— Не волнуйся, всё хорошо, — ответила я дочери ласково. — Вы уже пообедали?

— Да, но мы не пили чай, — сказала Ева, улыбнувшись. Кажется, она уловила по моему лицу, что пока можно выдохнуть. — Собирались, но тут пришёл твой вестник, и мы решили подождать тебя.

Что-то пить или есть после обеда в замке мне не хотелось, о чём я и сообщила Касси и Еве, но составить им компанию не отказалась. Дочь тут же побежала в свою комнату, чтобы принести мне какую-то новую книжку, которую они с Евой купили в моё отсутствие, а я, воспользовавшись этим, в двух словах рассказала подруге об ультиматуме Себастьяна.

— То, что он сразу тебя не прибил после новостей о Кассандре, — уже успех, — заключила Ева, заходя на кухню. — Но, как отреагирует Рейгард, я даже не представляю.

— Я тоже, — пробормотала я. О том, что первый наследник на самом деле выглядит сейчас, мягко говоря, не как человек, я решила умолчать. Просто упомянула, что проклятье существует и королевская семья отчего-то рассчитывает снять его при помощи свадьбы на любимой девушке. Услышав подобное, Ева ответила мне недоумевающим взглядом, но сказать ничего не успела — потому что из своей комнаты вернулась Касси.

Мы сидели на кухне и болтали о чём угодно, только не об отборе и Логове драконов, около часа. Хотя я ожидала, что дочь будет спрашивать меня о том, как там всё проходит, но Касси словно была не слишком интересна эта тема. И подобное поведение меня тревожило.

В итоге через час я отправилась собирать вещи, и когда мы с Кассандрой оказались наедине — Ева осталась наводить порядок на кухне, — я спросила у дочери, отчего она совсем не интересуется, что творится в замке. В конце концов, драконов она практически не видела…

— Да на что там смотреть? — фыркнула Касси, сморщив нос. — Они все одинаково напыщенные, в глазах так и светится: «Я тут главный». Тебе наверняка неприятно находиться в Логове, поэтому я не хочу портить тебе настроение. Да и не слишком интересны мне драконы, это правда. Я понимаю, что придётся учиться раскрывать вторую ипостась, летать и выдыхать огонь, но радости мне это не доставляет. Я бы предпочла остаться обычным человеком.

Мне было больно это слышать. Мне — человеку! А что почувствует Рейгард?

— Касси, не надо так. Драконы бывают разные. Королевская чета очень милая, а младший принц тебе наверняка даже понравился бы. В нём никакой напыщенности нет.

— Не хочу, — махнула рукой дочь, и я поняла, что про Рейгарда рассказать ей просто-напросто не смогу. Изначально, услышав слова Касси, я подумала: стоит признаться, объяснить, что её отец — не простой дракон, а первый наследник, принц Рейгард.

Но признаваться Касси отчего-то оказалось не менее сложно, чем её отцу, и я всё-таки промолчала.

Рейгард

Дав себе несколько часов, чтобы разобраться с делами, Рейгард, как и обещал Лине, около шести вечера отправился в её комнату. Хмыкнул, услышав пожелание удачи от Себастьяна — да уж, удача с Линой точно не будет лишней, — и пошёл к девушке. Хотя, по правде говоря, ему вовсе не хотелось тратить время на книги по проклятьям. Всё, что мог, он уже вычитал, даже к зеркалу Истины обращался, — ноль. Пора жить дальше с тем, что есть.

— Госпожа Аделина вернулась? — поинтересовался Рейгард у гвардейца, который стоял рядом с покоями девушки, и тот покачал головой.

— Нет, ваше высочество.

Хм. Без десяти шесть, пора бы.

В груди шевельнулось беспокойство, но Рейгард задавил его. Ни к чему поднимать панику: Лина, согласно отчётам службы безопасности дворца, построила портал в магазин Евы дель Майто и никуда оттуда не выходила. По крайней мере, так сказал Себастьян — именно он отвечал за охрану конкурсанток, а не верить ему у Рейгарда не было оснований.

Поколебавшись, наследник всё же вошёл в комнату Лины, решив подождать внутри. Да, невежливо и нагло, но девушка и так о нём невысокого мнения, а протирать спиной стены коридора принцу как-то не солидно.

