— Чисто, сэр, — сообщил сержант Карвер. — Раскроем щит и можно выходить.

— Хорошо, — ответил Акс и перебросил через плечо перевязь «Алекто». Один из бойцов снаружи раскрыл энергощит, чтобы прикрыть Анну Дмитриевну от снайперского выстрела сверху, и Фонтейн разблокировал дверь.

— Начнем представление, — сказала Лаврова и надела синюю фуражку с серебряной кокардой — крошечной копией эмблемы на крыше здания «МТ Экспресс».

Акс вышел из машины первым и подал руку начальнице. В окружении солдат СБ, под раскрытыми, как зонтики, энергощитами, Анна Дмитриевна и Фонтейн поднялись по лестнице. Солдаты распахнули двери, и они нырнули в прохладный воздух просторного холла. Не сбавляя шага, Лаврова, окруженная вооруженными до зубов бойцами в броне, направилась к длинной стойке администраторов. Фонтейн следовал за ней, с удовольствием ловя изумленные и испуганные взгляды посетителей и сотрудников. Одна девушка-администратор даже машинально протянула руку к тревожной кнопке.

— Лаврова, — лаконично представилась начальница «Бриарея», в упор глядя на девушку, так что та замерла, как кролик перед удавом. — К Бирхану Эрдему.

— Вам назначено? — пискнула администратор.

— На десять пятнадцать.

Девушка зарылась в терминал, чтобы проверить расписание заместителя шефа «МТ Экспресс». Непосредственно шеф, Невенна Тадич, находилась в штаб-квартире на Аяле и была недостижима, как Господь Бог в представлениях религиозников.

— Двадцать третий этаж, офис один, — сказала администратор. — Вас встретят.

— Спасибо, — Анна Дмитриевна кивнула Аксу, тот указал солдатам на лифт, и девушка за стойкой подпрыгнула:

— Куда⁈ В смысле, только вам назначено, они подождут здесь!

— Нет, — ответила Лаврова. Возразить девушка не посмела, так что их сплоченная группа двинулась к лифту. Бойцы СБ деликатно, но твердо пресекли все попытки сотрудников войти в лифт вместе с Лавровой, после чего Акс нажал на кнопку. Двери бесшумно захлопнулись, отрезав их от потрясенной публики.

— Думаете, это подействует, мадам? — спросил Акс (хотя он был совершенно не против того, чтобы в ближайшие дни она даже в окно выглядывала только под энергощитом и в окружении трех телохранителей).

— Корпоративные сплетни, — ответила Анна Дмитриевна, — разносятся, как чума. Если вор еще здесь, то он скоро узнает.

Лифт заскользил вверх — он был полностью стеклянным, и пол, и потолок, и круглые стены, и кнопки, и абажуры ламп в прихотливых узорах. Шахта лифта тоже была из стекла — затонированного зеленоватого, и потому ослепительный свет Альфы Менаро не так сильно бил в глаза. Когда они поднялись к пятнадцатому этажу, Акс даже различил вдали сине-зеленую полосу океана и мелкие точки круизных корабликов. У горизонта темные малахитовые волны как будто касались раскаленного бледно-голубого неба.

Акс опустил глаза. Под ногами лежал прямоугольник Сити, от которого лучами расходились дороги, усыпанные бесчисленными огоньками автомобилей. Альмонзея с такой высоты казалась цветком из алебастра, с белыми лепестками, украшенными мириадами драгоценных камней.

— Красиво, верно? — сказала Лаврова. — На пенсии куплю здесь домик у моря. А вы?

— Я предпочитаю более умеренный климат, мадам.

Лифт достиг двадцать третьего этажа. У дверей их встретил секретарь Бирхана Эрдема. Молодой человек изо всех сил старался не уронить своего достоинства, хотя заметно нервничал в присутствии солдат.

— А они что, останутся здесь? — полушепотом спросил он у Анны Дмитриевны, когда бойцы рассредоточились перед кабинетом Эрдема, заняв позиции, с которых простреливалась вся приемная.

— Да, — невозмутимо ответила Лаврова и, не дожидаясь приглашения, толкнула дверь. Акс последовал за начальницей, игнорируя руку секретаря, протянутую к его винтовке.

— О, мадам, ваше появление эффектно как никогда! — воскликнул мистер Эрдем и устремился навстречу начальнице экспресса. — Хотя несколько пугающе! Немного похоже на гангстерский рейд из старого кино, не так ли?

