Тобиас кивнул.

      - Я уверен. Еще?

      Ной сделал очень глубокий вдох и медленно выдохнул, не торопясь с ответом.

      - Да, сэр, - сказал он, наконец, низким и мрачным голосом.

      Тобиас застонал, не в силах сдержаться. Внезапно он больше забеспокоился о своей собственной силе воли, чем о воле Ноя. Он вдохнул и провел щеткой по другой ягодице, ниже по заднице, выше по бедру, чуть касаясь красного.

      Ной всхлипнул и задержал дыхание, его тело напряглось. Тобиас почувствовал, как он выдохнул, благодаря чистому усилию воли, практике и опыту, которые подсказывали им обоим, что дышать легче, а снимать напряжение стало приятнее.

       - О Боже, - выдохнул Ной, и как только напряжение спало, оно внезапно вернулось, и его пальцы впились в бедро Тобиаса. - Близко, сэр, - предупредил он, слова застряли у него в горле.

      Тобиас бросил щетку и повернулся, повалив Ноя на кровать. Он грубо раздвинул ноги Ноя, зная, что натирает нежную кожу покрывалом, но не заботясь об этом. Одним движением он засунул палец в задницу Ноя и наклонился, чтобы заглотить его член, усиленно посасывая.

      - Господин! - Ной вздрогнул и застонал, а затем запустил обе руки в волосы Тобиаса, запутываясь там. Он выгнулся, насаживаясь на палец Тобиаса, и всхлипнул, когда его начал охватывать оргазм. - Сэр, о Боже... - пробормотал он, и Тобиас ощутил на языке вкус первых капель спермы Ноя, солоноватый и горячий.

      Тобиас облизывал и ласкал его, втягивая его в себя и постанывая. Он хотел большего, хотел вкушать и наслаждаться своим мальчиком. Он на мгновение поднял голову, но только для того, чтобы прорычать:

      - Кончи для меня, - прежде чем снова втянуть Ноя в себя.

      - Ох, блядь. - Ной двинул бедрами к горлу Тобиаса и беззвучно всхлипнул, кончая по команде, по приказу Тобиаса - кончая потому, что Тобиас этого хотел. - Господин! - крикнул он, и его тело напряглось и замерло неподвижно, его бедра чуть не оторвались от матраса, когда он кончил Тобиасу в рот.

      После первой волны Ной дрожал. Его бедра вдавились в кровать, а пальцы на макушке Тобиаса ослабли.

      - Господин, сэр, так хорошо.

      Тобиас облизал его, проглотил.

      - Да, - согласился он, уткнувшись носом в бедро Ноя. - Хорошо. - Он встал на дрожащие ноги и нащупал пуговицу на ширинке, чувствуя себя неуклюжим от желания. - Смазка? - спросил он хриплым голосом.

      Ной со стоном перевернулся на живот, демонстрируя работу рук Тобиаса.

      Его задница была ярко-розовой и немного припухшей, а полоски от ремня все еще были очень заметны. Он потянулся, выдвинул маленький ящичек в тумбочке у кровати и достал смазку.

      Тобиас глухо застонал, и этот звук, похожий на глухой рокот, прокатился по его телу, когда он расстегнул штаны, кожа которых была горячей, словно вторая кожа. Его член пульсировал и подпрыгивал в руке, твердый и ноющий.

      - Поторопись, малыш, - уговаривал Тобиас, поглаживая себя. - На четвереньки.

      Ной повернулся, чтобы передать Тобиасу смазку, и поморщился, когда чувствительная кожа натянулась.

      - Я хочу вас, сэр, - прорычал он, его голос снова был низким и мрачным. Он явно был в сабспейсе, опустив глаза и встав на четвереньки. Он бесстыдно выгнул свою покрасневшую задницу навстречу Тобиасу. - Пожалуйста.

      Тобиас застонал, смазывая свой член и погружая пальцы в Ноя. Он все еще был тесным, но привыкал к тому, что его берут, и довольно быстро расслабился, подавшись назад, чтобы принять пальцы Тобиаса глубже. Тем не менее, он не был полностью расслаблен, а желание Тобиаса брало верх.

      - Готов? - потребовал он, поглаживая простату Ноя.

      Ной ахнул, застонал и прижался к пальцам Тобиаса.

      - Да, сэр, я готов для вас.

       - Слава богу, - пробормотал он, входя.

      Возможно, это был самый быстрый раз, когда он брал своего мальчика, просто входил и не останавливался, пока не вошел по самые яйца, плотно прижавшись к горячей-горячей коже.

      Ной застонал и пошевелился, когда кожа потерлась о воспаленную кожу.

      - Ты такой приятный, господин, толстый и твердый и... - Ной пошевелил бедрами, мягко оседлав Тобиаса. - О, Боже.

      Тобиас ахнул и выругался.

      - «О, Боже» - это точно. Малыш. Черт...

      Он держал Ноя за бедра и пытался просто позволить этому случиться, позволить Ною хоть раз задать темп, но был так чертовски близок. Он скользнул внутрь, когда Ной отодвинулся, подстраиваясь так, чтобы им было хорошо.

      Еще три толчка, еще три раза, и Ной снова прижался к нему, так сладко, как только мог, и Тобиас тяжело дышал.

      - Близко. Боже, так близко, мальчик.

      Ной застонал.

      - Возьмите, что вам нужно, сэр, - сказал он все тем же хрипловатым голосом и сжал его. - Я ваш, просто потому, что вам хочется, нужно вам.

      Тобиас зарычал, звук перешел в рев, он снова врезался в Ноя, гордость и любовь овладели им и привели к кульминации. Он даже не мог говорить, кончая, рев наполнил комнату ощущением обладания своим сабмиссивом, своим любимым. Тишина, воцарившаяся, когда его член дернулся и запульсировал в заднице Ноя, была звенящей и продолжительной, нарушаемой только их дыханием и тихими стонами Ноя.

Глава 19

      Дни между Рождеством и Новым годом были одними из лучших в жизни Тобиаса за последние годы. Ной, казалось, достиг нового уровня подчинения, легко и непринужденно оставаясь в сабспейсе гораздо дольше, чем Тобиас когда-либо просил у него; это был подарок, которого Тобиас ждал.

      В тот день, когда Тобиас вернулся домой после короткого обхода и был встречен у двери голым и молчаливым Ноем, он понял, что произошел прорыв. Ной, опустив глаза, помог ему разложить вещи, а затем принес обед в кабинет. Пока Тобиас ел и занимался своими бумагами, Ной стоял на коленях рядом с ним, неподвижный и молчаливый, двигаясь только для того, чтобы налить еще воды. Тобиас поймал себя на том, что рассеянно гладит его, находя утешение в его присутствии и в том, как деликатно он обслуживает его.

      Ной справлялся со своими обязанностями легко, быстро и хорошо. Его не нужно было заставлять готовить ванну для Тобиаса, кормить его или приносить ему вещи. Казалось, он каким-то образом связан с сознанием Тобиаса, и дважды Тобиас чувствовал проворные пальцы на своей ширинке всего через несколько мгновений после того, как осознавал собственное возбуждение. То, что Ной просто знал и жил, чтобы служить, заставляло его испытывать оргазм сильнее, чем когда-либо, усиливало его эрекцию, заставляло его хотеть своего мальчика еще больше.