- Сэр! Ах! Вы что-то сказали, сэр? Пожалуйста?

      Тобиас слышал напряжение в его голосе, но пока было трудно сказать, граничит ли это с теми эмоциями, на которые Тобиас надеялся.

      - Что бы ты хотел, чтобы я сказал? - Спросил Тобиас. - Хочешь услышать, какой ты красивый? Ты хочешь услышать, как привлекательно твоя кожа выглядит для меня? Или тебе просто нужен мой голос? - Он наносил удары снова и снова, сильнее и немного быстрее. - Я хочу, чтобы ты отпустил, мальчик. Просто чувствуй, не волнуйся. Я здесь.

      - Спасибо, сэр, все, что угодно. Все, что пожелаете... просто мне нужен ваш голос, сэр. Ах! - Ной выгнул спину дугой. - Спасибо, спасибо вам. - Он начал громко дышать, выдыхая тихие стоны, которые становились все громче, пока звук не заполнил уши Тобиаса. - Я ваш, господин, только ваш. - Ной вздрагивал от ударов, и его плечи начали трястись, когда звуки превратились в стоны, а его хватка на ручках скамьи ослабла. - Ой! Господин, пожалуйста, - всхлипывал Ной, безвольно привалившись к скамейке, но по-прежнему твердо и упрямо предпочитал не использовать стоп-слова.

      - Пожалуйста, что, мальчик? - Спросил Тобиас, отложив на потом легкое волнение, которое испытал при слове «господин». Позже он насладится этим. А пока будет им.

      Ной на мгновение увернулся от ударов, и Тобиас представил, как загоняет Ноя в угол своим флоггером и все еще не получает признания, на которое рассчитывал.

      - Господин... ах!

      - Скажи мне, чего ты хочешь, мальчик.

      Ною не поможет продолжать притворяться, что у него нет пределов, и, в конце концов, Тобиас должен был их найти. Тобиас продолжал работать флоггером, хотя его удары были немного легче. Ною и так было больно, и он не нуждался в сильных ударах, они в любом случае были бы болезненными.

      - Пожалуйста. - Плечи Ноя затряслись, а грудь вздымалась и опускалась от рыданий. - Гос... Господин...

      Тобиас наблюдал, как он борется, и с болезненным уколом в сердце осознал, что Ной не собирается использовать стоп-слова, что он еще не достиг того уровня, когда полностью принимает. Не в силах двигаться вперед из-за боязни причинить Ною реальный вред, Тобиас замедлил удары так быстро, как только мог, возможно, даже слишком быстро. Он бы просто бросил флоггер, но пока не был уверен, как Ной отреагирует на остановку.

      Однако через мгновение он достаточно отстранился, чтобы начать говорить, его голос был тихим и успокаивающим, он легкими движениями флоггера похлопывал Ноя по коже, возвращая его из того места, куда он убежал. По лицу Ноя потекли слезы, и Тобиас уронил флоггер, затем опустился рядом с ним на колени, на мгновение положив руку Ною на плечо, а затем осторожно обнял Ноя.

      - Все в порядке, все кончено. Ной, послушай, все кончено, ты в безопасности. Дыши. Просто дыши и возвращайся, милый, я рядом. Я здесь, я с тобой, и все кончено. - Его трясло, он знал, что дрожит, и ему приходилось бороться, чтобы сохранять спокойствие. Последнее, что им сейчас было нужно, это его чувство вины и самобичевания. - Ной. Скажи, что тебе нужно.

      Ной всхлипнул и прижался к Тобиасу на долгое мгновение, прежде чем выдавить из себя одно простое слово.

      - Это, - сказал он Тобиасу и повторил это слово снова. - Это. - Ной, очевидно, тоже пытался успокоиться, делая глубокие вдохи, хотя и прятал лицо на груди Тобиаса. - Только это, господин.

      Тобиас притянул его ближе, успокаивая руками и словами, его голос был мягким, как шелк.

      - Я здесь. Я буду обнимать тебя всегда. Ты мой, милый, и я всегда буду обнимать тебя, когда тебе это будет нужно.

      Ной крепче прижался к Тобиасу. Он поднял руку и приложил ее к сердцу Тобиаса.

      - Ваше сердце колотится, - заметил Ной с тихим благоговением. - С вами все в порядке, господин? - Он медленно описывал рукой круги, как всегда, почтительно опустив глаза. - Простите. Простите, господин, я в порядке. Было больно, но я в порядке.

      Тобиас покачал головой.

      - Мы поговорим об этом позже, мальчик. Отдохни, а потом мы приведем тебя в порядок. Думаю, нам обоим не помешало бы полежать в ванне. - Последнее, что он собирался сделать, это начинать разговор прямо сейчас. Не об этом, не тогда, когда Ной был все еще в себе. - Ты уже можешь ходить? Я хотел бы осмотреть твою спину, нет ли синяков.

      - Думаю, да, сэр. - Ной отодвинулся, слегка поморщившись, и медленно поднялся на ноги с помощью Тобиаса. - Просто кажется напряженной, господин, и горячей. Думаю, все в порядке.

      Он знал, что суетится, когда выводил Ноя на более светлое место, и знал, что суетится, пока ощупывал каждый дюйм кожи и мышцы. Он достаточно хорошо знал себя, чтобы понимать, что выстраивает классическую модель избегания, и если он не будет осторожен, он будет чрезмерно опекать Ноя, и всё будет потеряно, потрачено впустую.

      - Хорошо, - сказал он, наконец. - Одевайся. Я приберусь здесь - встретимся у двери, и я хочу, чтобы ты выпил хотя бы одну бутылку воды. Понял?

      - Хорошо, сэр, - сказал Ной и медленно подошел к столу, чтобы взять бутылку воды, прежде чем на негнущихся ногах пройти по центральному коридору к своей одежде. Его спина была ярко-красной, но Тобиас не причинил ему серьезного вреда.

      Вздохнув, Тобиас взял флоггер и подошел к сундуку.

      - Черт, - пробормотал он себе под нос, опуская его внутрь. - Упрямый дурак. - Он не был уверен, кого из них он имел в виду.

сокращение от «submissive space» — особый тип трансового состояния в БДСМ-практике

Часть 17

      Прогулка по двору была, пожалуй, самой странной в жизни Тобиаса. Ной, конечно, смотрел вниз, но был встревожен и, вероятно, неуверен в себе, и Тобиас никак не мог его успокоить. Не тогда, когда он шел с налитыми свинцом ногами и растерянностью, затуманивающей его рассудок.

      Позже, да, конечно - как только он заведет их обоих внутрь и отведет в «безопасную» комнату.

      Поднимаясь по лестнице, он все еще ничего не сказал. В коридоре он указал на «безопасную» комнату и сказал:

      - Я проверю пейджеры. Я бы хотел, чтобы ты снова разделся, чтобы я мог снять с тебя ремни, а потом мы поговорим, милый. Я всего на минутку.

      Ной заколебался, но через мгновение выдавил из себя:

      - Да, сэр, - и скрылся в «безопасной» комнате.

      Тобиас услышал, как из коридора донесся его вздох, а затем характерный скрип кожаных ремней упряжи, когда Ной начал раздеваться.

      Тобиас покачал головой, в основном про себя, и пошел в спальню. Он положил все пейджеры на комод - два своих, рабочий пейджер Ноя и тот, что собирался отдать Ною в понедельник утром. Они все выстроились в ряд, все четыре, ничего не выражающие, неподвижные и молчаливые. Слава Богу, они никому не были нужны. Он подозревал, что в данный момент они ни на что не годились.