

— Откуда ты, Ян?

Разговаривая со мной, Ян эмоционально пребывал в другом месте, абсолютно на «своей волне». Это отражалось и внешне — отстраненный, как будто затуманенный, взгляд, который юноша постоянно отводил в сторону, странная мимика и жестикуляция. Он производил полное впечатление человека не от мира сего, озабоченного только своими внутренними тараканами. Стоило некоего труда расположить его к себе, да и просто полноценно завладеть вниманием. Я излучал доброжелательность, как включенный фонарик, пытаясь пробиться сквозь настороженность юного трибута.

— Я из Водного Города, — сказал он, застенчиво улыбнувшись. — Народ Воды, клан Улисса. Его еще называют Змеем.

Я ничего не слышал о Водных Городах и вообще не представлял, как можно жить вблизи вечно бушующего океана. В ответ на мой вопрос сосед усмехнулся:

— Ну, я покажу тебе видео, если хочешь. Мы живем прямо в океане. Водный Город — это кольцо-платформа, закрепленное на шельфе. От энергии штормов, приливов и солнца работают наши генераторы, а от внешних опасностей защищает Купол. Громадный пустотный щит. Нас там тысячи, Свен.

Мое пси-влияние действовало. Броня недоверия растаяла, Ян разговорился, подхваченный аурой теплого внимания.

— Любопытно. Водный Город пережил Импакт?

— Нет, не так… Он и еще несколько были созданы предками до Импакта, как один из вариантов спасения человечества. Полная консервация в глубоководной зоне. Предполагалось, если на Земле все погибнет, с помощью этого проекта возродить жизнь. В ковчегах, помимо запаса продуктов, семян и необходимых материалов, были криогенные капсулы с тысячами добровольцев-специалистов. Через некоторое время после Импакта Водный Город всплыл на поверхность, люди вышли из заморозки. С тех пор минуло… пятнадцать поколений.

Я был действительно поражен. Если рассказ правдив, для некоторых людей Утопии Импакт не стал неожиданностью, они сознательно готовились к такому сценарию. Криогенные капсулы, добровольцы, запасы материалов… Выходит, они знали о грядущей катастрофе? Но откуда? Я сделал себе зарубку, в этом направлении стоило копать.

— Мы умеем обращаться с древней техникой, — продолжал Ян, вдохновленный моим вниманием. — У нас единственных, кроме Города и Звезды, есть технологии Утопии, Репликаторы и даже продвинутое автономное производство.

— Ну, Репликаторы есть везде…

— Ха! Не путай реплицирование простых предметов и сложную производственную цепочку, — наставительно поднял палец Ян. — Многокомпонентную! «Альфа» и «Бета» Схемы. Сделать винтокрыл или подводный корабль могут только у нас.

— Понятно. Извини, а что это — у тебя на носу? — не удержался я.

— А, это? Ты что, не знаешь? — в голосе Яна проскользнуло превосходство. — Это очки. Древнее оптическое устройство, улучшающее зрение.

— Ты плохо видишь? — удивился я. Очки были знакомым словом, но ассоциировались с чем-то вроде защитной маски или тактического визора. — А зачем тебе такое примитивное устройство? Можно же восстановить зрение или поставить бионический имплантат.

— Нет, со зрением у меня все в порядке, — смутился Ян. — Тут другое… Понимаешь, до расцвета технологий многие люди имели плохое зрение. И они носили такие очки. Я изучаю историю, древние обычаи, и пришел к выводу, что это имело обрядовое значение. Нечто вроде культа. У меня есть теория, что право их носить предоставлялось наиболее интеллектуальным членам общества. Возможно, был специальный отбор, экзамен, испытание — информации не сохранилось. Но факт остается фактом: те, кто носил очки, считались более… эрудированными.

— И поэтому ты их носишь? Чтобы чувствовать себя самым умным? — спросил я, улыбнувшись. Похоже, в соседи мне достался человек с большим самомнением. Мико прикрыла лицо ладонями и тихо задыхалась от сдерживаемого смеха.

— Ну… мне просто нравится… — сконфузился парень. — Ладно, Свен… я не знал, что ко мне подселят кого-то до конца этого круга… Не очень удобно, я сейчас приберусь.

Я кивнул. Убраться бы не помешало. Половина комнаты за перегородкой, отведенная Яну, напоминала нору какого-то животного. Вещи, разбросанные вперемешку с каким-то древним хламом, полуразобранный электронный агрегат на столе, выпотрошенный наизнанку… это напоминало заднюю комнату старьевщика, промышляющего скупкой и ремонтом древней рухляди. И очень неряшливого старьевщика. Понятие опрятности для моего соседа, видимо, было чем-то непонятным и бесконечно далеким.

— Слушай, а почему тебя ко мне поселили? — спросил Ян. — Даже странно.

— Я не знаю. Ничего не помню. Поможешь разобраться, что и как тут, в Тимусе?

— Да, конечно… Слушай, скоро начинается ужин. Ты пойдешь?

Столовая Тимуса была большим светлым помещением, заполненным гудящей толпой трибутов. Множество прямоугольных столов, пузатые туши пищевых синтезаторов, П-образная раздача, вдоль которой двигалась длинная очередь. Парни и девушки различных рас и цвета кожи — белые, черные, желтые — сновали вокруг и оживленно болтали за столами, объединившись в компании. Очень, очень много людей, схожих лишь молодостью и одинаковой формой, я даже немного потерялся, впервые оказавшись в такой толпе.