Как указывалось Генеральным штабом Красной армии, в результате боев весной 1942 г. части Карельского фронта на кестеньгском и мурманском направлениях (Мурманская наступательная операция проводилась с теми же задачами 28 апреля — 10 мая 1942 г.) «не добились выполнения поставленных перед ними боевых задач и после незначительных успехов приостановили наступление и закрепляются на достигнутых рубежах. Основной причиной малого успеха... нужно считать неподготовленность операций, особенно по вопросам материального обеспечения, в результате чего наступающие войска уже в начале операций оказались без боеприпасов».

Тем не менее, Кестеньгская и Мурманская наступательные операции сорвали планы противника по захвату Мурманска и станции Лоухи Кировской железной дороги, помогли обороне Ленинграда и улучшили позиции советских войск на отдельных участках Карельского фронта. Только на кестеньгском направлении отборные части немецкой дивизии СС «Север» потеряли до 5000 солдат и офицеров убитыми. Финский офицер службы информации О. Пааволайнен сделал в своем дневнике следующую запись о боях весной 1942 г. на лоухском (кестеньгском) направлении: «Наступление русских в Беломорье... вызвало напряжение чувств. Оборонительные бои на лоухском направлении официально объявляются сегодня завершенными. Снова пиррова победа. Эта мысль появляется у многих, хотя сообщается, что враг потерял 11000 человек убитыми... Прошел почти год с начала войны. Тогда наивно говорили о парадном марше в Выборг и военном походе в несколько недель. Сейчас, год спустя, все кажется неясным, ненадежным, неопределенным».

В условиях стабилизации обстановки боевые действия частных масштабов на разных участках фронта велись вплоть до решающих сражений 1944 г. Так, 15 сентября 1942 г. две роты 289-й дивизии 32-й армии захватили у противника две господствующие высоты в районе разъезда 14-й. В течение четырех дней советские воины держали оборону и смогли удержать захваченные позиции, несмотря на многочисленные контратаки превосходящих сил финнов. В ожесточенных боях здесь пали смертью храбрых политрук М. Т. Костенко и сержант С. Т. Тюрпека. Приказом командования Карельского фронта от 6 ноября 1942 г. эти высоты были названы именами героев.

25 июля 1943 г. совершил свой подвиг сержант Николай Варламов. С первых дней войны он, бывший рабочий Онежского завода, встал в ряды защитников Родины в составе 71-й дивизии. Осенью 1941 г. был тяжело ранен под Медвежьегорском, но после лечения в госпитале и службы в тыловых частях добился направления на передовую и стал командиром роты 27-й стрелковой дивизии, оборонявшей ребольское направление. При штурме вражеского укрепленного опорного пункта у р. Онда его подразделение попало под пулеметный огонь из вражеского дзота. В критический момент сержант Варламов своим телом закрыл амбразуру дзота, а его бойцы ворвались в опорный пункт и разгромили вражеский гарнизон. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 25 сентября 1943 г. Н. Г. Варламову присвоено звание Героя Советского Союза. Решающее влияние на ход всей войны, в том числе и на севере страны, оказала крупная победа советских войск в Сталинградской битве (19 ноября 1942-2 февраля 1943 гг.). Маршал Маннергейм, касаясь в своих воспоминаниях оценки высшим финским руководством влияния Сталинградской битвы на ход «большой» войны и политического курса Финляндии, писал: «... 3 февраля или через день после того, как немцы капитулировали в Сталинграде, в Ставке Главнокомандующего собрались президент Рюти, премьер-министр Рангель и министры Валден и Таннер, чтобы узнать мое мнение об общей ситуации. В ходе беседы пришли к единодушному мнению, что большая война пришла к переломному моменту, и что Финляндии при первой же подходящей ситуации следует найти способ для выхода из войны. Одновременно констатировали, что пока еще мощь Германии препятствует осуществлению этого решения».

