Тобиас со вздохом просунул руку под одеяло и положил на голову Ноя, подталкивая его.

      Ной застонал. Должно быть, он ждал, когда Тобиас проснется, потому что, как только Тобиас прикоснулся к нему, Ной заглотил Тобиаса целиком, посасывая и поглаживая его с безжалостным энтузиазмом.

      Тобиас вздрогнул и сдался, раздвинув бедра, чтобы Ной мог лучше дотянуться до его яиц. Он покачивал бедрами, мягко входя во влажный жар рта его мальчика.

      - Так хорошо, - пробормотал он невнятно, слова были искажены сном и возбуждением.

      Он задохнулся, когда Ной провел языком по головке, и по его спине пробежали мурашки. Его пальцы нашли вход Тобиаса и нежно погладили, дразня и обводя, уговаривая и лаская. Он облизал ствол Тобиаса по всей длине и снова насадился полностью, затем снова обхватил головку губами и с силой втянул его в себя.

      - О, Боже, - простонал Тобиас, выгибая спину на кровати, пытаясь одновременно глубже проникнуть в рот Ноя и покачаться на его пальце. Упершись ногами в кровать, он извивался, его рука соскользнула с головы Ноя на плечо. Пальцы коснулись кожи, и он провел ими по ошейнику Ноя, из горла вырвался еще один стон.

      Ной громко застонал вокруг него и просунул кончик пальца сквозь тугое кольцо мышц Тобиаса. В то же время он расслабил горло, позволяя Тобиасу толкаться так, как заблагорассудится.

      Тобиас не был заинтересован сопротивляться, и позволил своему телу делать то, что оно хотело. Он глубоко проник в жадный рот Ноя, застонав, чувствуя, как головка члена уперлась в заднюю стенку горла Ноя, а затем откинулся назад, его анус судорожно сокращался и покалывал, пока он насаживался на палец Ноя.

      Казалось, прошло совсем немного времени, прежде чем напряжение скрутило его так сильно, что он подумал, что вот-вот сломается.

      - Сейчас кончу, мальчик, - предупредил он, и как только он это сказал, плотина прорвалась, он зарычал, его тело напряглось, выстреливая. Член пульсировал, а задница напряглась; он чувствовал, что парит в воздухе.

      Ной, как всегда, грациозно, проглотил все до последней капли и облизывал, пока член не стал мягким. Ной на мгновение прижался к нему носом, прежде чем молча опуститься на колени в позу «Показ», опустив глаза так низко, что они, казалось, полностью закрылись.

      - Иди сюда, милый, - сказал Тобиас, раскрывая руки.

      Ной легко скользнул в объятия и прижался к нему, положив голову на плечо Тобиаса и обхватив одной рукой его грудь.

      - Спасибо, - прошептал Тобиас, целуя его. Несколько минут они лежали молча, согретые и расслабленные, и Тобиас медленно приходил в себя. С довольным вздохом он, наконец, погладил Ноя по спине и сел, чтобы снять ошейник, приковывавший мальчика к кровати:

      - Пора вставать, малыш. Принеси мне свой паддл.

* * * *

      Тобиас тщательно все спланировал. Первоначальная идея, пришедшая ему в голову, была почти полностью сформирована, но детали заслуживали тщательного обдумывания. Большую часть пятничного похмелья он потратил на составление списков и заметок, а затем на попытки разобраться с документами в клинике.

      Он оделся обдуманно: Ной стоял на коленях посреди спальни, вероятно, наблюдая за происходящим с опущенными глазами; Тобиас не стал проверять, так ли это. На нём были обтягивающие кожаные штаны, похожие на джинсы с пятью карманами, и чёрная футболка. Его сапоги были высокими, чёрными, с толстой и тяжёлой подошвой.

      Ною он надел кольцо на член.

      В целях соблюдения приличий на улице, Тобиас добавил к наряду Ноя длинную накидку и туфли на мягкой подошве для прогулки через подъездную дорожку в игровую комнату, но всё это было снято, как только они вошли внутрь.

       Раньше здесь располагались конюшни и небольшой крытый манеж, а теперь игровая комната Тобиаса стала просторной и хорошо оборудованной. Годы ремонта превратили здание в место, способное соперничать с любым клубом. Стойла были переоборудованы и приспособлены для различных сцен, а сам манеж был полон оборудования и игрушек. Это была гордость и радость Тобиаса, место, которое он спроектировал по своему вкусу и желанию.

      Тобиас отвел Ноя в простую белую кабинку, нетронутую и пустующую, за исключением сложной подвесной системы, свисающей с потолка, и металлической тележки.

      - Здесь я часто занимаюсь полной сенсорной депривацией, - тихо сказал он, наблюдая за Ноем. Тот все утро провел в сабспейсе, был тихим и усердно работал. - Сегодня я не собираюсь этого делать. Ты понимаешь?

      - Да, сэр, - тихо сказал Ной, медленно кивая головой.

      - Не думаю, что мы готовы затрагивать то, что, как мы знаем, вызывает у тебя проблемы. Однако я собираюсь приблизиться к этому. Я свяжу и подвешу тебя. Заткну тебе рот кляпом. Завяжу глаза. Ты будешь слышать меня всё время, и я буду прикасаться к тебе. Как думаешь, ты справишься с этим, не запаниковав?

      Ной сжал челюсти и сглотнул, но после короткого напряженного мгновения кивнул.

      - Да, сэр. Что будет использоваться вместо стоп-слова, сэр?

      Тобиас с улыбкой подошел к тележке и вытащил поднос.

      - Мяч-колокольчик, - сказал он, поднимая один. Он был фиолетовым, а не зеленым, как тот, что они использовали при первой игре, но он знал, что Ной узнает его. - Комментарии или вопросы, прежде чем мы начнем?

      - Только то, что я... - Ной сделал паузу, подбирая слова, - постараюсь угодить вам, сэр. Я готов.

       - Я знаю, что постараешься, малыш. - Тобиас положил мяч на крышку тележки и начал собирать остальные необходимые ему вещи. Кожаный кляп. Черная атласная повязка на глаза. Легкий флоггер. Он разложил все это в аккуратный ряд, а затем осторожно переместил Ноя в нужное место, чтобы пристегнуть к перевязи. - Все в порядке?

      - Да, сэр, все в порядке. - Ной говорил медленно, обдумывал свои ответы и, казалось, чувствовал себя в безопасности в своем сабспейсе. Это было очень обнадеживающе.

      Тобиас не торопился. Перевязь была спущена и ослаблена, и он убедился, что проверил каждое соединение, каждую пряжку и завязки. Он закрепил ноги и руки Ноя и обернул вокруг его талии широкий поддерживающий ремень.

      - Когда я скажу тебе откинуться назад, я подниму твои ноги. Ты покачнешься и будешь дезориентирован, но я буду рядом, и ты не упадешь. Понятно?

      - Да, сэр, - ответил Ной, закрывая глаза. Тобиас отметил его ровное дыхание.

      - Хорошо. Медленно откинься назад и позволь поясу и рукам принять твой вес. Твои ноги поднимутся... - тихо сказал Тобиас и подтолкнул Ноя назад, внимательно и плавно поднимая его ноги. - ...сейчас. Отлично. Нормально?