— Сверху видно получше, — донесся из густой кроны голос АльНилама. — Похоже, что террористы направились к ближайшему горному отрогу.

— А далеко он?

— Ну… день-полтора пути по таким зарослям.

— Может, их всех уже давно съели, — пробормотал один из солдат СБ. Он, наверное, был на Тар Мариат недавно и опасливо косился на шевелящиеся ветки, листья и лианы.

— Может, высадимся на отрог с джета? — предложил Мурад.

— Я бы рискнул пройти по тропе, которую оставили террористы. Мало ли, что мы там найдем. Они вполне могли сделать привал посреди дороги. Анжер и Шуфрир вряд ли выдержали бы путь до отрога без отдыха.

Зашелестела листва, и вад-принц соскочил на землю, похлопал дерево по стволу. Оно издало скрипяще-урчащий звук.

— Свистните подкрепление, — обратился АльНилам к представителям СБ и Эль Шадияр. — Выдвинемся к горе по тропе террористов.

Альмонзея, столица колоний Корпорации «МТ» на Альмонзис

- Итого при обыске багажного отделения, — меланхолично заключил Ави Флейшман, — мы нашли несколько закладок с наркотиками, некоторое количество нелегального оружия, немного контрабандных товаров. Я подготовил докладные на увольнение трех официантов, трех горничных и двух младших помощников технической службы. Однако ничего похожего на контейнер мы не обнаружили. Пока, — добавил заместитель Акса в слабой попытке проявить оптимизм.

Фонтейн молча листал пространный рапорт. Ави Флейшман, невысокий, худощавый человек с длинным узким лицом, длинным узким носом и бесконечно печальными глазами, пятнадцать лет прослужил в разведке. Акселю пришлось подписать гору документов о неразглашении и гостайне, прежде чем он получил доступ к резюме своего заместителя. А потому он был уверен, что Флейшман заставил подчиненных просеивать пыль за стеллажами и изучать ее под микроскопом — но пока все впустую.

— Одному Богу известно, как они ухитряются протаскивать в экспресс контрабанду, — продолжал Ави, печалясь о несовершенстве человеческой природы, — но мне иногда кажется, что нам нужно проводить тотальные обыски круглосуточно, хотя и это вряд ли поможет.

Фонтейн лишь вздохнул. Взгляды Флейшмана на жизнь, Вселенную и все остальное были полны глубокой меланхолии и несдержанного пессимизма — и Ави редко ошибался. Да и насчет контрабанды Акс был с ним согласен. Хоть в чем-то от этого чертова обыска была польза.

— Кстати, о тотальных обысках, — Флейшман немного оживился. — Не хотелось бы беспокоить вас этим заранее, однако, если мы ничего не найдем в багажном отсеке, то, как мне кажется, следующим логичным шагом должен быть обыск всех остальных вагонов.

— Угу, — мрачно отозвался Акс. Перспектива не радовала — обыскивать сто двадцать четырехпалубных вагонов вся СБ в полном составе будет как минимум месяц, если полностью исключить из графика перерывы на еду и сон.

«Хорошо хоть, что у нас не грузовой состав».

— Пока продолжайте работать в багажном отсеке. Вы еще не добрались до грузов для нужд экипажа. Среди поставок для жизнеобеспечения экспресса спрятать контейнер намного проще.

— В таком случае будет нелишне поднять всю документацию по поставкам. Тогда можно будет выйти на поставщиков, встряхнуть грузчиков, персонал служб доставки, офисных сотрудников…

«Господи Боже», — с тоской подумал Акс. Флейшман рассуждал так, словно у них в распоряжении были годы, а не меньше двух недель.

— Интересно, — сказал Ави, — а не попытаются ли эти террористы, кем бы они ни были, украсть контейнер из состава? Это могло бы облегчить задачу по их поимке… или нет.

Вообще-то идея была соблазнительной, тем более что Акселю и раньше доводилось ловить террористов на живца. К тому же в поезде еще не было ни одного пассажира (ну ладно, один… но за ним мог присмотреть кондитер), а сотрудников можно было бы запереть в одном вагоне или вообще незаметно вывести в здание депо. Однако Фонтейн был уверен, что Анна Дмитриевна будет категорически против превращения экспресса в поле боя. Если учесть, сколько стоит каждая панель в обшивке — то в чем-то ее можно понять.

