— При патрулировании? Его морф убил?! — подскочила Лина.
— Вот за этим я и зашёл, — даже шипящий динамик передал недовольство в голосе шефа. — Вы же помните, что нет никаких патрулирований и морфов в метро. Официально он попал под поезд. Тело изуродовано, браслет повреждён. Будут сжигать в закрытом гробу.
— А неофициально? — «встала в позу» Лина.
— А неофициальные версии можете между собой сколько угодно обсуждать. Но не за пределами лаборатории. Ясно? — рявкнул Барин и уже более спокойно добавил: — Нам скинут ссылку для подключения к трансляции прощания. Очно, сами понимаете, положение сейчас такое, только близкие родственники могут присутствовать.
Он чуть помялся на пороге и добавил:
— Новых сотрудников вряд ли быстро пришлют. Вы разделите между собой его обязанности. Потом премию выпишу.
— Вот зараза! Ему даже совсем Раста не жалко! — воскликнула Лина, чуть только Барин вышел. — Обязанности разделите! Вот о чём он думает!
— Ну, он босс, о чём ему ещё в первую очередь думать? — заметил Джей.
— Сейчас огрызком кину, будешь оправдывать этого ушлёпка! — пригрозила Лина.
— Раст был бы против такого разбазаривания органической еды, — ухмыльнулся Джей.
— Тебе ещё и смешно! — Лина вскочила и нависла над Джеем.
— Нет, я просто констатирую факт, — Джей явно издевался.
— Ребята, перестаньте, — попросила Мэй. — Раст погиб, а вы ведёте себя как…
— Да не погиб он, — махнул рукой Джей. — Ребята отписались. Там он, в подземке. Браслет в крошево превратился после столкновения с морфом. Морфы какие-то пошли, этот оказался телепат-карлик. Дикий глитч! Эволюционируют они, что ли…
Лина не дала ему договорить. С криком «Ура! Раст жив!» она сгребла Джея в охапку и принялась душить в радостных объятиях.
— А почему он там? В метро? — уточнила Мэй, когда Джей выбрался-таки из смертельной хватки. — Ну разбил браслет в рейде. Что, подземка не могла придумать правдоподобную историю, почему браслет разрушен?
Мэй вдруг осеклась и посмотрела на Лину.
Та спала с лица, бледнея, она уставилась на Джея.
— Он что, был в близком контакте? Он заражён?
— Почти наверняка, — кивнул Джей. На этот раз говорил без всяких кривляний, серьёзно. — Эта тварь выпустила какие-то щупальца. Пробила ему плечо. Руку пришлось ампутировать. Но это не беда с нынешними технологиями. Крутой протез ему уже делают. А вот то, что вирус точно попал в кровь… В общем, сегодня вечером нам передадут образцы тканей и крови. Будем работать в связке с той подпольной лабораторией. Теперь мы просто обязаны сделать вакцину.
Мэй кивнула своим мыслям. Свежие образцы только что заражённого — это верный путь, чтобы найти нужный белок. С учётом информации о том, что вирус поражает биоботы, они, и правда, могут создать вакцину. Хорошо, что сегодня у неё запланирован дайв. А то с ума можно сойти от волнения.
Мэй едва дождалась конца рабочего дня. Несколько ночей после происшествия она не могла попасть в дайв-бар. Сначала работали, чтобы изучить биоматериал, полученный из Витька. Мэй передёрнула плечами — до сих пор коробит! А потом оказалось, что из-за пандемии СМО кабинки в дайве разделили по приватным боксам с собственной вентиляцией, и скопилась очередь. Запись подошла только сегодня.
У входа в дайв-бар стояли четверо охранников в тяжёлой броне, лица закрыты забралами шлемов. И это всё равно не остудило пыл толпы у входа. Периодически кто-то лез к охране с вопросом. Раздавалось как робкое: «Может, кто-то отказался от своей сессии?» или «Я заплачу вдвойне», так и откровенно агрессивные возгласы:
— Пустите людей, изверги!
— Задрали цены, уроды!
— Гарбатый билд! Мне неделю ждать записи, а я и так месяц без дайва! Хотите, чтобы я сдох прямо здесь, у вас под порогом?
Мэй хмыкнула. Может и права Лина? Дайв тоже наркотик, если люди так к нему привязываются? Хотя с такой логикой — интернет наркотик ещё более страшный. Что начнётся, если всем отрубить доступ в Сеть?
