Тимур рассмеялся:

— Туше, Сибирь! Но ты хороша, признаю.

Я встала, потянулась и неспешно прогулялась по площадке. Ветер мягко и приятно ласкал разгоряченную кожу и дул, казалось, во все стороны сразу — наверху у него словно не было направления. Огни «Дюны» подсвечивали неподвижные зеркала бассейнов, и сверху это выглядело завораживающе. Слева от аквапарка возвышался отель, и сейчас на нем плясали огни цветомузыки — постояльцев развлекали. Играла бодрая мелодия, но она терялась в звуках ветра и шуме моря — его столкновение с волнорезами тоже слышалось с высоты. И черная гладь моря блестела под светом Луны.

Умные мысли преследовали меня, но я была быстрее… до определенного момента. Когда адреналин от внезапных кувырков, забега по кустам и стремительного подъема на высоту сошел на нет, в голове немного прояснилось:

— Может, нам стоило просто уйти через забор, когда мы были внизу? То есть… — я обернулась к Тимуру: — Михалыч же совершалобход . Он не стоял на одном месте, и мы могли спокойно дождаться его ухода и выбраться с территории аквапарка. Лезть на горки было не самой удачной затеей, мы же тут застряли теперь.

Тимур с покаянной улыбкой развел руками:

— Прости, Сибирь. Я боялся, что нас поймают, и… придумал, что придумалось.

— Придумалась тебе ловушка, — с высоты я видела, как между бассейнами бродили темные фигуры. Несколько из них столпились у административного здания, что уменьшало шансы уйти незамеченными. Мы только чудом не попались. Количество охраны в аквапарке по ночам впечатляло.

— Не драматизируй. Я нас отсюда вытащу — обещаю.

— Даже до того, как мы замерзнем?

— До наступления зимы, да. Так что там все-таки случилось с плаванием?

Я покачала головой и отвернулась — ну вот как с ним быть? Хоть спускайся к охране и сдавайся, в самом деле.

ГЛАВА 19

Топот чужих ног по ступеням горок чувствовался как землетрясение. Поначалу я так и решила — вскочила на ноги, глядя на Тимура огромными от страха глазами. В темноте звук гулко разносился по сторонам, а металлическая платформа рядом с горками вибрировала от каждого нового шага.

— Что это…

— Кто-то поднимается, — Тимур тоже встал на ноги. В отличие от меня, паниковать он не спешил: — Наверное, снизу заметили наше мельтешение или тени, или… в общем, неважно. Что-то они заметили.

— Так это всего-то звук шагов… — на мгновение стало легче, но до меня дошло услышанное: — Звук шагов?! Кто-то поднимаетсясюда ? За нами идет охрана, да? — и совсем уж некстати я вспомнила, как много этой самой охраны бродило внизу по аквапарку.

— Сибирь, я так и сказал. Что с тобой?

— Да я решила, что аквапарк сейчас рухнет из-за землетрясения!

— Только не в мою смену. И да: ночью чувствуется каждый шаг, днем по горкам скачут тысячи ног, и ничего: из-за шума от людей и воды вибрация теряется, — хмыкнул он. Судя по всему, его ничуть не тревожило происходящее. Мало ли, кто там к нам поднимается? Подумаешь, охрана какая-то…

Тихо насвистывая, Тимур осторожно выглянул за перила и сразу отшатнулся. Подошел к Желтой горке-трубе и манерно указал на зияющую черноту-вход:

— Дамы вперед.

— Мы полезем в горку? — это казалось абсурдом.

— Конечно. Другого пути нет.

— Но…

— Только прыгать. Ты хочешь спрыгнуть с высоты пятиэтажки на плитку?

— Есть еще вариант: остаться здесь, — лезть в темную горку мне хотелось не больше, чем прыгать с пятиэтажки. Не замечала за собой клаустрофобии, но этот темный провал в неизвестность…

— Проблем не оберемся, — спокойно ответил Тимур. — И хорошо, если нас просто уволят, а то Китов-старший может рассвирепеть и привлечь по всей строгости закона. Мы же вломились ночью на охраняемую территорию. Скучные люди могут решить, что это… неправильно.

Боже! Почему я раньше не подумала об этой стороне вопроса? Столько нелогичных решений подряд, похоже на мой личный рекорд. Тысячи девушек ежедневно теряют умные головы из-за парней, и я только что лишилась шанса стать исключением из правил. Сначала не подумала про забор, потом забыла о последствиях… страшно подумать, что еще я упустила.

