Похоже, это мой человек. И возраст, и статус, и вероятное наличие ребёнка. Если, верно, разыграю карту, то всё может получиться.

Я вышел заранее, чтобы не напугать появлением в последний момент. Отряхнулся, поправил одежду. Даже чуть развернул рукав, чтобы не отсвечивала прореха. Наверное, я выглядел как подросток из бедной семьи, но явно не беспризорник. Быстро растерев щёки, чтобы придать им хоть намёк на румяность, я пошёл ей навстречу.

Не доходя пары метров, я кашлянул. Она вздрогнула и подняла на меня взгляд. Блёклые голубые глаза, чуть встревожены, но смотрят без испуга.

— Простите, уважаемая, могу я к вам обратиться?

Она поморгала, словно не понимая, о чём я. Похоже, я выбрал немного не тот тон. Я снова кашлянул.

— Извините. Холодно.

Она кивнула, соглашаясь.

— Я не отвлеку вас, если спрошу?

— Что случилось?

Голос звучал чуть раздражённо, но твёрдо.

— У меня проблема с покупкой. Меня мамка отправила за углем, а там…

Я потупил взгляд, словно мне было стыдно в чём-то признаваться.

Несмотря на то что мне пятнадцать из-за худобы я выглядел младше. Наверняка женщину, у которой есть свой ребёнок, сильно не обманешь видом, но даже если она даст мне тринадцать или четырнадцать лет, это уже вполне приемлемо.

— Понимаете. В лавке работает кхм… пацан один, в общем, мы подрались с ним недавно, — я даже продемонстрировал сбитые костяшки на той руке, где они выглядели скорее царапинами. — А мамка просила купить полмешка. Не продаст он мне его.

— А от меня-то ты что хочешь? — она не понимала, к чему я веду.

— Вот, — я показал ей две копейки. — У меня есть деньги на уголь. Мамка дала. Но я сам купить не могу. Не могли бы мне помочь? Просто купить. А дальше уж я сам.

Женщина с удивлением уставилась на монеты в моей ладони.

Чёрт, как ни оттирал, пальцы у меня остались грязные. Но наверное, для местной детворы — это не слишком критично, потому что, мне кажется, она не особо на это смотрела. Скорее она удивилась самой просьбе.

— А у мастера-угольщика ты купить не можешь? Обязательно у подмастерья?

— Он спит в это время, — придумывал я на ходу. — Я всегда покупаю в этой лавке, и он всегда спит. Но раньше мы не были врагами с тем пацаном, как сейчас. И проблем не было.

— Что не поделили-то?

Похоже, она потихоньку соглашалась. Раз начала спрашивать, значит повелась, включилась в историю.

— Да, так… всего понемногу, — я повёл плечом, показывая, что не хочу говорить на эту тему. — Так вы поможете мне?

Она всё ещё сомневалась.

— А в другой лавке ты купить не можешь?

— Там уголь дороже, — жалостливо пробормотал я. — А мамка дала только две копейки. Мы небогаты.

И вот тут я, похоже, чуть перегнул. Взгляд женщины изменился. Она чуть отшагнула и будто бы по-другому взглянула на меня.

— Это я вижу, — произнесла она заметно холоднее.

Чёрт!

— Простите ещё раз. Но мне очень нужно купить угля. Мамка домой не пустит без него.

Оставалось упирать только на жалость.

И вдруг…

Я ощутил, как на плечи положили груз. Не просто положили, а начали давить. Равномерно, плавно, но беспощадно. И это ощущение… я помнил его. И чётко знал, кого увижу, если обернусь. Только не это… Только не сейчас!

— У вас всё в порядке, сударыня? — раздался спокойный, уверенный и одновременно до жути холодный голос из-за спины.

От Автора:

Инженер из XXI века попадает в тело подмастерья эпохи Петра I. Вокруг — грязь, тяжелый труд и война со шведами. А он просто хочет выжить и подняться.

https://author.today/reader/438955

Делать вид, что я ничего не слышал — бесполезно. Точно так же, как бежать или предпринимать какие-то попытки сделать хоть что-то. Это осознание пришло вместе с давлением, с тем чувством, что сопротивление бесполезно.

Чёрт!

Да меня просто придавило мощью, исходящей от человека за спиной.

Я обернулся.

