Мы едем в ресторан... А там всё, как обычно... Тем более, что мне важно только одно. Чтобы ей было хорошо. Естественно, отец выделывается, как всегда... И дарит нам загородный дом. Возможно, стоит радоваться, но лично мне вообще всё равно. До подарков... И тому подобного.
Я счастлив, что женюсь именно на ней. Радуюсь, когда веду её на наш первый танец. Я осознанно прикасаюсь к её животу даже во время него. Потому что теперь это мои любимые касания... В ней сейчас находится весь смысл моего существования...
— Когда Мира была маленькой... Она говорила, что выйдет замуж за принца. Всегда так говорила, — улыбается её мама, говоря в микрофон.
— А вышла за королька, — кидают мои друзья и громко гогочат на весь зал. Раньше они меня так называли, но я быстро обозначил, что не люблю свою фамилию из-за отца. Не хотел, чтобы прозвище было связано с родовым древом. Вот меня и называли по имени после этого... Всегда.
Поэтому сейчас я бросаю в сторону Руслана один предупредительный, и он тут же меньжуется, выставив вперёд ладони. Мол «чувак, остынь. Я шучу»…
Шутник, блин, тоже мне. Мира-то конечно улыбается. Она всегда спокойная в такие моменты. Не пылит почём зря.
— Я вас благословляю, дети мои. Будьте счастливы. Горько...
И вот это горько... Становится для нас сладким. Около двадцати раз подряд... Мы бесконечно целуемся. Я стёр до красна все её губы. И я так сильно её хочу…
— Дамир, я хочу... Уединиться...
— Ещё час и уедем... На всю ночь уедем... А утром самолёт... Я тебе весь макияж стёр...
— Я думала, ты этого и добиваешься...
— Нет... Я хотел сделать это чуть иначе...
Представляя картинки, где моя невеста на коленях делает мне минет, у меня снова встаёт прямо в зале. А Мира как чувствует. Её рука сжимает мой член через брюки. Прямо под столом.
— Мир.
— Молчи. Я ничего не делаю. Просто... Касаюсь...
— Просто касаюсь... Ага... Блядь...
— Тихо... Ты такой твёрдый.
— Я тебя, бля, покажу, какой я твёрдый... Сейчас в номер приедем... На колени тебя поставлю.
— Поставь...
— Бля... Всё, короч, — дёргаю её за руку, а она смеётся. На ходу прощаюсь со всеми. Практически наплевав на гостей. Мы вываливаемся из ресторана. Она продолжает хохотать надо мной.
— Как быстро ты поменял мнение, а... Сразу так заторопился...
— Так ты драконишь... Конечно... Как малыш? Всё нормально, точно?
У меня совести не хватит... Так нагло и бесцеремонно... Хотя кого я обманываю... Хватит у меня совести. Конечно, хватит. Я дико хочу присунуть в её сладкий рот, а потом отлизать ей. Скорее бы доехать до отеля.
Иначе под нами пол плавиться начнёт.
Берём машину отца, потому что я сегодня не за рулем, выезжаем на перекрёсток... Уже сворачиваем на нужную улицу, пока она мнёт моё колено, своей ладонью, и внезапно...
Раздаётся три громких выстрела, сопровождающихся звуком выбитого стекла и звонким криком Мирославы...
Глава 45
Дамир Королёв
Пространство разъедает этот вой. Машину слегка заносит, разворачивая в сторону на ходу.
Мои глаза, как маятники, рыскают по салону. Быстрая смена картинки.
И такая же молниеносная реакция моих мозговых процессов. Просто штурм.
— Тихо, тихо... — осматриваю пространство за считанные секунды. Всё перед глазами плывёт. Страх парализует, но надо брать себя в руки. — Малыш, ты как? Не задело, нет??? — спрашиваю, а в ответ тишина. Два голубых блюдца смотрят на меня и не моргают. — Мира!
— Дамир, у тебя кровь...
Её голос дрожит, а я смотрю на свою руку. Багровое пятно расползается по белоснежному хлопку в районе плеча. Похуй. Это всего лишь рука.
— Ты в порядке, нет?! — ещё раз повторяю. Весь в огне. Мне главное, чтобы с ней всё было хорошо. Остальное не важно.
Она трогает себя, пока я судорожно давлю на педаль газа и гоню оттуда, набирая в машине номер полиции.
Называю адрес и сообщаю о стрельбе.
— Врача, Дамир! Скажи, что ты ранен! — настаивает она вся в слезах, и её трясёт.