— Убить бы тебя, — пробормотала я.

— Это можно, если очень хочется. Но сделай это за территорией аквапарка, тогда к твоему сроку не добавится взлом с проникновением. Видишь, Сибирь? Стратегия! Учись думать наперед.

— Пока я учусь на своих ошибках. Чтобы я с тобой еще хоть раз…

— Все вы так говорите.

— Убить бы тебя.

— И это я слышу часто. От тебя уже второй раз подряд. Давай, Сибирь! Не хочу давить, но лестница не бесконечная, и скоро до нас доберутся даже самые пузатые охранники. Разве что и их ты заболтаешь своими сомнениями. Лезь вперед, я буду тебя страховать.

Я посмотрела на горку:

— Ты делал это раньше? Спускался вот так?

— Конечно. Будет весело.

— У нас с тобой разные понятия веселья…

Через минуту мы в кромешной темноте осторожно спускались вниз, держась за стенки горки. Воду отключили несколько часов назад, внутри все успело высохнуть, да и пластик оказался вовсе не гладким и скользким, как я это себе представляла, а скорее шершавым. Скользким его делала вода.

Тимур удерживал меня за талию, его пальцы обжигали кожу. Я жмурилась и сталась думать о ситуации, в которую попала, а не о парне, но получалось наоборот. Его рука на моем теле весьма отвлекала, и сам он… пару раз я останавливалась и чувствовала его дыхание на своей шее.

Кошмар!

Только я могла попасть в настолько дурацкую и двусмысленную ситуацию с парнем, что влюблен в другую. И о последнем стоит напоминать себе почаще. Быть может, каждые пять секунд. Самое смешное, что я на Тимура даже не злилась, что совсем уж тревожный звоночек. И сколько их за вечер прозвучало… на целую двухчасовую мелодию наберется.

Спуск чувствовался вечным и было жарко, как в бане. Или у меня просто слишком горела кожа, особенно в местах, к которым Тимур прикасался. Он лишь придерживал меня, ничего такого, но для меня это ощущалось немного слишком. И бесконечная темнота горки все усугубляла. Тимур что-то шептал мне на ухо, но я совсем его не слышала. Мне просто хотелось выбраться отсюда поскорее, вернуться в Скворечник и выпить успокоительного чая с пахлавой.

Свежий воздух, смешанный с запахом хлорки, ударил в лицо так резко, что я отшатнулась Тимуру в руки. Он поймал меня, удержал на месте и осторожно протиснулся вперед:

— Теперь я первый. Надо аккуратно слезть в бассейн, постараться не плюхнуться слишком громко, и сразу спрятаться за горкой. Справишься?

— А у меня есть выбор?

— Не думаю.

— Тогда справлюсь, — огрызнулась я. — Слезай уже!

Он осторожно опустился в воду, повернулся и протянул руки, чтобы помочь мне. Я занервничала — не хотелось, чтобы он меня касался. Сколько можно уже? У самого выезда с горки бассейн был глубоким, вода доставала Тимуру до подбородка, а значит, я ухну в бассейн с головой.

— Я сама, — его руку я оттолкнула.

— Да я же просто поддержать.

— Мне это не надо.

Тимур молча ушел в сторону, и я нырнула с края сухой горки в бассейн. Конечно, вода поглотила меня с головой. Всплывать я не спешила — кожу так приятно холодило после душной горки-бани, а в голове прояснилось.

Мы с Тимуром притаились в узком тесном пространстве между горками. Молча. Я чувствовала, как он смотрит на меня — внимательно, задумчиво, но не хотела ловить его взгляд. Пусть себе смотрит. Ему же чем-то приглянулся мой необычный профиль — хороший момент для его изучения.

— Сибирь, можно задать вопрос? — его голос прозвучал громко, нарушая умиротворение аквапарка. Уж не знаю, где ходила охрана — возможно, высматривала нарушителей сверху, но ни шагов, ни голосов я больше не слышала. Только плеск воды и звучащую в отдалении музыку.

— Ты же все равно его задашь.

— Не задам, если ты не захочешь.

— Что еще за шарады? — я резко повернулась и попала в ловушку его взгляда. Непривычно серьезного. Возможно, даже беспокойного. — Почему ты так смотришь?