Крик повторился. Теперь он доносился отчётливо. Нефритовый Лотос была где-то там, в круговерти огней и отражений.

Я сделала шаг, круги на воде разошлись во все стороны, огоньки дрогнули, словно это мы с ними находилась в отражении, и мир закачался. Каждое движение отдавалось рябью и мельтешением в глазах, и казалось, что стены движутся навстречу, а потолок падает, хотя всё было на своём месте. Пришлось остановиться и присмотреться, чтобы понимать, куда идти, даже с закрытыми глазами.

В полусотне шагов от меня, у стены, где корни ползли прямо по кладке и спускались к самой воде, стояла Нефритовый Лотос. Её белое ханьфу было испачкано, меч в руках описывал беспомощные дуги, отгоняя болотных духов. Они роились вокруг неё — полупрозрачные фигуры с размытыми лицами, похожие на людей, утонувших здесь много лет назад. Они тянули руки, шептали, смеялись, и каждый их шёпот заставлял девушку вздрагивать и ошибаться в защите.

А дальше, ближе к центру зала, где огоньки плясали особенно ярко, я увидела других. Трое или четверо заклинателей отбивались от целого роя духов. Мелькнуло знакомое лицо — тот грубиян из Грозового Облака. Он размахивал руками, и белый свет срывался с его пальцев, прожигая бесплотные тела.

А ещё дальше был он.

Лан Чжун стоял по колено в воде, и огненный дракон вился вокруг, сжигая духов, подлетавших слишком близко. Принц двигался спокойно, размеренно, будто не битва шла, а прогулка по императорскому саду. Огонь плясал в его руках, отражался в воде, смешивался с болотными огоньками, создавая невероятное, завораживающее зрелище.

«Почему никто не помогает ей?» — мелькнула мысль, но я тут же увидела: те, кто были ближе к центру, сами едва справлялись, а принц был слишком далеко, чтобы пробиться сквозь рой духов. Значит, только я.

Ноги сами понесли вперёд. Я бежала, стараясь ступать осторожно, чтобы не привлекать лишнего внимания, но вода хлюпала под подошвами сапог, и круги разбегались во все стороны, выдавая мой путь. С каждым шагом болотные огоньки вспыхивали ярче, словно предупреждая духов о моём приближении. Они уже знали, что я иду.

До Нефритового Лотоса оставалось шагов двадцать, когда я поняла, что просто так не доберусь. Духов вокруг неё было слишком много, они клубились плотным роем, и пробиться сквозь них без духовного барьера смог бы разве что Хэй Фэн. Моя же ци настолько пока не подчинялась.

Рука сама нырнула в рукав, нащупывая мешочек с травами, что дал лекарь Пэй. «Может, пригодятся», — сказал он тогда, сунув мне его на площади. Я не знала, что там, но выбора не было. Оставалось рассчитывать на то, что эти травы достаточно сильны, чтобы отогнать злых духов.

Я развязала тесёмку, запустила пальцы внутрь. Сухие, ломкие травинки пахли странно — дурманяще-приторно. Этот аромат разносился над водой, смешивался с болотной сыростью и становился только сильнее.

— Давай же, — шепнула я, сама не зная к кому обращаясь, и швырнула горсть в ближайших тварей.

Эффект превзошёл все ожидания. И оказался совершенно не тем, на который я рассчитывала.

Духи не отшатнулись. Наоборот. Они замерли на мгновение, повернули свои размытые лица, а потом всей массой рванули ко мне. Запах трав разнёсся по залу, сладкий, тягучий, и каждая тварь в болоте вдруг захотела его.

— Что... — выдохнула я, пятясь. Мешочек выпал из рук, в полёте вытряхнув всё содержимое на подол ханьфу, прежде чем погрузиться под воду.

Со всех сторон, отовсюду, из стен, из воды, из-за корней деревьев ко мне ринулись десятки, сотни рук. Они не касались кожи, но от их близости воздух становился липким, как паутина. Болотные огоньки взбесились, закружились в стремительном хороводе, и свет их стал невыносимо ярким. Отражения в воде плясали, двоились, троились, и я перестала понимать, где верх, где низ, где реальность, а где только игра бликов.

Я попятилась, замахала руками, но пальцы проходили сквозь огоньки, не причиняя им вреда. Моя ци только беспомощно билась внутри, не находя выхода. Духи уже окружили плотным кольцом. Их шёпот заполнил уши, застилая разум.

