— Да мне вообще похрен, что ты там удумал, ясно?! Я год, сука, потерял из-за тебя! Сдохнуть хотел без неё! Думаешь, отдам теперь?! Хрен тебе на лопате!
— Дамир! — рычит отец, а я резко встаю, но Мира хватает меня за руку.
— Слушай... Ну, мы же в состоянии потерпеть... Твой папа только пройдёт выборы и всё...
— А потом придумает ещё и ещё, чтобы мы просто не были вместе, да?! Потому что его по какой-то неясной причине триггерит от этого! Но это не моя вина, слышишь?! Не мои проблемы! Это твои проблемы, раз тебя это не устраивает, — закрываю Миру собой. — Я забираю её обратно.
— Дамир, послушай, — шелестит она сзади. У меня всё тело окаменело. Так в груди болит, что каждый вдох кажется пыткой. Я столько ждал её. Целый год мечтал о ней. И теперь — потерпите. Живите порознь... Пошёл ты, папочка. — Мы не можем просто взять и всё испортить.
— Кому и что мы испортим?! Как любовь может что-то испортить?! Портят недосказанности, вот такие выкрутасы, — смотрю на отца.
— Ты хочешь, чтобы вас нафотали и писали везде, что вы извращенцы?!
— Мы, сука, не родные! Это не извращение!
Секунды не проходит, как я срываюсь и даю ему в таблет кулаком. Мира кричит. Прибегает её мама. Я хочу его убить... Он не просто надавил на больное, он мне все былые раны разворотил одной фразой. Козлина хренов.
Хорошо, что я вовремя останавливаюсь, потому что понимаю, что он вышел из комы, а Ольга уже перекрыла мне доступ к нему.
— Дамир, что ты творишь?! — ругает меня Мира. — Уходи отсюда! Ты на нервах! Успокоишься, мы поговорим!
— Мира!
— Успокоишься и поговорим, говорю!
Она плачет, а я, срываясь на псих, бью стену в прихожей и ухожу оттуда, взбешённый и озлобленный, как сам Дьявол во плоти.
Отец точно сошёл с ума, если думает, что я отпущу её обратно…
Глава 24
Мирослава Королёва
Мне самой нужно успокоиться. Точно не помешает. Я и так очень много всего чувствую. Но Азхар сказал, это временно. И что мы только на людях должны соблюдать дистанцию. В доме здесь... Можем делать, что захотим. Лишь бы пресса и другие ничего не запечатлели и не слили информацию в сеть. Я очень нервничаю. На улице дождь, а Дамир уехал куда-то. Я ведь за него волнуюсь. Даже более чем... Мама пошла помочь Азхару обработать разбитое Дамиром лицо. А я смотрю на сладко спящего Марата. Набираю номер своего парня…
Гудки длятся долго, но он наконец снимает.
— Успокоился? Поговорим? — Прикрывая дверь в детскую, выхожу оттуда и иду на крыльцо, где льёт дождь, чтобы никто не услышал нашего разговора.
— Я не успокоился, Мира. И не успокоюсь. Потому что чушь, которую он несёт не ведает, сука, границ! Скажи мне, ты так не считаешь?! Недостаточно мы с тобой настрадались, нахрен?!
— Дамир... Всё так... Всё так... Скажи мне, где ты? Я волнуюсь.
— Отъехал, Мира. Я не смогу там жить, — категорично заявляет он, стреляя в самое сердце.
— Дамир...
— Нет, Мира. Как ты себе это представляешь?! Мы же собирались вместе... Мы год ждали... Жили друг без друга. А теперь он влез и всё?! Ты передумала?!
— Нет, я не передумала... Но мы же можем немного ещё подождать, правда? Меня мама попросила... И Азхар выглядел очень сердито... Ну, дай ему этот шанс... Стать кем он хочет... А потом мы... Просто...
— Мирослава... — надсадно выдыхает Дамир. Слышу, что он снова курит.
— Не нервничай, прошу тебя. Всё будет хорошо.
— Я не нервничаю. Я в ахуе! — повышает он голос и, видимо, до сих пор в бешенстве. — Я мечтал жить с тобой! Всегда быть рядом. Но, очевидно, мы с тобой желаем разного!
— Конечно, нет! И ты знаешь, что это не правда! Ты на эмоциях. А я... Я просто не хочу никого обижать. Он не запрещает нам быть вместе. Нет. Просто просит немного скрываться... Первое время.
— Немного скрываться... Первое время... Ты себя слышишь?! Неееет... Я отказываюсь под это подстраиваться…
Блин, у него такой голос, будто он действительно всё для себя решил, и мои слова не имеют никакой силы сейчас… Уговаривай или нет… Бесполезно, он не изменит мнения, и на компромиссы идти не желает.