Маленькая ладонь Лавровой утонула в пухлой руке Эрдема, который излучал радость с такой же силой, как изотоп урана — радиацию.

— Прошу, присаживайтесь, — Бирхан Эрдем указал Анне Дмитриевне на глубокое кресло из кожи, едва удостоив Акса взглядом. — Желаете кофе со льдом? Освежающий коктейль? Холодный сок?

— Благодарю, но нет.

Заместителю шефа дирекции исполнилось, как помнил Аксель, шестьдесят семь. Это был холеный крупный мужчина с пышной черной бородой, чуть тронутой сединой, красивыми черными глазами и медоточивой улыбкой. Он уже больше тридцати лет царил в «МТ Экспресс», увеличив за это время прибыль до космических величин. Фонтейн даже не был уверен, что в математике есть числа с таким количеством нулей.

— Вы ознакомились с моим докладом? — спросила Анна Дмитриевна, опустившись в кресло. Фонтейн занял позицию по правую руку от нее.

— Да, конечно, мадам. Необыкновенно интересное чтение, однако, как мне кажется, вы несколько преувеличиваете опасность ситуации.

— Несколько? — холодно переспросила Лаврова.

— Я ни в коей мере не умаляю заслуг вашей службы безопасности, — уверил ее Эрдем, — и не отрицаю того, что у беспокойства есть причины, но они не представляются мне столь серьезными, чтобы поднимать вопрос отмены рейса.

— Это пока, — проронила Анна Дмитриевна.

— О, ну право же, вы ведь не будете утверждать, что нам грозит вторая «Доротея»!

— Буду.

Эрдем помолчал. Излучаемая радость заметно угасла. Проблема заключалась в том, что Эрдем был, строго говоря, боссом Лавровой, и если ее аргументы не покажутся ему достаточно вескими, то он просто прикажет выпустить экспресс в рейс. А Фонтейн не очень представлял, как Анна Дмитриевна убедит в своей правоте человека, который превыше всего ценит деньги, а точнее — их количество.

— Но вы же должны понимать, — сказал Эрдем, — что случай с «Доротеей» нанес страшный удар по «МТ Экспресс». Если мы отменим рейс, и пойдут слухи о террористической угрозе…

— Поэтому лучше не отменять рейс и подождать, пока угроза воплотиться в реальность?

— Я этого не утверждал, но… — заместитель шефа снова помолчал и сухо спросил: — Как мы, по-вашему, должны будем объяснить всем этим людям, — это слово он произнес с придыханием, подчеркивая, что это, конечно, не просто какие-то там люди, — почему отменяем рейс?

— Именно за это вы платите табуну ваших маркетологов, — сказала Анна Дмитриевна. — Вы уже разговаривали с шефом?

— Я пока посчитал нецелесообразным беспокоить ее…

— А я посчитала, — оборвала его Лаврова и взглянула на часы-кольцо на пальце. — Она сейчас вам позвонит.

Эрдем побагровел и рявкнул:

— Вы позволили себе обратиться к ней, минуя меня⁈ Через мою голову, даже не поставив меня в известность⁈ Я считал, что субординация для моих сотрудников — не пустой звук!

— Какая ситуация — такие и меры, — пожала плечами Лаврова, пока Акс в немалом удивлении переваривал услышанное. — Перед нами впервые за много лет возникла угроза, сопоставимая с «Доротеей». Вы считаете, что мадам Тадич не должна об этом узнать?

— С вами очень трудно разговаривать, — процедил Эрдем, утратив остатки медоточивости в голосе. — Вы полностью игнорируете доводы рассудка. Билеты уже проданы, и проданы отнюдь не козопасам из какой-то сельхозколонии! Мои диспетчеры спланировали маршрут с учетом пожеланий, высказанных очень высокими лицами, и мы не можем произвольно, без веских причин…

Раздался мелодичный звонок видеовызова, засветился экран, занимающий стену напротив стола. Смерив Лаврову свирепым взглядом, Бирхан нажал на кнопку приема.

Фонтейн невольно вытянулся по стойке смирно. Шефом «МТ Экспресс» была Невенна Тадич — потомок той самой Николии, сестры Марко Тадича, которая основала «МТ Корпорацию». Великий изобретатель, увлеченный открытиями, изменившими судьбу человечества, не нашел времени на женитьбу и зачатие детей, а потому наследниками его обеспечили сестры — Николия и Брена.