— Когда богиня оставила мир, люди озлобились, — тихо сказал Кердиас, заходя на кухню. Покосился на дриаду. — Давай в зал выйдем, там расскажу.

Я кивнула, быстро сложив бумаги в аккуратную стопку. Взяла свечу, на цыпочках выходя из кухни. Мы сели в кресла, стоящие у окна-витрины, до сих пор не помытого. Кердиас откинулся на спинку, скрестив руки на груди.

— Ты же уже знаешь про богиню? — он дождался моего кивка, затем продолжил. — После её ухода в мире начались засухи, затопления, землетрясения. Пока не пришли наши боги, — тут Кердиас очертил двумя пальцами круг у сердца. — Погода наладилась, однако несколько лет пустой земли не прошли даром. Возникли проблемы с плодородностью, с семенами и рассадой. Войны и делёжка территорий не добавляли жизни земле, однако маги земли вместе с дриадами пытались как-то восстанавливать. Но потом в результате одной из войн материк раскололся, ты же про это уже знаешь?

Я снова молча кивнула. Кердиас продолжил:

— Началось меняться отношение к женщинам, и дриад начали выгонять. Они забрали себе один из материков, где было больше всего неповреждённых лесов, выставили там защиту и под куполом были больше сотни лет. Но магов земли на оставшееся не хватало, настал сильный голод. Нашему материку не повезло сильнее: это была центральная часть большого, поэтому земля здесь была выжжена сильнее всего. И до сих пор не восстановилась полностью, хоть и прошло много лет.

Муж замолчал. Я задумалась. Истоки теперь понятны: из-за сильного дефицита продукты подорожали, и позволить себе их могли не все. Поэтому привыкли обходиться тем, что есть, и не привередничать. С этой стороны я даже не думала. А зря. Знала ведь истории военные и послевоенные, читала и слышала про голод, как выкручивались люди. И почему у меня не возникло мысли это связать с тем, что творится здесь?

— Но сейчас же дриады открыли свой материк?

— Да, но только для торговли. Пускают чужаков лишь на пирс, там же происходят торги. Изредка люди пытаются взять кого-то из них в рабство, но у них сильная природная магия. Да и люди боятся брать в рабство магов, не каждый рискнёт. Они ведь могут не только набрать силу и разрушить рабский ошейник, но и отомстить.

Получается, с Лелабеей мне очень повезло. Как бы эгоистично это ни звучало.

— А есть какие-то предположения, когда земля полностью восстановится?

— Маги земли дают не меньше ещё сотни лет, — пожал плечами Кердиас, а я содрогнулась.

— А нельзя договориться с дриадами о сотрудничестве?

— Сейчас король пытается это сделать, но на контакт они идут неохотно. А нашему королевству особо нечего им предложить.

— Жа-а-аль, — протянула я, невидящим взглядом скользя по грязным стёклам витрин. На улице небо окрашивалось в розовое золото первыми лучами восходящего солнца, изредка начинали хлопать двери, город просыпался. Я же крепко задумалась. То, что я в своём мире принимала за данность, здесь оказалось совсем другим. И я уже была готова не с такой брезгливостью относиться к несвежим овощам и червивой муке. А вот к протухшему мясо и плесневелому хлебу пока не готова. Но и хотелось как-то помочь… А как? Если только поговорить с малышкой. Вдруг она подскажет что-то, что поможет местной власти заключить договор? Всё же вернуть в мир качественную еду мне очень хотелось. И не только ради себя. А просто вспоминались слёзы ветеранов войны, когда они с благоговением вспоминали каждую крошку, которая помогала им выжить. Да и сама прекрасно помню, как могла не есть несколько дней лишь из-за отсутствия денег после выпуска из детдома. Голод — это действительно страшно.

— А на других материках как?

— Лучше, чем у нас, — усмехнулся Кердиас. — По крайней мере, последние лет сорок. На курортный материк власть переманила многих магов земли, гномы сами приноровились выращивать в горах всё необходимое, на северном материке много дичи. Королевство Имеритин тоже страдает, но там остались хорошие богатые леса.

Я понимающе кивнула.

— А что здесь с рыбой и лесом?

— На отлов рыбы, как и на отлов дичи в лесах, нужно получать разрешение. И только небольшое количество можно получить, и то не всем.

Я хмыкнула. Даже не сомневалась в ответе. Пока восстановится популяция, тоже немало времени пройдёт.

