Данные о зарождении оленеводства в эпоху первобытности и раннего средневековья в Карелии отсутствуют. У лесных народов оно нигде не получило заметного развития и играло вспомогательную роль: олень использовался на охоте и как средство передвижения.

Искусство железного века представлено слабо, в основном реалистическими и символическими изображениями из металла, камня и глины, а также орнаментами на глиняной посуде. В дошедших до нас образцах наблюдается сочетание достаточно традиционных и явно новых элементов. К традиционным можно относить схематические человеческие изображения с разведенными в стороны руками на некоторых сосудах культуры лууконсаари. Частично сохранилась барельефная антропоморфная фигурка на горшке с поселения Лахта II. Схематичные парные фигурки изображены оттисками зубчатого штампа на сосуде со стоянки Кудама XI.

Металлические изделия в зооморфном стиле, свойственном лесным культурам железного века камско-уральского региона, в Карелии редки. Известна бляха с изображением медвежьих голов (Илекса V) и привески в виде лапок водоплавающих птиц (Илекса III). Новшеством являются ромбы с крючками, выгравированные на обломке сланцевого молота (Илекса V), которые трактуются как знаки плодородия и одновременно символизируют землю, растение и женщину. Данный символический мотив появился на северо-западе Европы вместе с культурами ананьинского пласта.

Орнаментика сосудов постепенно деградирует и в техническом, и в структурном плане. Сами технические средства нанесения узоров разнообразнее на востоке Карелии и беднее в западных ее районах. На лепной посуде декорирование сводится к простейшим приемам — замыванию и заглаживанию поверхности. Судить об уровне развития искусства в целом у населения Карелии в железном веке пока трудно из-за неполноты и скудости дошедшей информации.

Недостаточно изучена и этническая история. В Карелии издавна живут представители финно-угорских и славянских народов. Это коренные ее жители. Но когда они здесь появились, как протекал процесс этногенеза, кто были древнейшие обитатели края — все эти темы остаются дискуссионными. Археологические источники слабо фиксируют этнические признаки. Наряду с ними приходится использовать данные языкознания (лингвистики, топонимики), антропологии, этнографии и других наук и комплексный, синтетический подход.

Центральной темой остается появление финно-угорского населения и его роль в местной истории. А для эпохи средневековья — взаимоотношение его со славяно-русским населением. Выше сделана попытка выделить и проследить последовательные культурно-хронологические пласты (со свойственными им археологическими культурами) на территории Карелии от мезолита до раннего средневековья. Но этническая принадлежность древнейшего населения остается еще неясной. Пока не удалось надежно увязать с какой-то этноязыковой общностью не только археологические культуры эпохи мезолита, но и неолита. Правда, попыток сделано немало. Восточные (монголоидные) расовые черты отмечались в мезолитическом Оленеостровском могильнике на Онежском озере. Высказывалось предположение, что культура сперрингс — уральского происхождения и принадлежит западной ветви древнейших финно-угров. Еще больше сторонников имела гипотеза финно-угорской принадлежности культур с ямочно-гребенчатой керамикой. На территории Карелии они весьма развиты и, казалось, действительно образуют основу последующего, в том числе и этнического развития. Но при более глубоком анализе выяснилось, что преемственная связь с последующим, явно финно-угорским (уральским), пластом древностей почти отсутствует. Эти культуры больше тяготеют к южной и западной части лесной зоны и лишены уральских признаков и черт. Более того, за ними следует пласт инородных в целом культур волосовского облика. Не убедительна и протосаамская идентификация населения с ямочно-гребенчатой керамикой.

Население следующего, энеолитического этапа в Карелии, использовавшее керамику с примесью асбеста и органики, видимо, тоже генетически не связано с волжско-приуральским. Скорее, оно распространялось с запада на восток и, судя по янтарным и сланцевым изделиям, испытало балтийское влияние.

