- Мы здесь не для того, чтобы говорить о Ное. Не сейчас.

      - Но я чувствую себя виноватым за то, что оторвал тебя от него, - кокетливо сказал Фан, разворачиваясь и слегка потягиваясь.

      - Удивлюсь, если тебе это удастся, - непринужденно сказал Тобиас. - И я уже видел все это раньше, верно? Я думал, тебе нужно поговорить?

      Фантом пристально посмотрел на него.

      - Раньше тебе нравилось смотреть на меня.

      - Мне нравится смотреть на тебя. И я просто обожаю, когда ты честен и усердно работаешь.

      - Ублюдок, - выплюнул Фан.

      Тобиас просто откинулся.

      - Я полон сил. А ты - нет. Прибереги слова для рассказа о том, что произошло и как это повлияло на тебя. А после этого можешь ложиться спать. Когда проснешься, я расскажу тебе, какие меры я собираюсь предпринять.

      Взгляд Фана стал еще более свирепым.

      - Ты снова заботишься обо мне.

      - Нет. Я позволяю тебе заботиться о себе. Ты не вернешься ко мне, Фантом. Не как сабмиссив или любовник. Ты будешь жить, ты пойдешь на терапию и будешь черпать свои силы там, где найдешь их. У меня. Бредфорда. Ноя. Брайана. Луки. Логана. Все помогут.

      Слезы после этого продолжались дольше, чем планировал Тобиас, но, в конце концов, когда внутренние часы Тобиаса подсказали ему, что солнце уже высоко, Фантом заговорил.

Глава 24

      Был поздний вечер, почти время ужина, прежде чем Тобиас был готов покинуть клуб. Он слушал Фантома, плакал вместе с ним, держал его в объятиях. А потом он позволил Фантому уснуть у него на руках, пока Бредфорд не вернулся в комнату.

      Договориться было довольно просто, поскольку у Бредфорда уже было место.

      - Он не может быть один, - просто сказал Тобиас, и Бредфорд просто кивнул.

      Так Фантом переехал в городской дом Бредфорда, прямо рядом с клубом, даже не проснувшись.

      Тобиас сделал еще несколько звонков и около часа разговаривал с Бредфордом, а затем сбежал. Ему срочно нужно было в душ и Ной. Ной позвонил в клуб в середине дня, когда Фантом спал в объятиях Тобиаса, все еще немного всхлипывая во сне.

      Почему-то мысль о том, что Ной беспокоится о них, придала Тобиасу немного сил.

       Чистый и лишь слегка дрожащий, он появился у двери Ноя сразу после половины восьмого.

      Ной встретил его тихим приветствием. Он впустил Тобиаса, взял у него пальто, а затем обнял его прямо в узком коридоре.

      - Я так рад, что ты пришел. Я волновался. - Его слова были заглушены плечом Тобиаса.

      - Знаю. Прости, что не позвонил. - Тобиас держал его крепче. - Я просто должен был увидеть тебя, телефон казался... слишком далеко.

      - Если бы ты позвонил, я бы все равно попросил тебя прислать за мной машину. - Они долго стояли, просто обняв друг друга. Наконец, Ной вздохнул и мягко отстранился. - Заходи, - сказал он, слегка потянув Тобиаса за руку. - Ты голоден? Или, может, хочешь кофе? Чаю? Или... что ж, лучшее, что я могу предложить - это пиво, больше у меня ничего нет выпить.

      Тобиас покачал головой, направляясь в гостиную.

      - Воды или чая. Позже. Просто посидишь со мной немного, милый? Я не хочу все на тебя сваливать, но, думаю, мне следует хотя бы ввести тебя в курс дела. - Он указал на кожаный диван.

      Ной прикусил губу и последовал за Тобиасом к дивану.

      - Конечно, сэр. - Он сел первым, потянув Тобиаса за собой, а затем провел пальцами по подбородку Тобиаса. - Вы выглядите... ну, вы выглядите усталым. С вами все в порядке?

      - Совершенно вымотан, - признался Тобиас. - Но я думаю, что с Фантомом все будет в порядке, в конечном счете. Он... ну, сейчас он в основном не в себе. Он не спал до сегодняшнего утра и прошел через ад, чтобы добраться до этого момента.

      Ной держал Тобиаса за руку и успокаивающе поглаживал ее пальцами.

      - Это, должно быть, было ужасно для него. Мне сказали, что Бредфорд спит, когда я позвонил. Это, должно быть, очень тяжело.

      - Фан пережил жестокое обращение, - тихо сказал Тобиас. - Физическое и сексуальное насилие... что ж, это ужасно, но, честно говоря, я слышал и более ужасные истории. Я понимаю, что это на всех влияет по-разному, и подозреваю, что с хорошим психотерапевтом Фантом смог бы справиться с этой частью проблемы. - Тобиас посмотрел на Ноя и спросил: - Я что, ужасно звучу? Думать об этом так?

      - Что вы слышали что-то и похуже? Нет, сэр. - Ной покачал головой. - Мне кажется, что если бы у него были родители, которые… ну, похоже, это превратилось бы во что-то, чего могло бы и не быть, если бы он… получил помощь раньше. Может, это и к лучшему. Может, теперь у него появится какая-то перспектива.

      Тобиас покачал головой.

      - Отчасти это так, да. Но то, что случилось с Фантомом на психологическом уровне... ошеломляет. Я думаю, его родители отдали его на попечение монстра. Все в восприятии Фаном самого себя и того, как устроен мир, совершенно искажено. Помнишь, мы говорили о моем балансе?

      - Конечно, как он вам тяжело дается.

      - С Фаном все немного сложнее, - со вздохом сказал Тобиас. - Я признаю, что не совсем понимаю это, поэтому стараюсь, чтобы он прошел хорошую терапию. Но, по сути, это похоже на... чем он счастливее, тем больше ему приходится страдать. Как будто это плата. - Он крепче прижал Ноя к себе. - Боже, это было ужасно. Он активно пытается снизить самооценку, саботируя себя. - Тобиас еще крепче прижал Ноя к себе, стараясь быть поближе к его теплу. - Он на время переезжает к Бредфорду. Он не может быть один, и, честно говоря, подозреваю, что он будет прикован к этому человеку еще долгое время.

      - Ничто приятное не дается даром. - Прошептал Ной и покачал головой. Он казался отстраненным.

      Тобиас вздохнул.

      - Ной, не примеряй на себя. Это… нездорово, то, как думает Фан. Когда он был моим рабом, он был счастлив, и ему нужна была боль, чтобы уравновесить это, до крайности. Его запрограммировали на веру в то, что ему позволено поддерживать только определенный уровень удовольствия; любое превышение этого уровня означало бы крики. Это не то же самое, что делаем мы.

      - О, нет, сэр. Я говорю не о нас. - Ной повернулся к Тобиасу, но остановился, боясь встретиться с ним взглядом. - Это теория ответственности. Дэвид применял ее ко мне. Я думаю, что это более распространено, чем должно быть; идея о том, что если хочешь получить удовольствие, ты должен как-то заплатить, через отказ или страдания, чтобы «уравновесить» его. Это было его оправданием для моего наказания, даже если я его формально не заслужил. Я все прекрасно понимаю.