— Ладно, пойдём на завтрак, — пробормотал Рей и встал с дивана, аккуратно выпрямив хвост, чтобы не снести окружающие предметы и не задеть меня, а затем подал мне когтистую руку. — Я ещё должен объявить об очередном свидании.

Настроение тут же испортилось.

— И как ваша вчерашняя прогулка с Валенсией, ваше высочество? — зачем-то поинтересовалась я, нахмурившись, и тоже встала, схватившись за ладонь Рейгарда. Прикосновение было необычным — очень жарким и острым из-за когтей и моей собственной ревности, в этот момент будто приставившей к горлу нож.

— Я не помню, — ответил Рей совершенно обезоруживающе и продолжил с той же бесконечной честностью, которая абсолютно выбивала меня из колеи: — Я люблю только тебя, Лина. Мне не нужен никто другой.

Я не ответила, словно онемев, но наследник и не ждал ответа, а просто повёл меня к выходу из комнаты.

Уже оказавшись в коридоре и не обнаружив рядом никого из девушек — ни одной! — я до крайности изумилась. Мы обычно ходили в столовую все вместе, строем, в сопровождении кого-то из гвардейцев или дель Крайса. Но где остальные конкурсантки? Ведь нас с Реем позвали к завтраку…

— Его высочество Себастьян отдал приказ, — пояснил один из гвардейцев, видимо заметив наше недоумение. — Всех проводить в столовую. Потом туда пойдёт его высочество Рейгард. И после него, минут через пять, — госпожа Аделина. Он передал, — тут в голосе мужчины прорезалось неподдельное смущение, — чтобы вы её отругали. И желательно построже.

— Узнаю Яна с его интригами, — хмыкнул Рей, пока я удивлённо молчала. — Что ж, хорошо. Тогда я пойду. Лину приведёте позже, как и говорил его высочество Себастьян.

Тут мою ладонь сжали, и я неожиданно осознала, что мы до сих пор так и стоим — держа друг друга за руки.

— Помни: всё, что ты услышишь, будет не более чем спектаклем, — сказал Рей мягко, глядя на меня с такой нежностью, что мне захотелось срочно спрятаться под ближайший стол от смущения.

Ну зачем? Это ведь видят все дежурные гвардейцы! И делают выводы. Все усилия Яна пропадут напрочь! Он ведь пытается обезопасить меня! А Рей, кажется, совсем не может контролировать самого себя…

Впрочем, кто бы говорил! Забыла, как накануне скрипела вилкой по тарелке?

— Постараюсь, — вздохнула я, и наследник, кивнув, ещё раз сжал мою ладонь, а затем отпустил её и пошёл дальше по коридору, по направлению к столовой.

А я принялась ждать. В полном молчании, среди гвардейцев, стоя посреди коридора как памятник самой себе, я отсчитывала минуты, размышляя о том, как поживает Касси. Я знала, что она найдёт занятие, книг в её комнате было достаточно, но всё равно волновалась. Себастьян сказал, что уверен в людях, которые будут её охранять и прислуживать, но и он способен ошибаться…

— Пора, — кашлянул тот самый гвардеец, который недавно докладывал о приказе младшего наследника. — Идите за мной, госпожа Аделина.

Я послушно пошла следом, отчего-то думая, что в столовой будут лишь Рейгард с конкурсантками, однако ошиблась.

За столом, кроме Рея, сидел ещё Себастьян.

И их величества.

— О, Аделина, — вполне дружелюбно улыбнулась мне королева Мелисанда. — А мы волновались за вас. Надеюсь, ничего не случилось?

Я не успела даже рот раскрыть — к спектаклю присоединился Рей.

— Конечно, у неё ничего не случилось, — сварливо произнёс он, глядя на меня с лёгким пренебрежением — я даже похолодела от этого взгляда. Он безумно напомнил мне прежний — тот, которым смирял меня Рейгард после Зимнего полёта драконов. — Во дворце прекрасная охрана, здесь ничего не может случиться. Думаю, госпожа Аделина решила, что, раз она одна из конкурсанток, значит, ей всё можно. В том числе и на завтраки опаздывать. Может, вы соблаговолите объяснить, Аделина, почему заставили нас ждать?

Безукоризненно. Даже я, зная, что Рей играет роль, поверила, и почти правдиво начала оправдываться:

— Прошу прощения, ваши величества, ваши высочества. Я всего лишь проспала.

— Но вас ведь должна была разбудить служанка, — удивилась королева, и я кивнула.

