В резолюции съезда по докладу продкома отмечалось: «Разверстка как метод при проведении хлебной монополии и заготовки других продуктов питания и сырья в настоящих условиях является единственно правильной». Вместе с тем практика проведения разверсток — неразбериха в организации сборов со стороны Наркомпрода, жестокость методов проведения разверсток — подверглась жесткой критике. Делегат Тулмозерской волости Н. Власов упрекал продком в том, что при проведении разверстки «применялись сплошь и рядом энергичные меры взыскания, вплоть до арестов, драли, что называется, по три шкуры». И. В. Федосеев из Тивдийской волости подчеркивал, что при разверстках отбирают не излишки, а последнее под угрозой пулемета. Делегат из Олонца П. И. Кунжин в своем выступлении признал: «Разверстки тяжелым бременем легли на население и в значительной степени содействовали охлаждению его к Советской власти». Особую тревогу делегатов вызывало продовольственное положение КТК. На вопрос, какие продукты имеются на складах, докладчик от Карпродкома член Карревевкома В. Т. Гурьев отвечал: «Хлеба почти нет». Представители карельских волостей Кемского уезда обратились к съезду с просьбой особо обсудить меры срочной помощи этим волостям продовольствием из Финляндии.
Вскоре после завершения I Всекарельского съезда Советов П. Ф. Анохин, И. А. Данилов, Я. Ф. Игошкин, В. М. Куджиев отправились в Москву, где в условиях резкого обострения общеполитической обстановки в стране 8 марта 1921 г. начал работу X съезд РКП(б). События в Кронштадте, острая фракционная борьба, дискуссии по национальному вопросу поглотили внимание делегатов. Лишь на седьмой день работы на рассмотрение съезда был вынесен и без особых дискуссий решен вопрос об отмене разверстки и введении натурального налога. Все запасы продовольствия, сырья, фуража, оставшиеся у земледельцев после сдачи налога, признавались их собственностью и могли обмениваться на предметы фабрично-заводской и кустарной промышленности в пределах местного хозяйственного оборота. Термин торговля в резолюции съезда не использовался. Главной задачей признавалась организация простого продуктообмена между государственной промышленностью и крестьянским хозяйством. Предполагалось создать фонд промышленных товаров и распределять их в деревне через аппарат Наркомпрода и кооперацию. 21 марта 1921 г. был принят декрет ВЦИК и СНК «О замене продовольственной и сырьевой разверстки натуральным налогом».
24 марта 1921 г. в Петрозаводске впервые вышли газеты с материалами о нэпе под заголовком «Налог вместо разверстки». Многие коммунисты на местах признавались, что «нэп захватил как партийные, так и советские организации врасплох», тем не менее они взялись за пропаганду решений X съезда партии. Активизировались попытки наладить отношения с кооператорами. 17 апреля 1921 г. в Петрозаводске прошло собрание уполномоченных единого потребительского общества, на котором развернулась острая полемика между коммунистами и активом кооператива, бывшими членами эсеровской партии. А. П. Тихомиров, в прошлом левый эсер, в своей пылкой речи подчеркнул, что коммунисты вели ошибочную политику, чуть не приведшую страну к гибели. Кооператоры приветствовали разрешение свободного обмена и курс на возрождение кооперации. По мнению А. Тихомирова, именно сейчас коммунисты встали на верную дорогу. С оценкой происходящего не согласились местные лидеры РКП(б). Я. Игошкин убеждал своих оппонентов: «Разверстка была введена не по ошибке, а по необходимости. Шла война, нужно было кормить армию и пролетариат». В. Куджиев доказывал, что мечтания Тихомирова о свободе торговли ведут к возрождению капитализма, и, организуя товарообмен, большевики остаются противниками свободы торговли. Несмотря на разность взглядов практическое сотрудничество властей и кооперации налаживалось.
Для организации товарообмена Карпродком и Олонецкий губпродком передали областному союзу кооперативов КТК и Олонецкому губсоюзу имевшиеся в их распоряжении запасы товаров. Они оказались весьма скудными и состояли из предметов домашнего обихода и сельскохозяйственного инвентаря, изготовленного на Онежском и Куйтежском заводах: кос, серпов, сковородок и т. п. В качестве эквивалента обмена товаров использовался один фунт сливочного масла или один фунт ржи. Предположим, сдав 50 фунтов сливочного масла, крестьянин мог приобрести плуг. В ходе товарообмена летом — осенью 1921 г. союз кооперативов КТК собрал 3 тыс. пудов хлеба, Олонецкий губсоюз — более 700 пудов зерна и муки. Кроме того, удалось собрать некоторое количество мяса, рыбы, масла и других продуктов. В целом товарообмен, задуманный в условиях развала промышленности и осуществлявшийся громоздким бюрократическим аппаратом, закончился провалом. За эти месяцы продовольственное положение в Карелии резко ухудшилось. В условиях повсеместного голода антиправительственные выступления набирали силу, особенно на севере.
