— Я тебе говорю, мы могли бы гораздо больше зарабатывать, — ворчал Джей. — Но наш НИИ слишком неповоротливый. Здесь собрались старики, которые сидят на бюджете от государства и отгораживаются от идеи прогрессивного капитализма всеми силами.

Опять Лину достаёт! Мэй научилась различать особый, чуть ироничный прищур на лице Джея в такие моменты. Иногда он её тоже бесил. Вот в таких разговорах он становился скользким, как уж. Похож: сам такой худой и вёрткий. Некоторые в институте считали его красивым. Он это знал. Специально носил волосы, чуть длиннее обычного. На пробор расчёсывал. И вроде высокий, лицо пропорциональное, нос ровный, губы тонкие. Раньше такой склад называли аристократическим. Но это если не знать Джея. А он был едким, саркастичным и упёртым. Менял девчонок как перчатки, совершенно к ним ничего не испытывая. Потом ещё и в компании рассказывал про них всякое. Смеялся. Ему только дай! С радостью засмеял бы и Мэй, если бы узнал о её творчестве. А сейчас специально бесит Лину.

— Ну уж нет! Если бы мы влезли в этот капитализм, была бы ещё одна корпорация, — фыркнула Лина. — Почему, думаешь, они с заказом на вакцину к нам заявились? Они там грызут друг друга за каждый коин! Думать, исследовать разучились, всё по инструкции. А без свободного поиска учёный перестаёт существовать.

— Да просто нам можно ни глитча не платить! — гоготнул Раст. — Они припёрлись, чтобы сэкономить.

Джей закатил глаза:

— Вы прямо много о себе возомнили! Припёрся к нам только один конкретный представитель из корпорации средней руки, у которой нет нейронки и исследовательского оборудования. Они заточены на конвейер по фарме, а не на исследования вирусов. Вот и всё.

— В общем, я был бы рад, если бы у нас тут была корпорация, — заключил Раст. — Хотя бы средней руки.

Лина сверкнула глазами и кинула в него апельсиновой шкуркой.

— А что? — возмутился здоровяк. — Заработал бы. А то меня такого тупого в корпорации не берут!

Мэй поддержала коллег, посмеявшись со всеми, и кинула в стакан кубик концентрата. Разбавила водой. С шипением поднялась розовая пена. Краем глаза Мэй заметила, как Лина поморщилась. Ну да, она ж только типа натуральное ест, которое давно уже не натуральное.

Раст тоже заметил этот взгляд и не удержался от подколки:

— Лина, ты, наверное, всю свою зарплату тратишь на еду премиум-класса! Она же бешеных денег стоит.

— Имею право, — отмахнулась Лина. — Не забывай, что у меня дотации из-за синдрома Карпова. Хочешь, апельсиновую шкурку утилизировать?

— Да не, по шкуркам я не специалист. Горькие они. Купи в следующий раз яблоко. Там огрызок вкусный. — Раст демонстративно мечтательно закатил глаза.

— Огрызок ещё заслужить надо. Посмотрим на твоё поведение.

Мэй мысленно улыбнулась. Ну, сейчас ей такую вкусняшку предстоит отведать! Вряд ли откажется. Мэй извлекла из рюкзака ещё с вечера приготовленный батончик и протянула Лине.

— Держи, это за то, что вчера проспорила.

— Серьёзно? — Зелёные глаза удивлённо округлились. — Да я ведь пошутила.

— А я батончик принесла. Тем более надо было лишний раз самой убедиться, что их крутят вручную, — улыбнулась Мэй.

— Ну… это ведь очень дорого… тогда давай напополам? — предложила Лина.

— Не, это тебе. Я к синтетике привыкла. — Мэй чуть не сказала «для меня слишком безвкусное», но вовремя прикусила язык. Так Лина, пожалуй, обидится. С этим синдромом Карпова она может и батончик выкинуть!

— Давай со мной напополам! — обрадовался Раст. — Я всё ем.

Но на этот раз не согласилась сама Лина.

— А тебе к хорошему привыкать нечего!

Мэй проследила, как Лина с удовольствием запихнула весь батончик в рот.

Ну, вот и ладно. Теперь можно и своими делами заняться. Мэй развернула внутренний экран и начала превращать написанную вчера часть истории в анимацию. Некоторые из творческого чата вели канал текстом, но их почти никто не читал. Даже Мэй понимала, что текст совсем уж пережиток прошлого. Хочешь, чтобы о твоей истории узнали, — сделай анимацию. Возможно, у её канала и был бы шанс, если бы не приходилось тратить время на работу, если бы не новые требования по статистике… если бы не СМО.