В бронзовом веке в Карелии, как и во всей северо-западной части лесной полосы России, а также в восточной Прибалтике и восточной Фенноскандии, распространилась культура сетчатой керамики. Многие исследователи ее традиционно связывали с финно-угорским населением. Но, как выясняется, носителей и этой культуры вряд ли можно считать собственно уральскими финно-уграми — представителями уральских языков. Они — лишь один из компонентов в последующем формировании западных финно-угорских культур и этносов.

Особо значимым для древней Карелии явлением стало формирование с VIII в. до н. э. в лесной зоне европейской части России, к северу от Волги и в Приуралье ананьинской культурной общности. На основе смешения ананьинской культуры с культурой сетчатой керамики в середине — второй половине I тысячелетия до н. э. в Карелии и к западу от нее распространяются местные культуры железного века — позднекаргопольская, лууконсаари, прибеломорская и «арктическая». Они имеют смешанный, гибридный характер. М. Г. Косменко и рассматривает их как первичные, исходные финно-угорские древности в Карелии, в которых впервые так отчетливо и ярко выступает уральский компонент. Примерно в то же время в западной части ареала ананьинского пласта древностей формируется древнесаамский этнос, а на юго-западном пограничье — прибалтийские финны.

В первый и последний раз четко выраженный процесс распространения культуры с явно уральскими чертами протекал на территории Карелии в железном веке. Говорить о множественности волн финно-угорского населения на запад в доисторический период нет оснований. Проблема происхождения и исторической глубины различных элементов традиционной культуры, языка, расовых особенностей западных финно-угров, весьма подвижных и изменчивых, требует специального рассмотрения. Доказанным можно считать лишь участие субстратных этносов в их формировании.

Распространение языка уральского происхождения, объединяющего народы уральской языковой семьи, стало центральным событием в истории западных финно-угров. На вопрос, когда это произошло, сами лингвисты отвечают по-разному. Одни относят их появление в восточной Прибалтике к I тысячелетию до н. э.; другие — по меньшей мере ко II тысячелетию до н. э. и даже ко второй половине III тысячелетия до н. э., ссылаясь на балтийские заимствования и считая культуры с гребенчато-ямочной керамикой финно-угорскими. Но этот тезис остается недоказанным. Проникновение на запад финно-угорских языков, скорее всего, шло с востока однократно и связано с самой поздней культурой уральско-поволжского происхождения — ананьинской. А контакты их с балтами можно относить примерно к V в. до н. э., с германцами — к рубежу нашей эры.

В бассейне верхней Волги ананьинская культура соприкасалась с дьяковской, содержащей балтийские элементы, а в восточной и северной Фенноскандии испытала влияние северных германских культур. В целом финно-волжский этап развития языка и культуры ананьинского пласта был относительно коротким. Уже в первой половине I тысячелетия до н. э. первоначально единый финно-саамский массив распался на собственно саамов и прибалто-финнов. Таким образом получается, что финноугорский этнос сформировался в Карелии только в железном веке в процессе распространения гибридной культуры, содержащей элементы ананьинской культуры Прикамья и Среднего Поволжья.

Более конкретную этноязыковую принадлежность древних культур Карелии помогают установить данные «археологии языка» — топонимики. На территории Карелии выделяются три основных пласта субстратной дорусской топонимии: прибалтийско-финский, саамский и древний. Иногда этот последний пласт обозначают как «волжский» или «волгоокский». Он прослеживается на обширной территории в центре и на севере Русской равнины, а также на востоке Фенноскандии, включая Карелию. По-видимому, волжский пласт соотносится с древностями позднего бронзового века с сетчатой керамикой, которые вошли в состав более поздних культур железного века. «Волжскую» топонимию можно рассматривать как следы одного из главных этнических компонентов в сложении западных финно-угорских этносов — и волжско-финских, и прибалтийско-финско-саамских. На территории Карелии зафиксировано много «волжских», скорее всего еще дофинно-угорских топонимов. Они распространены в восточной части бассейна Онежского озера, севернее и западнее.