— И что... Ты меня бросишь теперь?
— Мира, ты оглохла? Брошу? По-твоему я для этого такой путь проделал?! Столько дерьма схавал?! Чтобы бросить?! Я просто заберу тебя сейчас и всё.
— Дамир, но я — не вещь. Я приняла решение, блин! Поддержать твоего отца! У меня тоже есть своё мнение!
— Ушам своим не верю... Мира, я даю тебе десять минут, чтобы одуматься. Потому что если нет, то мы, нахрен, сегодня ночуем порознь!
— Дамир, не нужно ставить мне ультиматумы, ладно? Это уже совсем бред.
— Бред — это то, что ты делаешь! Идёшь на поводу у этого...
— А ты чем лучше?! Дамир, ты ударил отца! Который только что вышел из комы, черт тебя дери! Ты совсем себя не контролируешь?!
— О, я очень рад, что ты у нас себя контролируешь! Видимо, мне одному было хуёво всё это время! Видимо, я один хотел сдохнуть, пока ты с удовольствием трахалась с этим гребанным Ромой!!!!
У меня в момент всё внутри сжимается. Больно и обидно до трясучки. Он шумно дышит в трубку, а я сжимаю в руке телефон и ненавижу всё. Особенно ненавижу, когда он вот такой. Когда ему плевать на мои чувства, и он мелет что попало. Лишь бы сделать больно в ответ. Лишь бы унизить меня.
— Прости, Мира... Мира, я не то хотела сказать, не так...
— Конечно, ты прав. Особенно первые восемь месяцев! Мне было в кайф, Дамир! Когда я ревела круглыми сутками! Когда задыхалась и пропускала пары от недосыпа! Когда мне снились кошмары, когда я хотела умереть, конечно! Мне было так здорово, просто с ума сойти!!!
— Мира, я сорвался просто. Я совсем не то хотел сказать. Нет... Я знаю, что нам обоим было... И мне жаль...
Чувствую, что почти плачу. Мне тоже очень больно, но это не значит, что я буду вот так категорично подставлять человека, который подарил мне и моей матери новую жизнь... Я благодарна и раз он просит... Мы в состоянии немного подождать.
— Дамир... — устало выдыхаю. — Давай будем взрослыми... Давай найдём в себе ресурсы... Перешагнуть. Потерпим.
Он молчит, а у меня дрожит голос и грудь зажимает в тиски.
— Я не буду в этом участвовать. В тот дом я не вернусь. И не проси. Пошёл он. Если не вернешься сегодня в квартиру. Ко мне. Со мной. Значит, я один буду там жить.
— И что... Просто... Перестанешь со мной общаться?
— Конечно. Нам же нельзя! — показушно добавляет он. — Нельзя, а то папочку опозорим! И не дай Бог, в прессу сольют!
— Я не понимаю тебя, прости... Ты хочешь просто взять и наплевать на родных? На всех наших родных? Пойми... Дамир. Тут наш брат. Моя мама. Они тоже важны мне... Не только наша любовь, но и они. Я хочу общаться с ними. И не собираюсь ругаться... А ты...
Я замолкаю, а он делает затяжку.
— А я... Я только мешаю, да? Ломаю всё... Естественно... Бороться за любовь и чувства... Значит, быть эгоистом...
— Дамир, послушай...
— Не хочу, Мира. Я поехал... Если передумаешь, знаешь, где меня найти...
Он сбрасывает, а я стою перед самым сложным выбором в своей жизни...
Глава 25
Дамир Королёв
Как же меня выносит. И я, блядь, даже ничего не могу сделать. Вообще ничего. Как придурок возвращаюсь в пустую квартиру. И маюсь там, словно загнанный в клетку зверь. От угла до угла, лишь бы вернулась. Что делать, ума не приложу. Не думал, что она вот так поведётся на его условия. Депутат, блядь, херов.
Кое-как уговариваю себя прижать жопу и то не могу успокоиться. Внутри всё трясётся и наяривает как на американских горках вверх-вниз.
И она не пишет... Не звонит.
И я всё равно не думаю, что не прав. Я прав. Ещё как прав.
Выжидаю ещё час, а потом решаю поехать куда-нибудь и напиться. Потому что меня так бомбит, что я точно не усну. И если она решила меня игнорить, значит, и я буду.
В известном клубе дохрена народу. Естественно, никто не ожидает меня увидеть. Сразу начинаются вопли, возгласы, присвистывания. Многие и не знали, что я вернулся.
