Зажмурилась и лихорадочно провела пальцами по наморщенному лбу.

– Это недопустимо. Он хозяин квартиры, а не твой. Разве можно вот так вваливаться в квартиру, в которой проживает посторонняя девушка? – Парень разгневанно задаёт риторический вопрос. – Кто знает, чем ты здесь занимаешься? А что если по дому голая ходишь? А тут он, – рявкнул Стёпа, – такой нежданный и нарядный.

Тон Степана мне не нравился, но сложно было с ним не согласиться. Морозов повёл себя слишком фривольно. Где это видано являться к молодой девушке ночью. С другой стороны, он действительно мог волноваться за меня.

– Лиза, одумайся, – Стёпа опустил руки на мои плечи. – Не нравится мне этот Морозов. Тебе надо держаться от него как можно дальше. Слишком властный и надменный. И явно имеет на тебя определённые виды.

Озадаченно округлила глаза.

– Какие ещё виды он на меня имеет?

Степан сурово нахмурился.

– Самые прямые. Очень откровенные и похотливые. Вон как тебя глазами пожирал. И мне явно был не рад. Приревновал.

Обессиленно выдохнула. Легко Стёпке раздавать советы направо и налево. Держаться подальше! И что? Куда я пойду? Склонить голову и бежать к матери. Нет уж…Гордость не позволит прийти с опущенной головой. Обязательно докажу ей, что я даже без неё чего стою в этой жизни.

Надоел её постоянный контроль…

– Не преувеличивай. Морозов проявил банальную заботу. Он повёл себя крайнее деликатно. Даже слова тебе не сказал, а мог бы потребовать, чтобы ты ушёл, – вздохнул. – И Платон меня совершенно не ревнует. Поверь, ему хватает женщин.

Парень высокомерно усмехнулся и, убрав от меня ладони, сурово скрестил руки на груди и, вальяжно покачивая ногой, брякнул, – и что? Многим своим сотрудницам этот Морозов оказывает такую заботу. Или ты особенный, незаменимый работник с колоссальным опытом? Платон, – ехидно произнёс имя Морозова, Стёпа, – считает тебя великим специалистом, без которого весь его бизнес рухнет? Нет, – сам задал вопрос, сам на него ответил.

Очень удобная позиция…

– Ты его интересуешь вовсе не как специалист. И ты об этом знаешь.

Раздражённо блеснула глазами. Ехидная интонация безумно бесила меня.

– Лиза, усмири свою гордыню. Очнись, этот мужик спит и видит, как бы тебя в кровать затащить. Ты для него лишь девочка для приятного времяпровождения. Посмотри на эту квартиру, – он широко взмахнул руками, стремясь обхватить огромную, дорогостоящую гостиную. Ты реально думаешь, что все сотрудники его фирмы удостоены чести проживать в таких же апартаментах. Нет. Допускаю, что квалифицированным работникам предоставляют шикарное жильё, но не новичкам же. Морозов – хитрый. Он постепенно соблазняет тебя. Изображает доброго, понимающего мужчину, но на деле далеко не такой. У него хищный, волчий взгляд на жизнь. Нет никакой морали и принципов. Морозов считает, что всё в жизни покупается и продаётся.

Отрешённо замотала головой.

– Да, Лиза. Я всё правильно говорю, – твердил и твердил Степан. – Морозов хочет, чтобы стала его любовницей. Одной из многих. Он хочет, но решать только тебе.

Намёки Степана мне очень не понравились. Он меня действительно воспринимает за меркантильную особу, которая будет встречаться с мужчиной ради денег.

– Не продолжай. Мне не нравится этот разговор.

Угнетённо обвела друга взглядом.

– Лиза, я не хочу тебя обидеть, но на правду нельзя обижаться. Ты же умная девушка, сама прекрасно понимаешь, что этот человек не просто так всё это делает. Никто в наше время за «банальное спасибо», ничего делать не будет, – тяжело проговорил он. – А этот Морозов до мозга костей бизнесмен. Он всегда и во всё привык получать свои дивиденды. А сейчас его дивиденд, ты.

Молчала, тщетно переваривая свалившуюся на меня информацию…Морозов меня принуждать не станет, но и долго бегать за мной, как верный собачонок также не станет.