— Иди к нам...

— Мы дадим...

— Покажем...

Вода под ногами вдруг стала глубокой. Я проваливалась, тонула, но в то же время стояла на месте. Капли падали сверху, и каждый их звук отдавался эхом, множился, превращался в голоса, рассеивал мысли. Ци металась внутри, но не понимала, чему надо сопротивляться.

Я зажмурилась, тряхнула головой. Открыла глаза.

Всё было по-прежнему. Вода, огоньки, стены. Духи никуда не делись. Они всё так же роились вокруг, тянули руки, шептали. Но среди этого безумия что-то изменилось. Свет стал другим. Запахло не тиной, а жжёным деревом и цветами.

Я не сразу поняла, что этот жар не от болотных огоньков. Он был живым и шёл откуда-то сбоку. Воздух задрожал, и вместе с ним задрожали тени, испуганно заметавшись.

А потом грянул рёв.

Огненный дракон вырвался откуда-то сбоку, пронёсся над водой, сжигая духов на своём пути. Они визжали, плавились, разлетались искрами. Пламя плясало, отражаясь в воде, и болотные огоньки гасли десятками, не выдерживая этого жара, который обжигал и моё лицо, но сушил слёзы на щеках. И в этом было что-то очищающее, выжигающее липкий ужас из груди.

Дракон сделал круг над залом, добивая оставшихся тварей, и только потом я увидела его хозяина. Лан Чжуна. Он стоял, тяжело дыша, с мокрыми волосами. Несколько прядей выбилось из хвоста и прилипло к лицу. Огонь в его руках догорал последними искрами.

Принц посмотрел на меня, и в глазах была усталость, смешанная с удивлением.

— Вы целы, барышня? — спросил он хрипло. — Это был отличный ход. Вы отвлекли всех духов на себя и дали нам время перегруппироваться. Мы справились благодаря вам.

— Я... — голос сорвался. — Я не... я просто...

— Не скромничайте. — Принц шагнул ближе, по воде пошли круги. — Вы всех спасли. Нефритовый Лотос, меня, остальных. Если бы не ваша смелость, мы бы ещё бились с этими тварями, и, возможно, не все остались бы целы.

Сердце забилось часто-часто. Лан Чжун смотрел на меня с восхищением. С уважением. Так, как никто никогда не смотрел.

Я хотела ответить, хотела сказать, что это случайность, что я просто кинула травы, не зная, что они привлекут духов, а не отпугнут. Но слова застряли в горле, потому что в его взгляде было то, о чём я мечтала годами. Неужели это происходило наяву?

Из-за спины принца выступил грубиян из Грозового Облака. Он скривил губы, но в глазах не было привычной насмешки.

— А девчонка-то не промах, — буркнул он. — Кто ж знал, что в этой дохлой школе такие смелые учатся. Молодец.

От его слов стало тепло. Грубиян, который ещё недавно насмехался надо мной у входа в Лабиринт, теперь признавал, что я чего-то стою.

Следом, спотыкаясь и всхлипывая, подбежала Нефритовый Лотос. Она бросилась ко мне, обхватила за плечи, прижалась.

— Ты спасла меня, — шептала она сквозь всхлипы. — Ты спасла... я думала, всё... эти твари... а ты...

Её слёзы капали мне на плечо. Я чувствовала, как дрожит тело, как сильно она напугана. И впервые в жизни меня обнимали не потому, что жалели, а потому что благодарили.

Я стояла, не веря. Это было слишком... Слишком хорошо. Грубиян хвалит? Нефритовый Лотос плачет от благодарности? Принц смотрит с восхищением?

В голове зашумело. Слишком правильно. Слишком гладко. Будто кто-то прочитал мои самые тайные мечты и теперь разыгрывал их передо мной, как кукольное представление.

Внутри всё напряглось от мимолётной мысли, что один раз демон уже исполнил мою мечту. На площади, с флейтой. Вот только вкус славы оказался горек, а сейчас… он казался приторно-сладким.

— Когда мы выйдем, — продолжал Лан Чжун, — я лично прослежу, чтобы все узнали о вашем подвиге. Судьи, наставники, участники. Пусть знают, кто настоящая героиня.

Он говорил правильные слова. Те самые, что я мечтала услышать всю жизнь. И всё же...

Нефритовый Лотос отстранилась, вытирая слёзы, и посмотрела на меня с такой теплотой, что у меня защемило сердце.