— Контейнера при ней не было?

— Нет, мадам, — ответил Акс. — Видимо, она не успела его достать. Или не смогла, если он спрятан там, где я и Келлерман установили круглосуточное наблюдение.

Анна Дмитриевна опустила руку на плечо Клод, словно та спала, и ее еще можно было разбудить.

«Ублюдок, — в бессильной ярости подумал Акс, — ей же еще и двадцати пяти нет!»

— Пришлете мне отчет о вскрытии, доктор, — сказала Лаврова и вышла из морга. Фонтейн поспешил следом — он чувствовал, что Фрина сейчас не в настроении с ним общаться.

— Группа наших солдат будет участвовать в операции по захвату террористов, если вы не отмените приказ…

— Убейте его, — бесстрастно произнесла начальница поезда.

— Слушаюсь, мадам.

Фан хотела взять выродка живьем, чтобы допросить, но желание Лавровой — закон, и к тому же Акс хотел своими руками свернуть ему шею.

— Журналист не пострадал, насколько я поняла?

— Нет. Хотя, думаю, Авилес все же надеялся застрелить обоих.

— Какой в этом смысл? Он должен понимать, что мы уже допросили юношу и провели все необходимые параллели.

— Убийство щенка — приятный бонус, особенно для таких мстительных ублюдков. Вытаскивание журналиста из поезда было предлогом, чтобы заставить выйти Клод. Авилес не мог добраться до нее, пока она в экспрессе, а выйти просто так она не могла.

— Этот контейнер все еще здесь, — пробормотала Лаврова. Это Акса тоже тревожило. Он был уверен, что это все — плоды их операции в «МТ Экспресс». Скорее всего, Ги Монтелу перед тем, как отправиться на самоубийство, успел написать своим, и они занервничали. Авилес приказал Клод вывести из поезда журналиста, чтобы убить ее после того, как она окажется на перроне, и тем самым оборвать единственную связь между поездом и его группировкой. А если бы Агилер по поведению девушки не догадался, в чем дело, то Авилес прикончил бы и Росса.

Зато теперь было ясно, как террористы смогли пронести на борт контейнер. Но где же он теперь? Неужели девчонка зашила этот чертов тубус в матрас начальницы поезда⁈

Они дошли до лифта, и Акс нажал кнопку вызова. В это время солдаты СБ и подчиненные Келлармана обыскивали кабинет, приемную, личное купе начальницы поезда и купе диспетчера. Фонтейн хотел посмотреть, как у них идут дела, и проследить за безопасностью пассажирского купе, которое временно заняла Анна Дмитриевна.

— Может, она была не одна, — вдруг сказала начальница.

— Почему вы так думаете?

— У Клод диплом инженера, а не программиста. Когда бы она успела научиться подделывать записи с видеокамер, если ее стажировка диспетчером почти не оставляла свободного времени?

— Ну мало ли… какие-нибудь онлайн-курсы…

— У нас особое ПО, обращаться с ним не учат на каких-нибудь курсах. Все специалисты ИТ-департамента проходят переподготовку.

Лифт распахнул блестящие двери, и Акс невольно выступил вперед, закрывая начальницу. Кабина была пуста, а он-то уже готов был увидеть дуло пистолета…

— Замена куска видеозаписи — не настолько сложная задача, — сказал Фонтейн и нажал кнопку «командный вагон». — Я поговорю с Келлерманом. Он сам взялся изучить подделку.

— Дело не в сложности самой задачи, а в том, как девушка, не имеющая ни подготовки, ни прав доступа, смогла пробраться в хранилище данных с видеокамер и подменить кусок записи. При чем в том же день, когда она повредила модули связи между командным постом и навигационной панелью. Ведь чем больше временной зазор — тем выше риск, что ее поймают.

— Нужно еще раз проутюжить персонал ИТ-департамента. Келлерман не обрадуется.

— Проверки проводятся не для того, чтобы доставлять ему радость, — сурово ответила Лаврова. — Займитесь этим сегодня же.

— Как только я проверю наших ребят в командном…

— Прямо сейчас.

— Да, мадам, — покорно ответил Фонтейн и скорректировал маршрут лифта, добавив вагон ИТ-департамента.

