— Мы не собираемся на ваш род до старости горбатиться! — возмущался Санни.

Айрик искренне недоумевал, делопроизводитель удивлённо приподнимал брови. По его мнению, мы настолько незначительны в иерархии рода Лирван, что удерживать нас и принуждать к долгосрочному сотрудничеству никто и не подумает. Зато глава рода может вскоре пожелать выгнать нас за ворота. Мужчине хотелось оставить за главой это право.

В результате сошлись на том, что мы пробудем год на службе лично у Айрика, но на всякий случай оговаривалось право главы приостановить действие контракта раньше. Лишь после того как доверенное лицо главы рода получило оттиски наших перстней на целой стопке документов, мы стали считаться временно принятыми в семью.

Тут же появился слуга для сопровождения в личные покои, выделенные нам на время пребывания в особняке. Честно говоря, я опасался, что нас поселят где-то рядом со слугами. Но нет, отвели на этаж, где проживали родители и братья Айрика. Там хватало гостевых комнат, парочку из которых нам и выделили.

— Хороший раньше был вид из окна, — оценил Санни новое место жительства.

Он подразумевал парк, располагающийся рядом со зданием. Там ещё был фонтан, дорожки, присыпанные цветным гравием, и клумбы. Всё это серьёзно пострадало от нашествия тварей: фонтан выворочен, клумбы засыпаны каменной крошкой, часть деревьев стояла со сломанными верхушками.

— Завтра посмотрим, что там из растений осталось, — предложил я. — А сейчас пойдем к ужину переодеваться.

Айрик заранее предупредил нас насчёт одежды. Навряд ли будут присутствовать все члены семьи, но нас обязательно представят, и выглядеть нужно достойно. Причём костюмы для обеда «в кругу семьи» и для ужина должны отличаться. Для меня это не было новостью: в школе на «Плато Мечты» этикет преподавали именно для таких парней, как мы с Санни, кто не имел титула.

— У меня одежды на пару посещений главы рода, — проворчал я, выслушав указания.

— Нас наняли в отряд обороны поместья, — напомнил Санни.

Собственно, я тоже надеялся, что первым знакомством и ограничимся. Дальше будем общаться с Айриком и с теми, кто рангом пониже.

Первая же встреча с главой дома Лирван это подтвердила. Напыщенный и разнаряженный во что-то шелковое и воздушное, лорд глянул на нас как на козявок, разлепил рот и что-то произнёс своему помощнику. Я так и не расслышал распоряжений лорда. Не удивлюсь, если он велел делать так, чтобы мы как можно реже попадались ему на глаза. Этот ужин не в счет. На нем нас вроде как всем показали. Не менее полусотни глаз уставились в нашу сторону, вызвав у меня смущение и оторопь.

Айрик уверял, что сейчас и трети семьи не присутствует. И между прочим, стол здесь был размером поболее, чем в школьной столовой травников. Все такие чопорные, высокомерные, не дай боги обидеть! На прислугу господа даже не оборачивались, лишь жестом показывали, какое блюдо им надобно.

Слуг, обслуживающих семейный ужин, было почти в два раза больше, чем самих вкушающих. Вокруг главы рода суетилось человек десять. Аж троих привлекли на разлив вина! Что-то о таком нам на уроках по этикету рассказывали. Кажется, сорта вин к каждому блюду подбираются отдельно. И для каждого вина полагался отдельный прислужник, наливающий подходящий к еде напиток.

Нашему краю стола вина не подавали. Его не наливали дамам и молодёжи, которых рядом с лордом не сажали. Парней я углядел всего двух, и не менее десятка девиц. По словам Айрика, родня, но ему не самая близкая. Все такие господа, что просто «ой»: спины ровные, лица надменные, ни с кем не разговаривают и не шумят.

От этих всех «этикетов» у меня пропал аппетит. Я кивнул на первое, что слуга предложил, толком не поняв что это. Паштет, скорее всего. Санни толкнул меня локтем, когда я хотел ложкой зачерпнуть, и, скосив глаза на приборы, намекнул на использование специального ножа. Тут я вспомнил, что перед основным блюдом подают нечто разминочное. У нас дома батюшка вкушает сначала наваристый суп из петуха или рыбы, а после мясо с соленьями и прочие «баловства», как он называет новомодные десерты из столичных журналов.

