- Точно. Итак, когда вы уехали из дома?

      Тобиас выглянул в окно и посмотрел вниз, на улицу под его домом.

      - Мне было восемнадцать, летом перед тем, как поступил в колледж.

      - Вы открылись?

      Тобиас вздохнул и подошел к кофейному столику.

      - Нет. Ну, не совсем. Думаю, мои родители знали. Уверен, миссис Миллер все это время знала.

      - Не могу представить, что вы могли что-то утаить от нее, - со смехом сказал Ной. - Значит, вы поступили в колледж и ветеринарную школу и больше не возвращались? Когда вы им сказали?

      Тобиас осторожно поставил свою кружку на стол.

      - Не сказал. Они умерли, когда мне было девятнадцать.

      Тобиас услышал, как Ной вздохнул на другом конце провода.

      - Ах, черт, простите. Но девятнадцать? Что случилось?

      - Автомобильная авария по дороге домой с конных соревнований. - Тобиас снова сел в кресло. - Я учился в колледже. Я потратил целый семестр на то, чтобы убедиться, что на ферме все будет в порядке, если меня там не будет, и узнать больше о деньгах. Мой отец заработал много денег, инвестируя, и мне пришлось наладить отношения с брокерами и бухгалтером; как ни странно, такого уровня богатства не достигаешь, будучи ветеринаром. - Он улыбнулся и продолжил. - Я убедил миссис Миллер остаться, а потом вернулся в колледж. - Он пожал плечами. - Так что теперь у меня есть ферма. Я начал ремонт старых конюшен, когда мне было... двадцать шесть или около того.

       - О, Боже, это ужасно. - В голосе Ноя звучало искреннее сочувствие. - Я думаю, для вас это было полжизни назад, но все равно, сожалею.

      - Спасибо. - Тобиас не знал, что еще сказать; он ценил это чувство, но Ной был прав... потеря произошла очень давно. - В любом случае, я никогда не признавался им в этом, и очень сомневаюсь, что они имели хоть малейшее представление о том, что я люблю бить мужчин кожаными кнутами.

      Ной усмехнулся.

      - Нет, полагаю, что нет. - Тобиас услышал скрип дивана или стула, смешивающийся со звуками ночного города; должно быть, Ной стоял у открытого окна. Еще одна резкая смена темы разговора удивила его. - Итак, сэр... правда, зачем вы позвонили?

      - Правду? - Тобиас широко улыбнулся. - Потому что мог.

      - Только потому, что вы могли? Не из-за плохого дня, который вы хотели обсудить, не были одиноки, возбуждены или скучали? Только потому, что знали, что я буду сидеть здесь и болтать с вами?

      - Именно так. Я позвонил тебе, потому что ты мой, милый, и потому что могу. Если захочу поговорить с тобой, я могу просто позвонить. И вот ты здесь, и теперь я знаю о тебе столько замечательного. Я старался, чтобы это не стало для тебя ужасным опытом, - поддразнил он.

      - О, нет, все это было не так уж ужасно. На самом деле, мне понравилось. Если бы вы меня предупредили, у меня были бы вопросы поинтереснее.

      - Ах, но мы уже решили, что сюрприз - прекрасное оружие. - Тобиас улыбнулся и откинулся на спинку кресла. - Во сколько ты ложишься спать?

       - Я сова. Я из тех счастливчиков, которым не нужно спать по восемь часов каждую ночь. Если я играю в баскетбол или у меня был тяжелый вечер наставничества, то обычно не сплю до полуночи или даже позже, чтобы расслабиться. Если я возвращаюсь домой сразу после работы, то стараюсь быть в постели к десяти. Это значит, что вы не даете мне уснуть, - поддразнил Ной. - А как насчет вас, сэр? Рано ложитесь, рано встаете?

      - Не совсем. Это зависит от того, где я должен быть утром, но обычно ложусь спать в одиннадцать или чуть позже. Я стараюсь ложиться в одно и то же время каждый вечер. - Тобиас вытянул ноги перед собой, ему было тепло и уютно после чая. - Теперь ты готов лечь спать? Ты сказал, что пишешь в своем дневнике - это часть твоего вечернего ритуала, или это скорее вопрос того, что ты пишешь, когда хочешь писать?

      Ной вздохнул.

      - Во вторник вечером я подвожу итоги выходных. Я даю себе день на то, чтобы все переварить, а потом сажусь за дневник и вспоминаю, что было хорошего, что мне нужно запомнить и... э-э-э... ну, в общем, где я ошибся. Я как раз размышлял о том, что сделал не так, когда вы позвонили.

      Тобиас прокрутил в голове прошедшие выходные и поморщился.

      - Хочешь поговорить об этом, милый? - мягко спросил он.

      - Не знаю. Должен ли я? Нужно ли сказать что-то еще? - Тобиас услышал, как со стороны Ноя закрылось окно, и услышал, как Ной что-то ищет. - Я знаю, что хочу извиниться. Я собирался дождаться выходных, но сейчас самое подходящее время, так что да. По-видимому, у меня есть склонность к ревности, о которой я и не подозревал. Я пока не уверен, что еще хочу сказать по этому поводу. Но Фан был прав, вы не просто Дом, сэр. Вы художник. Вы заслуживаете признания и уважения, а я должен это заслужить, и я должен быть достойным. Простите меня.

      - Я не совсем понимаю, за что ты извиняешься, - медленно произнес Тобиас. - Ты проявляешь ко мне признательность и уважение, когда подчиняешься; то, что я подписал тот же контракт, что и ты, показывает, что я считаю тебя достойным. Ты упустил это уважение в субботу - за это ты извиняешься, или за то, что каким-то образом недостоин меня? Потому что это... - Тобиас помолчал, пытаясь подобрать подходящее слово. - ...чушь собачья.

      На другом конце провода воцарилось долгое молчание. Дольше, чем Тобиас ожидал, но, в конце концов, Ной ответил ему.

      - Я принял свое наказание за то, что произошло в субботу, сэр, и знаю, что вы простили меня. Дело не в этом, - тихо сказал Ной. - Значит, я, должно быть, не уверен в том, что... - Казалось, он размышлял вслух, и Тобиас позволил ему закончить. Ной прочистил горло. - Я знаю, что прилагаю все усилия, - сказал он через мгновение. - Вы вдохновляете меня на это. Но это сложно, осознавать, что я так многого о себе не знал, что есть места, где я не бывал, что меня подталкивают - это меня немного потрясает. Раньше я был очень уверенным в себе, но теперь иногда беспокоюсь, что не соответствую... - Он вздохнул. - Знаю, это звучит очень по-детски. Я знаю, что веду себя как ребенок.

      - Ты не как ребенок, - тихо сказал Тобиас. Он наклонился вперед, сосредоточившись. Ему хотелось видеть лицо Ноя, обнять его. - Ты говоришь так, словно совершаешь прорывы. Ты узнаешь о себе то, чего раньше не знал, и из этого мы можем понять, где твои пределы, понимаешь? Это хорошо, и я хотел бы немного подробнее изучить это в следующие выходные. Что касается другого вопроса - почему ты считаешь, что должен соответствовать Фантому? Мы расстались, я отпустил его, и мы больше не вместе. Так что, если это не является твоей целью, я предлагаю тебе попробовать отпустить.

      - Не то чтобы я чувствовал, что должен соответствовать ему, - запротестовал Ной, но затем слегка изменил тон. - Возможно, отчасти. Это не слишком рационально, да? Вы правы.