Открыв дорожный сундук, он изумленно ахнул и долго, не отрываясь, вглядывался в его содержимое.

      - О боже, - с восхищением проговорил он, извлекая тонкий стеклянный дилдо и поднося его к свету. - Великолепно, сэр.

      - Я рад, что тебе нравится. - Обрадовался Тобиас.

      Он как раз искал что-то новенькое - нечто роскошное и дивное, - когда наткнулся на это... вернее, на них: целую коллекцию стеклянных дилдо, самых разных и чудесных. Тот, что держал в руках Ной, был прост по форме, с изящными рельефными линиями, пронизанными цветными переливами; длинный и гладкий на ощупь. Он казался совершенно инопланетным и прекрасным.

      - Оближи его для меня.

      Его рука, лежавшая на коленях, замерла, ожидая подходящего момента, чтобы снова пошевелиться.

      - Ваше удовольствие - это и мое удовольствие, сэр. - Застенчиво ответил Ной, поворачиваясь лицом к Тобиасу и медленно опускаясь на колени. Он держал тяжелый стеклянный предмет перед собой и медленно облизывал его изящный стержень по всей длине, затем обвел языком головку. Он медленно и чувственно пососал его еще несколько мгновений, а затем, лукаво улыбнувшись, взял головку дилдо в рот.

      Тобиас наблюдал, отказываясь ерзать на стуле, отказываясь делать что-либо, кроме как наслаждаться тем, как Ной выступает перед ним.

      - Глубже, - сказал он тихим голосом. - Я хочу посмотреть, на что ты способен. Я хочу увидеть, как слюна стекает с твоего рта.

      Ной вынул дилдо и еще раз тщательно облизал его. Он пососал головку, затем приподнял и опустил в рот, заглатывая его глубоко в горло. Он подержал его там мгновение, прежде чем немного отпустить, чтобы подышать, а затем снова засунул игрушку себе в глотку.

       Пальцы Тобиаса дернулись и заскользили по члену. На долгое мгновение он почувствовал, что не может дышать, но сдержался, прежде чем смог застонать.

      - Хороший мальчик, - сказал он, довольный тем, что его голос звучал ровно.

      Ной вытащил дилдо изо рта и прижал его влажную тяжесть к своему подбородку. Он откинул голову назад, обнажая горло, и с большой осторожностью провел влажную линию вниз по шее, по впадинке у ее основания, а затем по диагонали вниз по груди, чтобы остановиться на темном соске. Он подразнил сначала один, потом другой сосок и тихо застонал, когда оба напряглись в ответ.

      - Это прекрасный инструмент, сэр. Мне нравится его тяжесть, нравится гладкий стержень, нравится, как он ощущается во рту. - И как только он это произнес, снова засунул стеклянный член себе в рот, посасывая его с такой силой, что у него ввалились щеки.

      - Хорошо. - Тобиас больше не мог сидеть, не рискуя потерять контроль. Он медленно поднялся с кресла и подошел к Ною, наблюдая, как тот делает минет стеклянному дилдо. - Он будет восхитительно выглядеть, когда я позволю тебе вставлять и вынимать его из своей задницы. Положи его на место, мальчик, и пойдем со мной.

      Медленно, скорее по необходимости, чем из-за какого-то величественного желания, он направился обратно к конюшне, слушая, как позади него Ной кладет игрушку обратно в сундук и идет за ним, тяжело ступая по полу.

      - Здесь для тебя тоже найдется работа, - сказал Тобиас, ведя его по коридору мимо темных стойл. - Ты будешь следить за тем, чтобы полы были чистыми, а когда мы будем здесь играть, будешь отвечать за уборку. Игрушки, инструменты, стойла. Не сразу, конечно, но перед тем, как уйдешь.

       - Да, сэр. - Ответил Ной, следуя прямо за ним. - Я не забуду почистить этот дилдо.

      - Ты смышленый, - с усмешкой сказал Тобиас. Он направился прямо к пульту управления у двери. - Итак, вот все выключатели. Освещение - на главной дорожке, на ринге и в каждой кабинке. Это датчики движения, я редко ими пользуюсь - они включаются в самый неподходящий момент и выключаются, когда я меньше всего этого хочу. Обогрев - если тебе холодно до дискомфорта, скажи мне. Небольшая прохлада придаст бодрости, но холод - это совсем не весело. А вот и аптечка. Стационарный телефон. Интерком - чтобы ты мог сказать мне, что закончил, или если тебе нужно задать вопрос. В холодильнике должен быть запас воды. - Тобиас повернулся к Ною, который тут же опустил глаза. - Пока все ясно?

      - Да, сэр, вы подумали обо всем. Я очень впечатлен. - Ной опустил глаза и облизал губы. Его лицо слегка раскраснелось от представления со стеклянным фаллосом, и было ясно, что в данный момент ему совсем не холодно.

      - Ной? - Тихо позвал Тобиас, стараясь, чтобы в его голосе было как можно больше ласки.

      - Чем могу быть вам полезен, сэр? - Ной ответил таким же успокаивающим тоном.

      - Выбери кабинку. - Тобиас прислонился к ближайшей стене и, ничуть не стесняясь, принялся ласкать себя, наблюдая за тем, как взгляд Ноя цепляется за это движение.

      Ной некоторое время наблюдал, как он управляется с собой.

      - Спасибо, сэр, - казалось, он заставил себя произнести это, а затем нарочито медленно развернулся и снова направился по центральному проходу.

      По иронии судьбы, он на мгновение задержался у входа в кабинет, прикусив губу, но в итоге пошел дальше. Он прошел мимо камеры для подвешивания, не задумываясь, и снова задержался у входа в комнату с подушками и цепями на стенах. Он на мгновение исчез в стойле, и Тобиас услышал, как звякнули цепи. Когда он появился снова, то молча опустился на колени у двери в стойло, показывая, что это его выбор.

      Тобиас кивнул и направился к нему твердым шагом, тяжело ступая. Звук его ботинок был приглушен звукоизоляцией, но шаги были размеренными и решительными. Он остановился перед Ноем, одной рукой все еще поглаживая свою эрекцию, и спросил:

      - Почему именно эта? Цепи или подушки?

      - Цепи, сэр, - ровным голосом ответил Ной.

      - Хорошо. - Тобиас прошел мимо него и огляделся.

      Подушки, большие и квадратные, пухлые и мягкие, были разбросаны повсюду, аккуратно разложенные так, чтобы было удобно лежать или бездельничать. С потолка свисали цепи, огромные стальные кольца, вделанные в балки, с кожаными наручниками на концах. Они были регулируемыми и могли поднять человека над полом или широко раскинуть руки. Вдоль одной стены стоял шкаф, антикварный буфет, который Тобиас купил на гаражной распродаже, как удобное место для хранения игрушек и инструментов.

      - Пойдем, мальчик. - Тобиас потратил весь день на то, чтобы убедиться, что все наручники, что у него были, в идеальном состоянии; у каждого из них было по две пряжки, и они были обшиты мягкой кожей. Он надеялся, что новые, они пропитаются влагой пота и запаха Ноя со временем. Он услышал, как Ной поднялся и звякнул цепью. - Сюда. Дай мне свои запястья.

      - Как пожелаете, сэр. - Ной встал лицом к Тобиасу и протянул ему запястья.