У лордов перед основной едой всякую ерунду типа паштетов подают. Я удачно подсмотрел: дама, сидящая почти напротив, отламывала по кусочку от булки и намазывала на него паштет. Правда, я не сообразил, что хлеб она брала размером на один укус. Я же размазал паштет по четвертинке булки, затолкал всё в рот и понял, что не могу прожевать.

Выплюнуть обратно не вариант, неприлично. На меня уже и так начали косо поглядывать, причем не только господа, но и слуги. С трудом прожевал то, что оказалось во рту, чуть не подавился, но справился. Как раз к тому времени, когда случилась перемена блюд, слуга забрал тарелку с паштетом, а я всё ещё жевал булку и не успел возразить.

— Вам «Пронзённую» рыбу с островов или фаршированные яйца кабю с опилками лесного вара? — важно спросил прислужник. Я невнятно угукнул, понадеявшись, что он сам подберёт. Так и не понял, на что согласился.

Хорошо, что нам вина не наливали. Мне и на трезвую голову было не понять, что за неаппетитное по цвету чудо передо мной лежит и как это есть. Глянул на тарелку Санни в надежде, что он подскажет, каким прибором воспользоваться. Но друг выбрал блюдо, отличное от моего, и тоже пребывал в ступоре, разглядывая ярко-зелёную кучку по центру тарелки.

Поглядев на соседей напротив, понял, что и они мне не помощники. Те попросили у слуг пюреобразный суп и поглощали его ложками.

Я ковырнул своё блюдо сбоку вилкой, и оно зашевелилось. Решил отрезать кусок, блюдо повторно колыхнулось и сдвинулось к краю тарелки. «Догнал» вилкой, вся масса переместилась по кругу, оставляя за собой светло-коричневый след. Дама напротив осуждающе взглянула.

И что? Я не знаю, как это есть и каким прибором. Она может хоть глаза об меня сломать, но жрать эту дрянь я передумал. Санни успешно поедал нечто зеленое средней ложкой, а я больше не рисковал.

Слуга с презрением во взгляде забрал тарелку при очередной смене блюд. На этот раз повезло, подали стейк с овощами. По вкусу стейка я сразу понял, что это мясо восьминога. Гарнир был странный: овощи, завернутые в белую водоросль. Мы с Санни пожали плечами и отодвинули их в сторону.

Запорами ни я, ни друг не страдали. И для чего применяется эта водоросль, после практики на Южном берегу знали очень хорошо. Были у нас в группе шутники. Я им потом своего более действенного средства подсыпал. Кто, интересно, у лордов так развлекается? Как вариант, эта водоросль в сочетании с определенными овощами теряет свои изначальные свойства. В любом случае я, кроме стейка, ничего есть не стал.

Пережив ещё три смены блюд — сначала нам не понравились грибы, потом клецки со светящимися искрами (я Санни на ногу наступил, показывая, что магия есть, но не ясна), добрались до десерта. На первый взгляд сладости выглядели безобидно. Слуги выставили сооружения из нескольких уровней тарелок с пирожными и предложили щипцами самим выбирать сладости.

Жаль, что я ничего так и не попробовал. Только взял кремовую корзиночку, как раздался пронзительный звук, и тут же громогласный голос оповестил:

— Маги рода, на выход! Нападение тварей!

Мы с Санни моментально подхватились и, не теряя из виду спину Айрика, побежали отрабатывать свою зарплату и кормежку в доме рода Лирван.

Нападение тварей, как всегда, случилось неожиданно. Но что хуже всего — у нас с Санни ничего из зелий не осталось. Все секретные запасы из магического мешка я потратил на тварь, напавшую на нашу улицу. Соглашаясь на предложение Айрика, мы предполагали, что у нас будет время для подготовки.

— Льдом буду кидаться, а ты воздушной магией добавишь, — распланировал Санни на бегу.

Он старался бежать за Айриком и не отставать, надеясь, что приятель в курсе, как у них организована оборона. Только вскоре выяснилось, что не то что Айрик, но и их горластый «командир» не знал, куда лучше направить магов. Все как-то суетливо заметались на выходе из особняка.