Я передаю информацию и набираю скорость, явно непредназначенную для наших проулков. Но чем дальше мы окажемся от того места, тем лучше.
Останавливаю только возле отделения МВД по пути оттуда.
— Девочка... Малыш... — поворачиваюсь к ней, и она тут же начинает меня всего щупать.
— Больше нигде? Дамир, точно, нигде???
— Точно... Ты? Как ребёнок? Перенервничала?
— Да, немного... Тянет, но ничего.
— Нет, не нечего. Я сейчас сюда скорую вызову... Пусть осмотрят...
Её всю потряхивает. Да я и сам не могу сдержать эмоций. Вот ведь падаль... Что это вообще было? Ну, явно ведь из-за машины отца... Чёрт угораздил в неё сесть.
Сука, рука отнимается. Если бы не повернул в тот момент чуть раньше, на красный... Мне бы, походу, прошили что-то другое. Пули чудом мимо пролетели.
И теперь, можно сказать, я поверил в Бога.
Как только основной прилив эмоций укладывается на дно, оповещаем родных. Такая жесть начинается. Отец с мачехой, естественно, приезжают прямо в отделение. Мы даём показания там.
В машине скорой нас обоих осматривают и оказывают первую медицинскую помощь.
Мне бинтуют руку. Пуля прошла насквозь, артерию не задела. Говорят, не страшно. Всё само собой заживет. Только советуют пить антибиотики и обрабатывать рану. Мира вся заплаканная. Небольшой тонус матки на фоне стресса, но, говорят, что в целом всё нормально.
И теперь у меня чувство, что надо валить отсюда подальше. Раз на отца вечно кто-то ведёт охоту. Я не могу постоянно нервничать и ощущать себя наживкой для каких-то отморозков. Тем более, когда мы ждём малыша.
Домой мы с Мирославой приезжаем только в районе четырёх утра. Она вся измученная. Я тоже хочу спать, но вместе с тем, убежден, что нам всё равно нужно улетать утром.
— Без вещей полетим. Там всё купим...
— Дамир, ты что? Ты же ранен...
— Мира, давай свалим отсюда. Там будем в безопасности. Чисто вдвоём. Никого чужого. Там нас никто не знает... Нафиг это всё. Там и врачи есть. Всё есть. Давай отсидимся этот свадебный месяц там... Пожалуйста, верь мне.
Мира смотрит на меня и не моргает. Волнуется, я знаю. Для неё это неожиданно.
— Это всего лишь рука, Мира.
— Я понимаю... Страшно.
— Страшнее здесь оставаться. Давай, моя… Соглашайся. Иди, прими душ. Я сейчас всё приготовлю. Возьмём только небольшую сумку и вызовем такси.
— Хорошо...
С этим её «хорошо» приходит спокойствие.
Блин, как я рад, что она не возмущается и на этот раз не делает мне нервы. Она ведь и сама сильно испугалась. Сука, я бы собственными руками задушил эту тварь, которая стреляла... И ту, которая наняла. Ведь явно же покушение было...
Мы выезжаем быстро. Наплевав на то, что скоро нас будут вызывать на допрос по повестке. Срать я хотел. У меня билеты в Дубай. Сосите все.
Обнимая Миру в такси, целую в висок и шепчу ей, чтобы не волновалась. Что я рядом и не дам её в обиду. Всё будет хорошо.
Пока едем, оба натянутые как струны. Постоянно оглядываемся и нервничаем. У обоих осадок в душе. Такой день нам запороли… Всё было так офигенно.
Выдыхаем оба, когда уже сидим в самолете. Свобода… Наконец-то.
Мира не сводит с меня обеспокоенных, но заинтересованных глаз.
— Я никогда не летала, но очень хотела...
— Значит, сейчас полетаешь... Со мной. С первым.
— С первым, — улыбается она, глядя в иллюминатор. Сама попросила у меня возле окна. — Какое массивное у него крыло...
— Ага. Здоровый.
— Дамир... — зайчонок кладёт голову мне на плечо. — Я так устала... Мне страшно. Точно всё будет хорошо? С мамой, с Маратом?
— Уверен, его найдут очень быстро. А нас уже не будет. Всё это отцовская идея с выборами, — я говорил, что это полная лажа. Меня никто слушать не стал. Все его защищали. Самовыдвиженец хренов. — Расслабься, малыш... Взлетаем...
— Мамочки...
Пока летим, Мира всё время смотрит на облака. Думает о чём-то своём, а я думаю только о ребёнке...