А между тем в лаборатории разгорелся новый спор. Мэй прислушалась.

— А что? — в праведном негодовании возмущался Джей. Слишком делано возмущался, если приглядеться. Но Лина, для которой этот спектакль разыгрывался, не замечала: щёки у неё уже начинали краснеть. — Ну, потеряли мы за этот год десять видов лекарственных растений, зато сколько конфигураций препаратов для биоботов сделали? Да и вообще, мы средний возраст до ста продлили. А благодаря науке забыли страшные болезни вроде чумы, оспы. С онкологическими заболеваниями те же биоботы отлично справляются. А когда был лес и цветочки, то люди пачками помирали.

— Ты передёргиваешь, это раз! — Лина нахмурилась. — И ты знаешь, как иногда меня бесишь? Это два! Вот прямо сейчас очень бесишь.

Джей довольно улыбнулся.

Лина пару раз вдохнула и выдохнула и уже более лёгким тоном продолжила:

— Впрочем, у меня есть решение, отправить вас всех, кто природу не любит, на Марс с вашими технологиями. И стройте там себе технополис на голом грунте. Мусор сыпьте в кратеры, возводите бетонные ульи. А мы тут всё себе зелёное устроим и перестанем природу губить.

— Будете в грязи сидеть, а мы создадим технологичный рай! — парировал Джей.

— А у нас будет песчаный пляж и чистое море, и мы будем там купаться. А ещё никаких батончиков и концентратов. Только вкусные фрукты, рыба, мясо, и вообще, вся еда — «премиум». А вы давитесь там синтетикой, и купаться вас к себе не пустим!

— А мы там технологии себе отрастим и по вам ракетами! — вошёл в раж Джей. — Раз вы такие сепаратисты! И весь лес ваш разбомбим.

Лина насупилась и сжала кулаки.

— Ну вот, а начиналось ничего так, — протянул Раст.

— Что бы там ни было, а люди всегда заканчивают войнами, — подытожила Мэй.

Все вдруг замолчали и повернулись к ней. Она не ожидала такой реакции. Не привыкли, наверное, что она участвует в разговоре. В лаборатории на миг повисло неловкое молчание.

Потом Джей рассмеялся:

— Ладно, ресурсы ещё на вас тратить! Живите уж под своими деревьями, или на деревьях! И вообще, пора и поработать. А то я уже третий стакан концентрата пью. Даже для моего организма, адаптированного к ядам мегаполиса, это слишком.

И подмигнул Лине.

— А-а-а! Помогите! Кто-нибудь! — раздалось из исследовательского блока.

— Что такое?! — Раст подскочил со стула. За ним и Джей. Мэй тоже поспешила следом. Интересно, что там натворил новенький?

Из анализатора тугой струёй хлестала промывочная жидкость. Витёк стоял рядом с беспомощным видом, весь забрызганный синим раствором.

— Гарбатый билд! — ругнулся Раст и полез вырубать систему.

— А чего это он так? — поинтересовался Джей. — Никогда не видел, чтобы наша машинка себя так вела. Дива, диагностика?

— Нетипичная ошибка прибора, возможно, повреждена гидравлическая система, — сообщила нейро. — Требуется анализ оператора.

— Почему не в режиме ожидания прибор? — заругался Раст. — Надо сначала поставить в режим ожидания, потом перейти в меню промывки, а ты на рабочем цикле запустил! Ещё и калибровка помпы была включена!

— Ну, вот оно и откалибровалось. Смотри, какое давление! — притворно радостно заключила Лина, глядя на синий фонтан, который после манипуляций Раста начал иссякать.

— Ты не говорил про режим ожидания, — пробормотал Витёк.

— Так это очевидно: все приборы обслуживаются в режиме ожидания! Ты вообще чем занимался у корпоратов? — продолжал возмущаться Раст.

— Там другие приборы были. — Витёк стремительно бледнел.

— Ну не знал человек, бывает. — Мэй аккуратно подхватила горе-биолога под локоть. — Пойдём, я тебе искусственные сосуды покажу. Там и помпа есть, прямо как сердце.

— А кто потоп убирать будет? — возмутился вдогонку Раст.