Рано или поздно ему надоест возиться с капризной девочкой, и что тогда? Известно, что…

– Нет. Не думаю, – соврала. – И знаешь, что друг мой. Моя личная жизнь тебя не касается. Даже если у меня что - то будет с Морозовым, это лишь моё дело и больше оно никого не касается. Только меня и Платона, – решительно возразила. – Нет у тебя права лезть ко мне со своими чёртовыми нравоучениями.

Хватит с меня нравоучений матери. Даже если я перейду черту и соглашусь на отношения с Морозовым, о чём впоследствии горько пожалею…А то что я пожалею сомнений не вызывает, но это будет моя ошибка. Вправе самостоятельно распоряжаться жизнью.

Пусть лучше разорву своё сердце, нежели не попробую и всю жизнь стану жалеть. А кто знает, что ждёт меня в будущем? Возможно, что Платон сможет измениться. Главное, выбрать правильную тактику. Доказать ему, что любовь существует и ей следует дорожить.

Более даже слушать не стала надоедливого друга, развернулась и побрела в спальню.

– Ты себя слышишь? – Свирепо прорычал друг и последовал за мной. – Лиза, у тебя с головой проблемы. Хочешь стать очередной игрушкой этого подлеца. Он же тебя всерьёз не воспринимает. Поиграет и выкинет, как ненужную, надоевшую игрушку.

Мужчина активно жестикулировал, эмоции переполняли его.

– Ты так не сможешь жить. Лиза, ты совершенно другая девушка. Правильная. Честная. Принципиальная.

Женская гордость, обида пожирали моё сердце. Каждое слово больно ударяли по мне, беспощадно разрушая душу, вгоняя во мрак. Знала, инстинктивно ощущала, что жизненно необходимо держаться, как можно дальше, от опасного мужчины, который легко разрушит мою жизнь. Если сделаю шаг навстречу Морозову, то неизбежно упаду в чёрную яму…Но как же сложно? Каждый день меня всё сильнее и сильнее притягивало к этому дьяволу. Разум вопил, а вот сердце стремилось. Глубоко-глубоко в душе надеялась, что смогу завоевать его любовь. Смогу стать одной-единственной, незабываемой и неповторимой. Чёрт! Романтичная, маленькая наивная девочка. Он же меня разрушит.

– Лиза, поехали отсюда. Собирай вещи и поехали ко мне.

Ошарашенно расширила глаза и изумлённо растянула уголки губ.

– Куда? К тебе? – Непроизвольно, язвительно хихикнула.

– Да. А лучше давай я отвезу тебя к матери.

Разочарованно ухмыльнулась.

Постепенно стала понимать, почему меня тянуло к взрослому, решительному Морозову. Он грубый, властный, жёсткий, но при этом умеет решать проблемы, рядом с ним нестрашно быть слабой, беззащитной женщиной, потому что знаешь, что за твоей спиной стоит каменная, нерушимая стена. Только вот неизвестно, как долго эта стена будет стоять… А вот Степан ведёт себя как маленький мальчик.

– Иди, Стёпа. Уже поздно. Мне завтра на работу рано вставать.

Друг с грустью в глазах посмотрел в моё поникшее лицо.

– Лизка, пожалуйста, не совершай ошибку. Этот подонок лишь воспользуется тобой. Он не умеет ценить женщин.

Озлобленно выругалась, слишком на болевые точки нажимал Степан. Почему все убеждены, что я наивная дурочка, которой может воспользоваться любой…

– Подонок, говоришь! – Ядовито прошипела. – А что же ты язык в одно место засунул, когда этот подонок явился в квартиру. Сказал бы ему в лицо всё, что о нём думаешь. Или что, Стёпа? Испугался этого подонка. Конечно, куда безопаснее оскорблять Морозова за его спиной.

Стёпа вспыхнул словно факел. А вот теперь я надавила на болевые, неприятные мужские точки, пнула его гордость и как следует ударила по самолюбию.

Понимала, что веду себя далеко не дружелюбно, даже грубо, но Стёпка сам виноват. Ему позволительно втаптывать меня в грязь, а я, что должна молча проглатывать его неуместные, вульгарные речи.

– Не хотел устраивать скандал.

С откровенным недоверием приподняла брови.

– Лиза, не стоит менять тему. Речь сейчас не про меня.

– Правильно, – взмахнула пальцем. – Это моя жизнь. И я буду делать то, что посчитаю нужным.

Степан злобно покривился, его глаза наполнились сверкающими молниями.

– В смысле?

– В прямом смысле. Захочу, буду встречаться с Морозовым, захочу не буду.