- О, рагу, - радостно воскликнул Тобиас. Он был совершенно уверен, что являет собой образец избалованного мужчины, но ему было все равно, он получал рагу. - Значит, ты знаешь обо мне и о пасте, и о рагу, судя по всему. Что еще она тебе рассказала? Знаешь, она врёт. Коварная леди.

      - Не думаю, что она стала бы мне лгать, сэр, - рассмеялся Ной. - И если вы не отдадите прямого приказа, все остальное, что она мне сказала, я оставлю при себе. Оставьте мне несколько сюрпризов; в конечном счете, так будет лучше для вас, обещаю.

      - Согласен, сюрприз - прекрасное оружие, - с усмешкой сказал Тобиас. - И чтобы удивить тебя, мне понадобится больше информации. Я не полицейский, так что, боюсь, расследование исключено… что оставляет мне лишь возможность задавать больше вопросов.

      - Спрашивайте меня о чем угодно, - легко ответил Ной, он, казалось, был в хорошем настроении. - Просто помните, - игриво предупредил он, - вы обещали ответить мне, когда закончите, сэр.

      - Да, обещал, но я также оставил за собой право. - Тобиас тихо рассмеялся, наслаждаясь шуткой. - Расскажи мне немного о своей семье, откуда ты? Братья и сестры? Домашние животные? Выбирай, у меня есть несколько часов, чтобы послушать. - Он снова ухмыльнулся и начал пробираться через темную квартиру к кухне.

      - Я из страны Бескрайнего неба^[1], края ковбоев и лошадей, из Монтаны. У нас не было фермы, вообще-то мой отец был шерифом, но у моих бабушки и дедушки была, и я проводил там много времени. У меня есть две сестры, Кэтрин - старшая и Эмили - младшая... хм. У папы случился сердечный приступ, и он скончался до того, как я открылся. Мама, однако, знает, и она все еще живет там с Кэтрин и ее мужем Куртом. Эмили переехала в Лос-Анджелес - она немного хиппует, и мы начинаем больше общаться. Это здорово. Пока все хорошо? - Спросил Ной.

      Тобиас услышал, как на заднем плане загудели клаксоны.

      - Кэтрин, Эмили, мама, ковбои. Понял. - Тобиас наполнил чайник в темноте, не желая мириться с резким освещением кухни после полумрака гостиной. - Итак, ты променял лошадей на машины, сельскую жизнь на... что? Почему ты не хочешь стать шерифом?

      - Я дам вам одну попытку.

      Тобиас кивнул сам себе, пытаясь в темноте отличить мятный чай от ромашкового; к счастью, ему даже не пришлось открывать коробки, прежде чем запах подсказал ему, какой из них мятный.

      - Ты предпочел член груди? - спросил он, подумав, что это несколько грубо. Он мысленно пожал плечами; он говорил Ною и гораздо худшее.

      - Я понял это сразу, - сказал Ной. - На самом деле, это не так уж и важно, я все равно хотел жить в городе. Там, где я вырос, не было никого, похожего на меня, маме было тяжело, и я очень хотел изменить мир к лучшему своей работой. Помимо сопровождения беременных женщин в больницу и урегулирования земельных и скотных споров, в работе шерифа в моем родном городе мало что есть. Поэтому я ушел из дома после окончания средней школы, работал, чтобы закончить местный колледж, а затем год в академии.

      - А в академии все было хорошо? - Тобиас вернулся в гостиную, ожидая, пока закипит вода. - Уехать из дома было хорошим решением?

       - Да. В академии было хорошо. Я познакомился с замечательными людьми, тренировался изо всех сил. Для меня было правильным решением уехать из дома.

      Тобиас кивнул.

      - Да, для меня тоже, - тихо сказал он. - Итак. У тебя есть домашние животные? Я имею в виду сейчас. Кошки, рыбки? Черепаха? Ты, похоже, любишь черепах. - Он прикусил губу, чтобы не рассмеяться.

      - Отъебитесь, сэр, - рассмеялся Ной. - Никаких домашних животных. Если, конечно, не считать вас.

      - О, какая трагедия! Ты уже забыл свое место. Какая жалость, у тебя так хорошо получалось ходить рядом. Думаю, теперь мне придется тренировать тебя и дома.

      - С нетерпением жду этого, сэр, - выдохнул Ной в трубку.

      - Знаю, что ждешь, милый. - Тобиас ухмыльнулся и вернулся на кухню, когда чайник засвистел. - Любимое хобби?

      - Хм. Ну, тренировка, баскетбол, - Ной сделал паузу. – Мой дневник.

      - Значит, он хорошо работает? Я рад. - Тобиас налил воды в свою кружку и задумался, стоит ли спрашивать еще.

      - Дневник? Да, наверное, он полезен. Хм… - Ной остановился на полуслове. - Это не значит, что… ну, если вы чувствуете, что должны его прочитать…

      - Нет, - сказал Тобиас. - Это твой дневник, твой путь. Конечно, мне любопытно, но я не собираюсь заставлять тебя давать мне его читать, Ной. В идеале, если он затронет что-то, что, по-твоему, нам следует обсудить, надеюсь, ты подойдешь ко мне и скажешь, что хочешь поговорить.

      - Я всегда буду обсуждать с вами свои проблемы, сэр, - заверил его Ной. - Итак, какой следующий вопрос? Или теперь моя очередь?

       Тобиас взял свою кружку и выудил из нее чайный пакетик.

      - О, полагаю, я могу позволить тебе попробовать, ты был терпелив. - Он улыбнулся и вышел в гостиную, снова направляясь к окну. Позади него стереосистема закончила воспроизводить песню Сары Вон, и в комнате воцарилась тишина.

      - Хорошо, сэр. Я хочу знать... хм... расскажите, как вы попали в эту тему.

      Тобиас ухмыльнулся и отхлебнул чаю. Конечно. Ной не из тех, кто стесняется говорить о прошлом Тобиаса, даже если заставит Тобиаса вспомнить некоторые его части, оставленные далеко-далеко позади.

      - Мне было шестнадцать, когда я в первый раз занялся сексом, - сказал Тобиас. - Семнадцать, когда мой любовник впервые попросил меня отшлепать его. С тех пор всё пошло по нарастающей, и когда мне исполнилось двадцать, меня впервые отвели в клуб. В двадцать один год я официально начал своё обучение - пришлось подождать, пока я не достигну совершеннолетия, чтобы пить алкоголь, и таким образом, оставаться в рамках дозволенного, во всяком случае.

      - Ходят слухи, что вы тренировались у Бредфорда...

      - Зависит от определений, - сказал Тобиас. - Он не тренировал меня - он всего на несколько лет старше. Но он был частью моего обучения, да. Мы были... современниками. Полагаю, и до сих пор.

      - Так вы подменяли его?

      - Иногда. И он подменял меня. Частью обучения было убедиться, что мы хорошо знаем инструменты. Почувствовать их в своих руках и на спине. Когда я тебя бью, я точно знаю, каково это, Ной.

      - Конечно, - сказал Ной. - Хорошо, так, вы, вроде, говорили мне, что выросли на этой ферме?

       Тобиас удивленно моргнул, услышав смену темы.

      - Э-э, да. Ферма принадлежала моему деду, а затем отцу.