В результате эвакуации предприятий и оккупации наиболее развитых в экономическом отношении территорий Карелии в республике резко сократился выпуск промышленной продукции — по сравнению с довоенным уровнем он упал до 10,1%. В районах, не занятых врагом, насчитывалось лишь около 20 небольших промышленных предприятий. В создавшихся условиях особое значение приобрело развитие лесной промышленности, ибо фронту, оборонной промышленности, транспорту и стройкам в больших объемах требовались деловая древесина и дрова.

В конце 1941-начале 1942 гг. паровозный парк Кировской железной дороги, как и некоторых других железных дорог страны, перешел с угольного на дровяное топливо. Выполняя задания ГКО, лесорубы Карелии обеспечивали дровяным топливом Кировскую магистраль. Тем самым они освободили сотни железнодорожных вагонов, необходимых для завоза угля, и позволили сэкономить тысячи тонн дефицитного топлива, в котором в то время страна испытывала острую нужду. Кроме того, за годы войны из карельского леса были изготовлены тысячи пар лыж для бойцов фронта, сотни тысяч корпусов противотанковых и противопехотных мин, ящиков для артиллерийских снарядов и мин, тысячи кубометров спецдревесины для авиационной промышленности.

Для удовлетворения потребностей фронта в древесине потребовалось расширить производственную базу и в сложных условиях войны в неосвоенных северо-восточных лесных массивах республики организовать новые предприятия. В зоне железнодорожной линии Сорокская—Обозерская возник Сумский леспромхоз в составе Маленгского, Колежемского и Вирандозерского лесопунктов. Особенно трудные условия сложились именно на новых лесопунктах. Здесь ощущался острый недостаток в рабочей силе и жилье — около половины лесозаготовителей ютились в землянках, не хватало механизмов, лошадей, подъездных путей к линии железной дороги. В связи с этим в то время широко практиковалась ручная вывозка древесины. Каждое срубленное дерево рабочие подносили и грузили в вагонетки, на которых древесину вручную доставляли к линии железной дороги и перегружали в железнодорожные вагоны. В годы войны создавались бригады, работающие на ручной вывозке, и у Наркомлеса в отчетных документах имелась специальная графа — «ручная вывозка».

В числе первых на Маленгский лесопункт прибыл один из зачинателей движения передовиков производства в лесной промышленности депутат Верховного Совета СССР Петр Готчиев. В течение двух месяцев он обучил профессии лесоруба 45 молодых рабочих. Среди его учеников оказалась А. П. Фомина, карелка из Пряжинского района. С начала войны она, как и тысячи других местных жителей, работала на строительстве оборонительных рубежей, а затем была направлена на лесозаготовки. А. П. Фомина в короткий срок овладела нелегкой профессией лесоруба и стала перевыполнять нормы выработки в 2-3 раза. Ее бригаде присвоили звание «фронтовой», а сама она за самоотверженную работу получила награду — орден Ленина и звание лучшего лесоруба Карелии.

К концу 1942 г. вступили в действие узкоколейные железные дороги: Маленгская с паровозной, Вирандозерская с мотовозной и Колежемская с конной тягой. Расширение и частичная механизация лесозаготовительных предприятий республики позволили в четвертом квартале 1942 г. вывезти леса в 4 раза больше, чем в первом. Годовое задание ГКО по заготовке и вывозке древесины лесозаготовители Карелии в 1942 г. выполнили на месяц раньше срока. Одновременно с обеспечением железной дороги топливом заготовлялись лыжная береза, газогенераторное топливо, выполнялись другие хозяйственно-бытовые заказы Карельского фронта.

В годы войны предприятия лесной промышленности испытывали острую нехватку рабочих рук. Например, на 1 ноября 1942 г. вместо 4840 в наличии имелось лишь 3400 рабочих. В осенне-зимний сезон 1943/44 г. республике предстояло дать леса в 3 раза больше, чем в 1942 г., при обеспеченности рабочей силой лишь в 60%. Кроме того, в лес пришли женщины и молодежь, не знакомые с производственными процессами.