Напустив на себя обычный задумчивый вид, Мэй дошла до охранников, будто бы залипла в Сети. Скинула билет и ID-карту в инфополе бара. А когда безопасник выслал ей одобрение и слегка кивнул, скользнула внутрь мимо амбалов. Толпа за спиной взвыла! Но было поздно. Мэй уже успела проскочить.
Внутри дайв-бара было, напротив, слишком тихо, пустовато. Даже музыка изменилась — вместо клубного техно играло что-то тягучее и невнятное. Бармен обзавёлся защитной броней, лица обычно приветливо улыбающихся девушек-кураторов скрывали маски.
Мэй выпила таблетку, оплатила сеанс, который вырос в цене почти в три раза, и направилась к капсуле. Она улеглась в мягкий ложемент и блаженно закрыла глаза. Наконец-то!
Привычное место загрузки — неоновая тропа. Внизу город. Мэй посмотрела на руки и довольно похлопала себя по бёдрам. Отлично! Вот она и в дайв-пространстве. Кажется, коннект полный. И Мэй прыгнула вниз, раскинула руки в полёте. Жаль, что в сеансах с коллегами приходилось изображать, что она так не может. А Джей оказался способный, без подсказок научился! Ну да какая теперь разница.
Улица города горела неоновыми огнями. Наверху клубились серые облака смога. Да, именно таким она этот город и видела. Город серых людей и ненасытных корпораций. Только теперь на улице было пусто. Пара-тройка случайных NPC-прохожих, значит, трафик совсем низкий.
Раньше сны дайва приносили просто тупую расслабленность и лёгкую эйфорию, но чего не помнишь, того как будто и не было. Мэй была рада, что она больше не забывает сны. И тут точно ясно, кого за это благодарить.
Она поспешила свернуть с шумной улицы мегаполиса. Там в тёмном переулке горела вывеска кафе с надписью «Выход». Быстро нашлось! Осталось совсем немного. В баре во всю шла вечеринка. Под тяжёлые биты электронной музыки плясали морфы. Мэй продиралась между щупальцами, рогами, когтями, стараясь, чтобы её не затоптали. Конечно, последствий для реального тела от этого не будет, но переживать такие ощущения неприятно.
— Не меня ищешь? — перед Мэй вынырнула девица с розовыми волосами.
— Наконец-то! Давай коктейль!
— В подарок от заведения! — Официантка произнесла дежурную фразу и протянула бокал с голубой жидкостью. Мэй тут же опрокинула содержимое в себя. Горло обожгло, а тело бросило в дрожь.
Мир дрогнул, и картинка пошла волнами. Потом пол под ногами провалился, и Мэй полетела вниз. У неё всегда захватывало дух от этой гонки. Стены подземного тоннеля были расписаны неоновыми картинками. Стилизованные змеи, птицы, буйволы, фигурки людей, мелькали, создавая яркое мельтешение. Казалось, будто рисунок двигался. Или не казалось. Это дайв, чего бы ему не двигаться. Мэй засмотрелась и пропустила момент, когда её выкинуло из тоннеля прямо на серый песок. Он мягко спружинил и вытолкнул её из песчаного карьера.
Мэй поднялась на ноги. Её затащило на самый край сновиденной карты. Город остался за спиной. Впереди простиралось поле с пожухлой зеленовато-рыжей травой, а линия горизонта вдали размывалась, сливаясь с серым небом. Мэй остановилась и посмотрела на свои руки. Они оказались почему-то бледными, с тонкими пальцами и без маникюра. Неважно. Главное правильно выполнить поисковый жест. На левой руке Мэй соединила большой и указательный палец в кольцо прижала его к середине вытянутого указательного пальца правой руки. Под ногами вспыхнуло фиолетовым. Свечение оформилось в навигационную стрелку, и Мэй пошла по ней. Стрелка поворачивала, задавая направление, как компас. Высотки удалялись, трава стала пышнее и сменила цвет на ярко-зелёный. Мэй пришла к камням, уложенным кругом. Стрелка замерла в его центре и стала пятном.
Значит, здесь. Теперь — слои.
Мэй встала в центр круга. Надо нырять в землю. Не падать, не проваливаться, а именно нырять. Формулировка имеет значение. Это точно. Земля под ногами стала зыбкой, как только Мэй сосредоточилась на слове «нырять». Её с хлюпаньем затянуло в топь. Вокруг стало темно и плотно. Мэй продолжала стремиться вниз и снова оказалась на поляне, в центре каменного круга. Только мир вокруг сменил краски, стал воплощением оттенков серого. Недостаточно глубоко. Нужно нырять ещё. Серая трава под ногами дрогнула, и Мэй снова нырнула в землю.