Садиться Рейгард не стал. Прошёлся по комнате, про себя дивясь, насколько эти сахарные интерьеры не подходят Лине, серьёзной, собранной и не слишком романтичной девушке, полюбовался на ящик с инструментами артефактора и заготовками — конечно, безделье это тоже не про Лину, — посмотрел в окно, за которым начинало темнеть, и, когда уже начал думать, что пора бы искать потеряшку, дверь наконец распахнулась.

Лина быстрым шагом вошла в комнату, Рейгард резко обернулся, отворачиваясь от окна, где за стеклом медленно падал мелкий снег, похожий на песчинки, и громко сказал:

— Добрый вечер, Лина.

Дверь за её спиной закрылась, и тоже достаточно громко. Все эти звуки, видимо, подействовали на девушку, которая вошла с отсутствующим выражением лица, — и Лина выпустила из рук небольшую сумку-саквояж. От удара она раскрылась, и содержимое вывалилось на пол.

— Ой! — воскликнула Лина, садясь на корточки, и принялась дрожащими руками собирать свои вещи. Рейгард решил, что стоять и смотреть на это совсем уж невежливо, приблизился к Лине и сел рядом. На корточках он теперь сидеть не мог — плюхнулся на хвост, поджав его на манер кресла, и потянулся когтистой лапой к тому, что изначально принял за книгу в кожаном переплёте. Только переплёт был необычным — белого цвета, он притягивал взгляд, словно снег на голой чёрной земле.

— Не трогай! — попыталась возразить Лина, но было поздно. Рейгард уже взял в руки книгу и открыл её.

Что именно видит перед собой, наследник осознал не сразу. Понимание пришло спустя пару секунд после того, как Лина вырвала из его рук то, что он принял за книгу.

Это оказался альбом с магическими фотографиями, и на той единственной, что успел увидеть Рейгард, была изображена маленькая девочка с серебристыми волосами и глазами цвета яркого летнего неба.

Аделина

Да, Лина, ты доигралась. Тянула-тянула… дракона за хвост. И вот — дотянула.

Нехорошо получилось. Я должна была рассказать всё сама, найти правильные слова, объяснить. Но, видимо, слишком долго медлила. Не зря говорят, что, если долго пытаться уйти от судьбы, она возьмёт всё в свои руки и заставит принять неизбежное.

У Рейгарда, когда он раскрыл альбом, на лице появилась такая вселенская растерянность, что мне моментально стало стыдно. Но и удивительно — я ведь думала, что он будет злиться…

Хотя, возможно, он ещё не понял, что — точнее, кого — увидел на фотографии?

— Лина, — произнёс наследник хрипло, почти болезненно. И в его глазах я заметила страх. — Скажи мне, что это не то, о чём я подумал…

— Я ведь не знаю, о чём ты подумал, — пробормотала я, прижимая альбом к груди. — Поэтому скажу как есть. Тем более что Себастьян просил… то есть твой брат велел уложиться в неделю. С тех пор уже прошло несколько дней, я тянула, не решалась. Хотела сначала сказать Касси, но и ей не смогла…

Я на несколько секунд замолчала, не выдержав прямой взгляд Рейгарда, заполненный таким количеством разнообразных чувств, что мне было сложно не опустить голову.

Он смотрел на меня с болью и удивлением — так, словно не ожидал услышать ничего подобного. Так, как смотрят на того, кому доверяешь, получив удар в спину.

— Почему ты… — выдохнул он и закрыл глаза. — Впрочем, глупый вопрос. После того, что я тогда сделал, неудивительно, что ты предпочла промолчать. Но как ты доучилась? — Рей вновь посмотрел на меня, но теперь в его взгляде не было удивления. Ему на смену пришло чувство вины. — Почему никто не заподозрил, не сообщил мне…

— Я использовала артефакты для изменения ауры, — ответила я сконфуженно. — Конечно, это было сложно, поскольку их приходилось постоянно менять — аура тоже менялась, по мере роста… ребёнка.

Услышав это слово, Рейгард вздрогнул и вновь зажмурился.

— Вечное Пламя, сколько же зла я тебе причинил…