Ларс Келлерман, как и предполагал Фонтейн, не обрадовался. Шеф ИТ-департамента, уподобившись недовольному моржу, вздул пышные усы и сухо процедил:

— Конечно, раз так угодно мадам.

— Ну будет тебе, — Акс устало опустился в кресло. — У нас же не феодализм. Признай, в чем-то она права. Это ведь не видео для соцсетей на коленке смонтировать.

— А ты, значит, признаешь, что пропустил в экспресс сразу двух пособников террористов, а не всего одного?

Фонтейн с досадой поморщился. Ему эта мысль не особо нравилась, но надо же смотреть правде в глаза, даже если это чертовски неприятно для самолюбия.

— Признаю. И потому хочу добыть хотя бы одного из них живьем, а не в виде остывающего трупа.

Ларс шумно вздохнул и пробормотал:

— Жаль девчонку. Совсем молодая, еще столько глупостей могла наделать…

«А сделала всего одну, зато фатальную», — подумал Акс. Что могло толкнуть Клод к террористам? Она была из обычной, хорошей семьи, получила прекрасное образование по гранту, выиграла стажировку на элитном экспрессе — всего полгода, только один рейс, и Лаврова перевела бы ее в инженерную бригаду. Так зачем?

— Ну да ладно, — буркнул Келлерман, сменив гнев на милость. — Я изучил запись с камеры. Подделка, как и говорил, на неплохом уровне, но чтобы ее сделать, нужно иметь доступ к хранилищу на сервере, — толстые пальцы Ларса пробежались по клавиатуре. — У нас установлены суточные дежурства, на случай какого-нибудь ЧП. Вот аккаунт сотрудника, который дежурил в тот день.

Шеф ИТ-отдела вывел на один из мониторов какой-то длинный список, который медленно прокручивался сверху вниз.

— Что это?

— Лог этого аккаунта. Список всех совершенных действий, проще говоря.

— И что в нем?

— Это, — Ларс выделил ярким цветом целый блок строчек. — Здесь запись подложная. Кто-то совершал некие действия, затем удалил записи и вставил фальшивый кусок.

— Чей аккаунт? — спросил Фонтейн.

— Аймо Виртанена. Только я не уверен, что это он.

— Почему?

— На следующее утро после этого, — Келлерман кивнул на лог, — его нашел сменщик лежащим на полу без сознания. Парень едва не захлебнулся собственной рвотой, и мы отправили его в медвагон. Там он до сих пор и находится.

— С ним можно поговорить?

— Если вытащить сорок шесть трубок из его тела — то да.

— Проклятие! Почему мне никто не сообщил⁈

— А почему мы должны были? — поднял брови Ларс. — Тогда никто из нас и подумать не мог, с чем это связано. Но еще до этого, как я слышал, ребята подкалывали его насчет любви к белокурым пышечкам.

— То есть один из твоих парней, возможно, упарывался наркотой, а тебя это не волновало?

— Мои люди — просто люди, — сухо сказал Келлерман. — Не тренированные бойцы, не существа и тем более не эпсилон-класса. Они устают, знаешь ли.

Акс вспомнил про закладки, о которых ему доложил Флейшман, поморщился и вздохнул. Сам он никогда ничего не употреблял, кроме разрешенных стимуляторов, но их выдавали перед особо сложными миссиями и строго под расписку.

— Ну хорошо, а чем именно он накачался, тебе сказали?

— Спирулет… спирулан… секунду, найду заключение… а! Гриб спирулея золотистая. Сильнодействующее нейропаралитическое средство натурального происхождения.

— Гммм… интересно, легко ли ее купить, — пробормотал Акс, — и можно ли незаметно подлить человеку в кофе?

— Тут сказано, что эта спирулея была обнаружена в желудке и рвотных массах. Потому Аймо и выжил, что выблевал значительную часть снадобья.

— И на том спасибо. Очнется — допросим. А пока скажи мне — может ли достаточно сообразительная девчонка с техническим образованием под руководством кого-то опытного или по его инструкции, провернуть все эти трюки с записями?

Усы Ларса вскипели под массивным носом, как рыжий прибой, но дальше этого негодование шефа ИТ-департамента не пошло. Он задумчиво уставился на строки лога, затем перевел взгляд на видеозапись, которая крутилась на одном из бесчисленных мониторов.