- Извините, сэр, у меня вопрос.
- Спрашивай, - приказал Тобиас, охваченный любопытством. Он надеялся, что в сарае все в порядке; ему действительно не хотелось выходить.
- Я... ну, я не хочу портить ваше кожаное кольцо в душе, сэр. Вы бы предпочли, чтобы я снял его?
Тобиас ухмыльнулся и вытащил ключ из кармана.
- Хороший мальчик, по правде говоря, я даже не подумал об этом. Спасибо, что подумал о моей собственности. - Он жестом велел Ною встать и снять штаны. Он отпер замок и снял кольцо, несколько мгновений поигрывая с членом Ноя. - Просто для ясности, ты трогаешь себя только в целях личной гигиены. Он очень красивый, но он мой.
Он снова погладил Ноя и обхватил его тяжелые яйца.
- На самом деле... Я не хочу, чтобы ты вообще дрочил в течение следующей недели.
- Д... да, сэр, - заикаясь, ответил Ной, немного удивленный его приказом.
- Хорошо. Только это был не вопрос, так что это еще один удар. Иди в душ, и мы приступим к делу.
- Извините, сэр, я в замешательстве. У меня есть еще один вопрос, - неуверенно произнес Ной.
Тобиас приподнял бровь.
- Спрашивай.
- Вы хотите, чтобы я устно подтверждал ваши приказы? Вы хотите, чтобы я вообще их все подтверждал? - В его голосе звучало легкое раздражение.
Тобиас откинулся на спинку кресла и задумался.
- Если спрошу прямо, понимаешь ли ты, я хочу получить устное подтверждение, и надеюсь, ты дашь мне знать, если не понял. Когда я отдаю приказ - например, не дрочить, или выполнять работу по дому, или что-то подобное, - достаточно, чтобы ты просто выполнил его. Принятие моей воли - это огромная часть того, что мне от тебя нужно. Помни о нашем контракте. Если я прикажу сделать что-то, что может навредить тебе психически, эмоционально или физически, ты можешь отказаться. Все остальное я ожидаю от тебя в меру твоих возможностей. - Он мягко улыбнулся. - Все не всегда будет так, как сейчас - мы снова расслабимся. Но сейчас у нас есть над чем поработать. Вопросы?
- Нет, сэр, - ответил Ной.
- Хорошо. Иди, прими душ. - Тобиас улыбнулся, когда Ной натянул джинсы и вышел, его легкие шаги звучали по лестнице. Он все еще улыбался, поглаживая кольцо для члена, и сам поднялся по лестнице, чтобы взять хлыст из сейфа, прежде чем перейти по коридору в свою спальню, подождать.
Он с нетерпением ждал этого, чувство было немного другим, чем в предыдущие недели. В предвкушении была какая-то острота, какая-то радость, которую он до сих пор подавлял. Он снова и снова покручивал хлыст, поглаживал кожу и проводил по ней пальцами. Где-то по пути он утратил это волнение.
Когда Ной, наконец, вышел из душа, он выглядел более расслабленным, от него пахло мылом и кремом для бритья. Он остановился в дверях, и его взгляд задержался на хлысте в пальцах Тобиаса. Он принял позу «Грация», положив руки на стену, выставив задницу.
- Два удара, - тихо произнес Тобиас, вставая. На мгновение он залюбовался Ноем, оценив линии его тела и изгиб задницы, так приятно подставленной. Он почувствовал напряжение в паху и глубоко вздохнул. - Готов?
Ной кивнул.
- Готов, сэр.
Тобиас нанес удар. Первый удар был сильным и линия, которую он оставил, была мгновенной и прекрасной. Ной задохнулся от боли и, казалось, затаил дыхание. Второй был таким же, только чуть позже первого. Ной резко выдохнул, и Тобиас увидел, как вместе с ним исчезло напряжение в его плечах. Ему пришлось подавить стон, переполнявшее его чувство было таким сильным и необузданным.
- Хороший мальчик, - грубо сказал он.
Ной послушно молчал.
Тобиас положил хлыст на комод и взглянул на пейджеры. Все они были пусты, за что он всегда был благодарен. Он взял кольцо для члена и ключ от него, чувствуя тяжесть собственного члена своих бедер.
- «Показ», Ной, - тихо сказал он, присаживаясь на край кровати и наблюдая, как Ной повернулся к нему лицом, заложив руки за спину и красиво расправив плечи. - Как ты себя чувствуешь? - Спросил Тобиас, поглаживая кольцо для члена.
- Хорошо, сэр, - ответил Ной. - Сосредоточен, спокоен... в безопасности.
- Хорошо. Завтрашний день будет трудным. Хочу, чтобы ты знал, я это понимаю. Кроме того, я не отношусь к этому легкомысленно; у нас обоих есть потребности, и я обязан позаботиться о том, чтобы они были удовлетворены. Я обещал помочь тебе найти свои пределы и преодолеть их. Однако не могу обещать, что это путешествие будет приятным. Я хочу, чтобы сегодня вечером ты немного подготовился к нему. У тебя есть какие-нибудь вопросы на данный момент?
Ной задал только один вопрос.
- Вам что-нибудь нужно, прежде чем вы ляжете спать, сэр?
- Нет. Спасибо, что спросил. - Тобиас встал, аккуратно надел на член Ноя кольцо и зафиксировал его. - Ты будешь спать на своей подстилке, - сказал он, поднимая ошейник и цепочку. - Тебе было достаточно тепло в прошлый раз?
- Да, спасибо, сэр. - Ной приподнял подбородок, чтобы Тобиасу было легче застегнуть ошейник.
Тобиас кивнул и убедился, что ошейник не слишком тугой и что цепь, привязывающая его к кровати, достаточно длинная.
- Ты хорошо справился сегодня, милый, - мягко сказал он. Затем он приподнял голову Ноя за подбородок и нежно поцеловал его, на мгновение прикусив нижнюю губу, прежде чем отстраниться. - Спокойной ночи, Ной.
Ной открыл рот, вероятно, чтобы ответить взаимностью, но вместо этого прикусил губу и подошел к своей подстилке. Он улегся на бок со вздохом, засунув одну руку под подушку и накрыв мягким одеялом ноги. Тобиас улыбнулся и представил его с плюшевым мишкой.
Ему с трудом удалось сдержать смех, поэтому он начал раздеваться и готовиться ко сну. Он убедился, что будильник заведён, хотя и надеялся, что он ему не понадобится, а затем выключил свет в коридоре и в комнате.
Ему не нравилось пустое место рядом с ним в постели, и он должен был напомнить себе, что на это есть чертовски веская причина.
Со вздохом он перевернулся и стал ждать, пока его не одолеет сон.
Глава 4
По всей видимости, Тобиас все-таки уснул, и, должно быть, спал крепко, потому что не слышал будильника и не почувствовал, как Ной присоединился к нему в постели. Однако он чертовски хорошо почувствовал, как язык Ноя ласкает ему член, а пальцы обхватывают и согревают его яйца. У него мелькнула смутная мысль сказать, чтобы он прекратил, но мысль исчезла, как только язык Ноя коснулся головки члена.