— Твой дракон ранен, он станет легкой добычей для тварей. Я их тоже не удержу, а тебя просто не хватит надолго. Убегать в Проклятый лес в ближайшее время — не самый лучший вариант. Но с другой стороны, — добавил он, — Ашер действительно может убить Рена. И это ударит по тебе гораздо сильнее, чем по кому-либо ещё. Мы не можем этого допустить.

Магик сделал паузу, а затем продолжил:

— Есть один шанс. Если мы сейчас полетим вместе с Ашером, и я смогу найти альтернативный источник магической подпитки — а в домах богатых драконов обычно полно артефактов и сокровищниц — то укреплюсь за считанные дни. Тогда мы сможем сбежать. К тому моменту, возможно, Рен выздоровеет или отправится к себе в семью. Оттуда Ашер уже так просто его не достанет. На сегодняшний момент это единственный адекватный выход, который я вижу.

Я почувствовала, как сердце сжалось от открывающихся нерадужных перспектив. Но главное — Рен будет жив. Не хочу даже думать о причинах такой привязанности. Может, это банальная влюблённость? Не знаю. Я не знаю, как влюбляются драконы, и сейчас думать об этом не время.

Чувствуя и обречённость, и некоторое облегчение одновременно, я наконец кивнула.

— Да, Магик, — произнесла тихо, — я доверяю твоему мнению и согласна. Рен должен жить. Думаю, у нас всё получится. Удача будет на нашей стороне. Тем более я не одна — ты будешь со мной…

Приняв это решение, я почувствовала неожиданное успокоение — видимо потому, что очертился путь, по которому нужно идти. К тому же в этом поместье ко мне относились с ещё большей ненавистью, чем раньше; если бы не Рен, я бы не захотела здесь оставаться и вовсе.

Встала, закуталась в тёплый плащ и вышла из комнаты, чтобы попрощаться хотя бы с Диной — она была мне верной подругой…

Прощание с Диной вышло несколько скомканным, но зато искренним. Я не удержалась — рассказала ей всё как есть: что Ашер меня шантажирует, угрожая погубить Рена. Попросила Дину позаботиться о драконе.

Та смотрела на меня с ужасом в глазах, едва не плача.

— Но неужели нет другого выхода? — всхлипнула она. — Это несправедливо... Да и Рен... он же будет вне себя от горя и злости!

Я неловко пожала плечами.

— Я попробую сбежать оттуда. Ты же знаешь, что у меня есть фамильяр. Возможно, он мне поможет…

— Но это только вероятность, — возразила Дина несчастным голосом. — А на деле это крайне сложно. Драконы — великие собственники. Если уж попадёшь к кому, живой не вырвешься. Я боюсь за тебя…

Я печально улыбнулась и испытала очень глубокое чувство расположения к этой милой девушке. Сделала к ней пару шагов, взяла за плечи и тихо произнесла:

— Я верю, что всё будет хорошо. Чувствую, что иду правильным путём. Дай-ка я посмотрю на тебя, чтобы запомнить твоё лицо. Я не знаю, когда вернусь, и вернусь ли вообще. Поэтому нет гарантии, что мы увидимся. Хотелось бы, чтобы ты навсегда осталась в моём сердце.

Но Дина вдруг опустила глаза, будто чего-то устыдилась.

— Послушай, — произнесла она резко охрипшим голосом, — если хочешь запомнить моё лицо, я покажу тебе его.

Взмахнув рукой, она совершила несколько пасов около лица — и вдруг что-то стало происходить. Её облик потёк, исчезая, растворяясь, а вместо него появился другой. Те же черты лица, те же большие, слегка напуганные глаза, но... всё лицо в шрамах. Они не слишком выделялись, но были заметны. А ещё — россыпь веснушек на носу, которых прежде не было видно.

Я вытаращила глаза и едва сдержалась, чтобы не ахнуть.

Дина печально улыбнулась и опустила взгляд.

— Вот она я, настоящая. Запоминай меня такой, какая я есть.

Я шагнула вперёд и обняла её.

— Ты самая лучшая, — прошептала я.

Продержала в объятиях несколько мгновений и, наконец, отпустила.

— Что произошло? Что с тобой случилось?

Дина выдохнула.

