Для участников был отдельный вход — узкая арка в стене, над которой мерцала голубоватая дымка. Я подошла к ней вместе с другими заклинателями, встала в очередь и вдруг почувствовала, как что-то тронуло меня сбоку.

Рука сама собой метнулась к поясу.

Флейта.

Пальцы нащупали знакомую гладкость дерева, и внутри всё оборвалось. Я же оставила её в комнате!

«Думала, от меня так просто избавиться? Это даже обидно», — раздалось насмешливое в голове.

Я не ответила. Стиснула зубы и постаралась не слышать этот голос. Впрочем, демон больше никак себя не проявил, и это вызвало во мне вспышку гнева — так хотелось бороться, хоть как-то противостоять ему, но не было даже точки приложения сил.

Очередь двигалась медленно. Солнце уже припекало, и каменные плиты под ногами начинали отдавать теплом. Где-то совсем близко надрывался зазывала, расхваливая амулеты на удачу. Его голос тонул в общем гуле, но отдельные слова долетали: «...самый сильный оберег!», «...только сегодня!».

Я стояла и смотрела, как люди передо мной один за другим проходят сквозь голубоватую дымку. Кто-то смеялся, кто-то оглядывался, кто-то поправлял оружие за спиной или на поясе. А я сжимала руки в рукавах и пыталась дышать ровно. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Только бы не сорваться.

С каждым шагом ближе к арке внутри нарастало неприятное напряжение. Не боль, нет. Скорее чувство, будто вот-вот должно случиться что-то плохое. Я смотрела на мерцающую дымку и вспоминала, как вчера вечером думала, что флейта останется в комнате. Что я смогу пройти без неё. Глупая.

Оставалось семь человек. Шесть. Пять.

В груди словно стянули тугой узел — то ли страх, то ли надежда, что барьер сработает и не пустит демона. А вместе с ним, может, и меня? Или пустит меня без демон? Возможно ли такое? Или сработает сигнал и меня упрячут в клетку, чтобы пытать и казнить. Но тогда я не попаду на Состязания. Хотя это будет меньшая из моих бед. Мысли путались.

Четыре человека.

— Барышня Шуин? А вы, оказывается, среди участников от вашей Школы. Это неожиданно.

Я вздрогнула и обернулась. Рядом стоял принц Лан Чжун. Сегодня он был в тёмном ханьфу с нашитой эмблемой пылающего меча — традиционное одеяние его школы. Волосы убраны в высокий хвост. Улыбка, как всегда, светлая и открытая. Солнце играло на его лице, делая черты ещё прекраснее. На миг я забыла, где нахожусь.

— Господин Лан! — Я поклонилась, чуть не споткнувшись на ровном месте. — Прошу прошения, что не сказала раньше.

— Ничего страшного. — Он махнул рукой. — Я думал, вы будете среди зрителей. Даже распорядился насчёт жетонов для вас и вашего наставника. Но раз вы здесь... значит, решили поучаствовать в шествии? Моими жетонами вы можете воспользоваться и в последующие дни.

Он сказал это так уверенно, будто иначе и быть не могло. Я замялась.

— Ну... я...

— Понимаю, — кивнул принц. — Для ученицы вашего уровня шествие — отличная возможность показать себя, не рискуя. Выступите, полюбуетесь на других участников с площадки, а потом с чистой совестью уступите дорогу настоящим заклинателям. Многие так делают.

Он говорил это так спокойно, так доброжелательно, что я не сразу нашлась с ответом. Для него это было очевидно. Я — слабая заклинательница, которая пришла поглазеть и покрасоваться. Конечно, не лезть же в самую гущу магических опасностей. Слова упали в душу, как камни в глубокий колодец — эхо отозвалось глухой болью.

— Я... да, наверное, — пробормотала я, опуская глаза.

— Это мудрое решение. Полоса препятствий не для всех. А так и Школу представите, и себя покажете. И, конечно, поразите всех мастерством.

Он улыбнулся своей улыбкой, от которой всегда теплело внутри. Но сейчас почему-то стало горько. Лан Чжун даже не допускал мысли, что я могу идти наравне с ним. Для него я навсегда осталась той неумелой девочкой за гуцинем.

Ещё и Хэй Фэн гаденько усмехнулся внутри, от этого захотелось постучаться головой об стену.