Он стоял, словно даже расслабленно. Я всегда вижу такие вещи. Стойки в ушу они всегда выполняются в таком состоянии. Это словно парить на месте, словно погрузиться в воду. И этот человек стоял именно так. Но в этой мнимой расслабленности чувствовалась сила.

Высокий, хорошо одетый. При этом не в форму, а довольно экстравагантно и свободно. В этом человеке чувствовалась стать. Тот стезевик, которого мы видели с Гришей, и в подмётки не годился этому. Если их поставить рядом… я даже не знаю… как графа, выдернутого с великосветского приёма, поставить рядом с крестьянином, только что работавшем в поле. Несравнимо!

Человек внимательно рассматривал меня. Тёмные, почти чёрные глаза впились так, словно сканировали. При этом руки стезевик держал за спиной. Выправке его позавидовал бы и Генка Смородин, который слал мне свои фото в форме каждый День Победы. Он учился в суворовском, а там за выправкой следят. Но здесь… здесь было нечто выше всего того, что я видел раньше.

Не знаю, какой ступени этот стезевик, я не Гриша, чтобы на вид определять, но точно выше той, что была у прошлого, виденного мной. Там Гриша определил третью-четвёртую. Здесь несоизмеримо выше.

— Сударыня, что случилось? — спросил стезевик, не сводя с меня взгляда, но обращаясь к женщине.

— Да… тут такое дело, — замялась она.

Похоже, и не неё стезевик тоже производил неизгладимое впечатление.

— Ну, — подбодрил он её. — Он вам угрожал?

Я сглотнул.

Давило так, что мне хотелось сжаться в комок. Я буквально чувствовал, как внутри этого человека бушует мощь Праны. Казалось, он одним движением пальца может прижать меня к земле и раздавить.

Все мысли, которые мелькали у меня в голове, едва я услышал голос, теперь казались бредом. Ещё разворачиваясь к стезевику, я думал, как буду действовать, если прижмёт. Но сейчас…

— О, нет… что вы! — воскликнула женщина. — Он просил о помощи.

— Попрошайка? Подаяния требовал?

Стезевик чуть подался вперёд и меня, кажется, слегка отодвинуло, протащило по земле несколько сантиметров. Или это мне лишь показалось?

Но я видел, как от крохотного движения, которое совершил этот человек, полы его пальто словно воспарили и медленно опустились, приоткрыв ноги в узких чёрных брюках и высоких сапогах. На поясе стезевика я заметил не то ножны от кортика, не то короткий жезл. И они едва заметно сияли голубоватым светом. Праносток! Я мгновенно ощутил те вибрации, которые прекрасно помнил. Только здесь мне даже не нужно было касаться кристалла. Мощь его чувствовалась на расстоянии.

«Капец! — промелькнула мысль в голове. — Я встрял!»

— Нет, он не попрошайка, — наконец ответила женщина, и я мгновенно ощутил, как нажим на меня снизился. — Он просил помочь ему купить уголь.

— Уголь? — удивлённо спросил стезевик и снова внимательно посмотрел на меня.

— Да. Просто уголь.

— Зачем ему уголь?

Это было сказано не женщина, а просто так, риторически. Потому что с этого момента стезевик будто и не замечал её. Она сказала что-то ещё, но я не расслышал. Изнутри меня начал пожирать холод. Вот теперь я по-настоящему испугался. Стезевик смотрел на меня, а я ощущал, как тепло уходит из тела. Он что-то делал. Сканировал, проверял, рассматривал. А я даже сказать ничего не мог. И это меня напрягло. Да так, что я понял одну вещь. Я не собираюсь просто так стоять и умирать под этим взглядом. К чёрту их!

Я собрался. Внутренне перенёс внимание на Даньтянь. Вдохнул и выдохнул, плавно, неслышно. Ощутил, как моя энергия собирается воедино. Нет! Я не собирался нападать, но и не хотел ощущать тот холод, что разрастался внутри.

Стезевик чуть удивлённо приподнял одну бровь. Уголок его губ дёрнулся и пополз вверх. Он будто бы ощутил, что я сопротивляюсь, и его это позабавило.

Я видел, как совсем немного сузились его глаза, как стал меньше зрачок, как непроизвольно дёрнулась щека. Я прекрасно понимал, что я никто против него. Никакие мои техники не помогут. Он не Бивень, чтобы застать его врасплох, он не та шпана, которую я положил в переулке. Я для него муха, комар. А те были бы и вовсе вшой.