— А еще эта странная диверсия, которую обнаружили техники, — продолжал Флейшман. — Опять-таки, сэр, я ни на что не намекаю, но зачем террористам выводить из строя поезд, на котором они собираются что-то вывезти? О! — вдруг встрепенулся Ави. — Может ли быть, что наш экспресс стал мишенью сразу для двух террористических группировок?

— Не может, — решительно пресек его измышления Фонтейн. Он не имел ничего против Ави, но десятиминутное общение с ним вызывало депрессию и мысли о тщете всего сущего. — Это статистически невероятное событие. Возвращайтесь в багажный отсек и продолжайте искать. Чертов контейнер должен быть где-то здесь! А насчет диверсии я сегодня поговорю с Шэнь Вэем. Он вроде бы нашел что-то важное.

Тем не менее, в чем-то Флейшман был прав, и Аксель размышлял об этом по дороге в инженерный вагон. Помимо ядра солар-двигателя, как было в случае с «Доротеей», в экспрессе множество весьма привлекательных для террористов мишеней — да хоть та же навигационная панель. Правда, для управления панелью нужно быть существом эпсилон-класса, да еще и с особой подготовкой, но может террористы намеревались не управлять, а вывести ее из строя.

«Хотя нет, — нахмурился Акс. — Поезд в таком случае станет неуправляемым, и доставка контейнера сорвется».

Фонтейн никак не мог понять, в чем же состоял план террористов. Допустим, они действительно сбили Ференца случайно. Вот они пронесли контейнер в поезд, купили билеты и, допустим опять же, успешно прошли проверки. Разве не в их интересах, чтобы экспресс благополучно добрался до нужной им станции? А если они собрались устроить диверсию на борту, то при чем тут контейнер с веществом? Фан была уверена, что его нельзя ни взорвать, ни использовать как компонент бомбы. Или дело в том, что заказчик контейнера ждал их в определенном месте, и террористы собирались направить поезд туда?

«Но это же полный идиотизм», — подумал Акс. Стрим-поезда — это, черт побери, не такси на стоянке, чтобы угнать его и помчаться куда глаза глядят. Не говоря уже о том, что для управления любым поездом нужно хотя бы одно существо эпсилон-класса с подготовкой навигатора. А за навигационной панелью такого экспресса как «Бриарей» должно быть не меньше трех навигаторов в смену. Только конченный кретин может рассчитывать на то, что ему удастся угнать целый поезд и тем более — «Трансгалактику 2».

К некоторому удивлению Акса, Шэнь Вэй ждал его не в купе управления инженерным вагоном, а в какой-то узкой норе технического назначения. Фонтейн даже не сразу смог ее найти, а когда нашел — с трудом пролез в эту щель, опасливо протискиваясь мимо кабелей, покрывающих стены, как змеи. Еще больше Акс удивился, обнаружив на месте встречи целый консилиум — вокруг узла проводов собрались Анна Дмитриевна, Шэнь Вэй, техник Макрири и Харада Саюри — старший навигатор экспресса.

— Доброе утро, — пропыхтел Акс. — Что вы нашли?

— Подтверждение наших опасений, — сказал Шэнь Вэй. — Впрочем, есть и хорошие новости.

— Это какие?

— Все остальные инженерно-технические системы экспресса не пострадали. Диверсия была всего одна и направлена на нарушение работы навигационной панели.

— А это уже плохие новости, — холодно сказала Харада Саюри. — Хотелось бы узнать, если вы в состоянии объяснить, почему наша СБ нас не бережет.

Фонтейн молча полез за очками. Старший навигатор была одним из немногих членов экипажа, с которым Аксу так и не удалось найти общий язык. Впрочем, он не один потерпел в этом неудачу — Харада считала навигаторов высшей кастой, а двенадцать ее подчиненных, то ли подражая начальнице, то ли опасаясь ее гнева, тоже держались особняком.

— В общем, облазали тут мои ребята все сверху донизу, — начал Макрири и потыкал пальцем в кабели, поверх которых высветилась ярко-голубая виртуальная схема: — Вот это у нас узел связи между НП и командным вагоном, работает он по протоколу АС-А1С2, с дискретной сигнализацией о поломках.