— Мне пора на работу, — кинул муж взгляд на небо, поднимаясь.

— Спасибо, что рассказал, — благодарно кивнула я. Действительно благодарно: мы только учились поддерживать взаимовежливый диалог, и я радовалась, что он идёт на встречу. По крайней мере, я перестала чувствовать себя некомфортно в доме, пока в нём находится и он.

Тихий стук в дверь раздался неожиданно. Я напряглась. Вроде ведь уже перестали по ночам приходить? Начала было вставать, но была остановлена приказом: «Сядь!».

Я молча послушалась. Я же не дура спорить, когда в мой дом среди ночи кто-то непонятный стучит! Пусть сам разбирается, должны же быть у меня какие-то плюсы от присутствия в доме постороннего мужика? Ну ладно, не совсем постороннего, всё-таки он мой муж. Но всё равно.

Кердиас открыл дверь, раздался тихий шёпот. Я прислушалась, но ничего не разобрала.

— Диямира, нам надо поговорить, выйди, — холодно велел Кердиас. Я от возмущения поперхнулась, повернулась к двери, сдвинула брови. На пороге заметила невысокую фигуру, укутанную в плотный плащ. Муж указал глазами в сторону кухню. Повоевав с гордостью, я всё же ушла с торгового зала. Пусть общаются, не буду его позорить перед посторонними. Потом узнаю всё, что мне нужно. Тем более всё равно уже очень хотелось спать.

Вот только проснувшись после обеда, я поняла, что зря так легко доверилась мужу. Подтянув одеяло к груди, я смотрела на мужика, который сидел за столом и потягивал чай. На бороде остались крошки, стол был завален грязной посудой, по его рубашке стекали пролитые капли чая. Пребывая в нецензурном состоянии души, я потрясённо разглядывала устроенный им бардак и закипала. Мужик же, сыто икнув, поднялся, стряхнул крошки с одежды на пол и вышел из кухни, даже не взглянув на меня.

— Стоять!

Сбоку что-то грохнуло. Я обернулась. Посмотрела на Лелабею, которая испуганно жалась к стене, на валяющуюся у её ног глиняную разбившуюся чашку.

— Милая, это не тебе, — ласково проговорила и обернулась к мужчине. Тот непонимающе на меня смотрел. Я даже прочитала по его лицу, как он судорожно пытается понять, каким образом женщина умеет разговаривать!

— Вернись. И убери за собой срач! — ткнула я пальцем в сторону стола, подтягивая одеяло повыше.

Он фыркнул.

— Ну ты же баба, — объявил он и вышел, пока я пыхтела от злости.

От этой же злости я пыталась одеться пять минут, постоянно промахиваясь мимо рукавом и путаясь в юбке. Ну я Кердиасу ещё это припомню!

Поднявшись на второй этаж, я рывком распахнула дверь комнаты, не занятой мужем.

— Или ты идёшь и убираешь за собой срач, или проваливаешь из моего дома!

— Ты рехнулась, баба? Ты на кого голос повышаешь⁈ — мужик даже поднялся с кровати, начиная наступать на меня. Я вскинула голову, сжала кулаки. Вот уж не дождётся, не отступлю!

— Я хозяйка этого дома и или ты делаешь, как я сказала, или проваливаешь из моего дома!

— Слышь, да какая ты хозяйка? Всё твоё имущество принадлежит твоему мужу, а он разрешил мне остаться. Ты что о себе вообще возомнила⁈

Я быстро пригнулась, уловив краем взгляда замах. Его кулак с силой вписался в стену, оставив вмятину. Меня затрясло от злости, в глазах помутнело.

— Лелабея, принеси разрешение от мужа, согласно которому я могу полностью сама решать все вопросы по дому, включая гостей, — громко крикнула, зная, что дриада услышит. И правда, внизу раздался лёгкий топот. Я ехидно улыбнулась, наблюдая, как резко спал с лица мужик. Он отступил на два шага, недоверчиво меня разглядывая.

Ждали мы в полной тишине. Малышка быстро принесла нужную бумажку, и я с той же ехидной улыбочкой протянула разрешение. Мужчина взял, прочитал. Смял от злости бумагу, но я не переживала — знала уже, что заверенные магической печатью документы не испортить. В этом плане мне очень повезло, что муж оказался магом.