— Случился пожар. Сказали, что по моей вине сгорело имущество людей, у которых я работала. Поэтому меня осудили и сослали сюда. Я не смогла заплатить за то имущество... деньгами.

Мне стало так жаль её.

— Когда-нибудь я вернусь и заберу тебя с собой, Дина, — произнесла я уверенно. — Обещаю, что-нибудь придумаю!

Девушка улыбнулась.

— Спасибо. На самом деле я бы уже давно и сама ушла — время моего наказания истекло, но мне идти некуда. Да и к местным людям я уже привыкла. Знаю, чего от них ожидать. А от того мира, в котором жила, не знаю. Он слишком страшен.

— А как ты изменила свою внешность? — поинтересовалась я осторожно.

Дина удивилась, что я не знаю таких элементарных вещей.

— Амулет иллюзии, — объяснила она и притронулась к серёжкам в ушах. — Очень удобная вещь. Так мне комфортнее. Ну, конечно, мой амулет довольно простой. Иногда разряжается, я его заряжаю по ночам.

— Значит, этот амулет позволяет изменить внешний вид... — задумчиво пробормотала я, прикидывая, в каких случаях подобный артефакт мог бы мне пригодиться.

— У меня очень простой вариант, он фонтанирует магией во все стороны, выдавая меня с головой. Некоторые же драконы используют артефакты, которых невозможно учуять, — добавила Дина. — У меня — простой, для людей.

— Очень интересно, — проговорила я, задумавшись ещё глубже.

Почему-то эта информация меня зацепила. Я не могла понять — почему? Что именно так меня коснулось? Мысль вертелась где-то на задворках сознания и никак не хотела выбираться наружу.

Может быть, подумаю об этом на досуге, — решила я и решительно произнесла:

— Ладно, ещё раз прошу, позаботься о Рене. Если спросит обо мне, так ему и скажи, где я нахожусь. Думаю, что улететь отсюда он сможет только когда выздоровеет, так что опасаться, что он бросится за мной в таком состоянии, не стоит.

— Хорошо, я обещаю, — произнесла подруга.

А я почувствовала, что мне стало легче. Я обязательно выберусь из ловушки, которую мне расставил Ашер.

…К Рену я тоже зашла несмотря на то, что была на него чуточку зла.

Он дремал. Я бесшумно прокралась к его кровати и остановилась рядом, в полумраке рассматривая ставшие дорогими черты.

И почему я люблю тебя? Нет же в тебе ничего особенного — отвратительный характер, не самое красивое лицо, навязчивость, граничащая с наглостью. И всё равно... всё равно ты в моём сердце. Я готова это признать.

Я не говорила ни слова — просто думала. Прощалась? Возможно. Хотя очень надеялась, что Рен, когда окрепнет, просто меня найдёт.

Были мысли написать ему письмо, но я их оставила. Что я ему скажу? Сказать мне нечего, и я никогда не смогу ему принадлежать.

Потому что у меня есть другой истинный! Тот, кого я ненавижу и кто ненавидит меня. Тот, кому я не нужна, но связана с ним намертво, как говорят законы этого мира.

И всё же… можно ли разорвать истинность? Можно ли избавиться от неё и начать жизнь заново?

И вдруг мне вспомнилось — как давным-давно, будто в прошлой жизни... ответ на этот вопрос я уже получала. В памяти с трудом всплыли слова, которые мне однажды на листке пожелтевшей бумаги показал Магик:

«Истинность дана не ради счастья, но ради пути.

Пара связана не телом и не сердцем, но волей мира,

и только воля её развязывает.

Сними покровы с сердец — и увидишь истину.

В день, когда обретёшь свободу, потеряешь нечто гораздо большее…»

Эти фразы казались просто набором звуков. Я вообще не улавливала их смысла. Единственное, за что зацепилась, — так это за повелительное «Сними покровы с сердец» .

Снять покровы… Снять что-то, что мешает мне увидеть истину. Но что мне может мешать? Я сокрушённо мотнула головой. Ничего не понятно.

Магика сейчас на разговор вызывать не хотелось. Мне нужно думать о принятом решении. Об истинности и обо всём остальном — подумаю позже.

Ровно через сутки я пришла к Ашеру, полная уверенности, что мне обязательно удастся сбежать. Со мной Магик — вместе мы справимся. Лишь бы Рен выжил, а всё остальное как-нибудь наладится.