Моя молчаливость то ли озадачила, то ли расстроила Лан Чжуна, потому что он тут же завязал новый разговор. Причём наклонился ближе, на почти недопустимое расстояние и понизил голос:

— Вы ничего не слышали ночью? — начал принц.

Вокруг нас тем временем продолжала двигаться очередь, и я была только рада заминке, которая давала возможность не идти через барьер прямо сейчас. Кто-то поправлял лямку заплечного мешка, кто-то переговаривался через головы, сновали слуги, распорядители выкрикивали названия школ. Но вокруг Лан Чжуна образовался свободный островок среди этого моря людей.

— Говорят, в сад гостевого дома пробрались какие-то бандиты... Напали на одного из заклинателей, хотя никто не признался. Никто не погиб, но нашли следы крови у пруда, и несколько слуг дают противоречивые показания.

Слова «никто не погиб» ударили в самую душу. Кровь отхлынула от лица, в глазах потемнело, и на миг я перестала слышать гул толпы — только стук собственного сердца, готового выпрыгнуть из груди. Внутри всё оборвалось. Я замерла, боясь, что лицо выдаст. Никто не погиб? Но я же... я убила. Значит, того человека не нашли? Как такое возможно? Я видела, как он упал, видела кровь на своих руках... Или принц не знает? Мысли заметались, натыкаясь одна на другую.

— Если позволите, досточтимый старший ученик Школы Огненного Меча, — мастер Цин приблизился и кивнул принцу, — осмелюсь вмешаться в вашу беседу с моей ученицей.

Лан Чжун обернулся, поклонился в ответ.

— Вчерашнее происшествие, о котором вы изволили упомянуть, — продолжил наставник, — подобно грому, разразившемуся средь ясного неба, ибо в нём слышится не столько случайность, сколько злой умысел. Тот, кто дерзнул напасть, либо потерял рассудок, подобно мотыльку, летящему на пламя, либо ведом неизвестной нам силой, что делает его неуязвимым для возмездия. И то и другое — крайне тревожно.

— Согласен, — ответил Лан Чжун.

Я молчала, глядя в землю. Камешки под ногами блестели точно так же, как те возле пруда. В голове билась одна мысль: куда делось тело? Или просто мне решили не говорить, чтобы не задевать нежных чувств? Или принц врёт?

«Он не врёт, — лениво прокомментировал Хэй Фэн внутри. — Тела у пруда не было».

— …словно кто-то специально их подослал, — закончил принц.

— Весьма подозрительно, — кивнул мастер Цин. — Говорят, бой был быстрым. Крови на камнях много. А стража ничего не видела, ничего не слышала. Будто не люди нападали, а тени.

— Вы правы, — принц нахмурился. — Я сам осматривал место. Тот, на кого напали, исчез. Ни тела, ни следов. И тот, кто напал тоже. Только кровь. Много крови.

При слове «кровь» меня передёрнуло. Перед глазами на мгновение вспыхнула картина: лунный свет на тёмной воде, хруст, тёплая липкая струя, залившая лицо. К горлу подкатила тошнота, пришлось сглотнуть и изо всех сил сцепить руки в рукавах, чтобы не выдать себя дрожью. Я смотрела в землю и видела не пыль под ногами, а то самое тело, распластанное на траве.

Значит, никто не знает, что это была я. Что это я...

«Я же говорю, — лениво прокомментировал Хэй Фэн. — Не благодари. И, заметь, про твоё первое приключение принц молчит. А между тем, два нападения на одну и ту же заклинательницу — это крайне подозрительно».

— И это не единственное происшествие, — добавил принц, покосившись на меня, словно услышал упрёк демона в моей голове, отчего я всё похолодела. — Вчера вечером на барышню Шуин напали в городе. К счастью, я оказался рядом.

Мастер Цин удивлённо поднял бровь и бросил на меня долгий задумчивый взгляд, в котором мне примерещились все возможные кары:

— Вот как? Я не знал.

— Барышня Шуин, вы не рассказывали? — принц посмотрел на меня с мягким укором. — Напрасно. Такие вещи нельзя скрывать от наставника.

Я опустила глаза. Конечно, я не рассказывала. Как я могла рассказать, если меня только и делали, что отчитывали. Времени на признания как-то не нашлось.

— Два нападения меньше за ночь, — задумчиво произнёс мастер Цин. — Сначала на мою ученицу, потом в гостевом доме.