Выступая на VII Московской губернской партконференции 29 октября 1921 г. В. И. Ленин признал, что товарообмен в России сорвался, он вылился в куплю-продажу. Осенью 1921 г. большевики вынуждены были пойти на легализацию процветавшей подпольно торговли. Широкое использование рыночных отношений в переходный к социализму период, отказ от всеобщего огосударствления экономики при сохранении диктатуры пролетариата — эти идеи составили суть нэповской экономики. Нэп формировался как антикризисная политика и в этом отношении оказался чрезвычайно успешным: в обществе была снята резкая социальная напряженность, в течение нескольких лет удалось поднять из руин экономику и восстановить довоенный уровень производства.
Реформа экономики проходила в неимоверно трудных условиях. Военные действия в Карелии осенью 1921 — зимой 1922 г. вызвали новую волну разрухи и запустения. В пострадавших волостях около 9 тыс. человек нуждались в срочной помощи. Многие крестьянские хозяйства остались без лошадей. Из имевшихся в 1921 г. в Карелии 11 тыс. лошадей более 2 тыс. было угнано в Финляндию, около 1 тыс. погибло при перевозке грузов для Красной армии. Правительство закупило 500 лошадей в Финляндии. Крестьянам лошади передавались за плату или их стоимость требовалось отработать. Функционировала межведомственная комиссия, которая оплачивала крестьянам стоимость лошадей, павших при перевозке грузов для Красной армии, реквизированных продуктов и фуража. Комиссия выплатила гражданам около 500 млрд руб. Впрочем, деньги в то время мало чего стоили, да и получили их далеко не все пострадавшие. Осенью 1923 г. разразился кризис сбыта. Хозяйственные трудности в крае усугубил голод 1923/24 г.
Справиться с тяжелым положением в экономике помогло правительство РСФСР, предоставив Карелии продовольственные и денежные ссуды, выделив дотации для поддержки промышленности. В 1921 г. Карелия получила ссуду в 0,5 млн золотых рублей, на которые за границей было закуплено продовольствие. В 1922/23 г. для закупки продовольствия за границей и развития промышленности правительство РСФСР выдало новую денежную ссуду в 1 млн золотых рублей, а позднее — продовольственную ссуду в 300 тыс. пудов зерна. Специальная ссуда предоставлялась для покупки лошадей и крупного рогатого скота. Осенью 1923 г. в Карелию направляется 500 тыс. пудов хлеба, а для поддержки промышленности предоставляется крупная денежная дотация».
Сложнейшие социально-экономические проблемы жизни края энергично решало правительство Карелии, которое с 1923 по 1935 г. бессменно возглавлял Э. А. Гюллинг. Среди партийной элиты того времени этот человек выделялся высоким уровнем профессиональной подготовки в области экономики. По окончании университета он работал статистиком в Гельсингфорсе, затем получил степень магистра и должность приват-доцента в Гельсингфорсском университете. Как член социал-демократической партии был избран в сейм, где работал в бюджетной комиссии и даже был ее председателем. Гюллинг сыграл важную роль в формировании нэповской модели экономики Карелии в 1920-е гг.
Экономическую работу в начале нэпа направляло так называемое Карельское экономическое совещание, которое возглавлял А. В. Шотман. С октября 1923 г. начал работу Совнархоз КАССР, возглавлявший промышленность республики. Первым председателем СНХ КАССР стал Г. А. Саксман, затем его сменили И. А. Данилов, И. А. Никитин. В 1925 г. СНХ был преобразован в Центральный совет народного хозяйства, во главе которого стал А. Н. Лесков, карел по национальности. Сын известного общественного деятеля, А. Н. Лесков закончил в 1917 г. Олонецкую гимназию, несколько месяцев работал в Олонецком губстатбюро и позднее в анкетах на вопрос об основной специальности отвечал: «статистика». В годы революции Лесков активно включился в политику, был продовольственным комиссаром Олонгубисполкома, затем членом Карисполкома, в 1921 г. участвовал в борьбе с бандитизмом. После Гражданской войны А. Лесков играл одну из ключевых ролей в правительстве Карелии, являясь комиссаром финансов, председателем плановой комиссии, заместителем председателя СНК. В разных сферах экономики республики в 1920-е гг. успешно трудились представители дореволюционной интеллигенции Олонецкого края, бывшие земские деятели. Среди них С. В. Григорьев, С. М. Эрихман, Б. А. Потапов, И. А. Кищенко, А. А. Бернацкий, В. Ф. Волейко и др. Многие из них не разделяли марксистского мировоззрения, но интеллигенции импонировали энергичные усилия властей, самоотверженность рабочих и крестьян в деле хозяйственного восстановления Карелии.