— Да, так и было. И разбудила, и причесала, но потом она ушла, и я вновь уснула. Вчера допоздна зарисовывала формулу проклятья его высочества… Устала.

— Ты всё такая же заучка, какой была в академии, — насмешливо заметил Рейгард. — Садись. И не смей больше опаздывать, иначе на одну участницу станет меньше. Учитывая, что ты — человек, — невелика потеря.

Судя по усмешке Яна, чего-то вроде этого он и хотел. А вот мне было противно, несмотря ни на что. Даже по-глупому захотелось развернуться и сбежать отсюда.

Вот только короля и королеву Рей явно не обманул — сразу после его слов про человека они уставились на сына с непониманием, а потом переглянулись, и на губах её величества я заметила лёгкую улыбку.

Ну да, ещё бы. Конечно, в королях идиотов не держат, поэтому они отлично понимают, что подобным образом Рей пытается скрыть собственную симпатию ко мне.

— Сегодня, как вы помните, мы продолжаем индивидуальные встречи, — произнёс старший наследник, когда я села и взяла в руки ложку, чтобы присоединиться к завтраку. Вот только есть мне совсем не хотелось. Было неприятно из-за этой ситуации. Как будто в прошлое вернулась… — Кто хочет увидеться со мной именно сегодня?

— Я, — раздался чей-то нерешительный голос, и я, подняв голову, поняла, что говорила Барбара — одна из дракониц. Пожалуй, самая милая и непосредственная из них. Правда, и глупая тоже — порой она задавала такие вопросы как наследникам, так и господину дель Гайло, какие мне в голову никогда бы не пришли. Зато Барбара была на редкость красивой блондинкой с большой грудью и шикарными длинными волосами. Мне порой думалась, что из-за внешности её на отбор и взяли, — потому что дракон у неё был не слишком сильным, это чувствовалось.

— Хорошо, — ответил Рей невозмутимо, глядя на Барбару с таким равнодушием, что я на её месте немедленно передумала бы с ним встречаться. — Куда вы хотите отправиться?

— Если позволите, тоже в зимний сад. Мне интересно посмотреть…

— Договорились, — перебил он девушку абсолютно невежливо, заставив Яна иронично усмехнуться. — Сегодня после обеда пойдём в зимний сад. А пока я предлагаю сосредоточиться на завтраке.

— Ты сегодня встал не с той ноги, дорогой брат, — весело съязвил Себастьян, глядя на то, как конкурсантки послушно берут ложки и продолжают есть. — Или ты встал с хвоста?

Несмотря на то, что настроение у меня теперь было мерзким, я едва не улыбнулась.

— Возможно, — бесстрастно ответил Рейгард. — Напомните мне, дамы, репетиции не будет?

— Да, — откликнулась Валенсия. Из всех присутствующих она одна выглядела довольной, будто ей доставляла удовольствие грубость Рея. — Господин дель Гайло предупреждал, что у нас сегодня выходной. Поэтому мы понятия не имеем, чем занять себя в отсутствие репетиции. Быть может, вы придумаете нам ещё одно испытание, ваше высочество? Это лучше, чем весь день изнывать от безделья.

— Можно не изнывать, — откликнулся Рей равнодушно. — Сходите погулять, книжку почитайте. Крестиком повышивайте. В общем, делайте что хотите. Никаких испытаний сверх спектакля у вас не будет.

— Жаль, — вздохнула Валенсия, но, судя по взглядам других девушек, они её позицию не разделяли.

Вопреки началу беседы, дальнейший разговор был вполне себе приятным, но только потому, что Рей наконец замолчал, а в диалог вступили король и королева. Оба были мастерами непринуждённой беседы, и вскоре участницы расслабились, стали отвечать с охотой, улыбаться и смеяться. Даже у меня настроение немного улучшилось, хотя до сих пор было не по себе.

После завтрака я не стала дожидаться, когда ко мне кто-нибудь обратится с предложением пообщаться — понимала, что либо Себастьян, либо Рейгард наверняка захочет это сделать, — и убежала к Касси. Как объяснил младший принц ещё накануне, для того, чтобы меня проводили к дочери, нужно просто попросить любого из гвардейцев привести ко мне Томаса дель Крайса. Он был обязан являться к конкурсанткам в любое время дня и ночи, как выяснилось. Но сейчас вызывать его и не понадобилось — управляющий сам обнаружился в коридоре, будто понимал, куда я захочу направиться сразу после завтрака.