— Она всё равно моя сестра, Ари. Пусть по матери, пусть в ней нет истинной королевской крови, но я вырос с ней. Я не могу просто выбросить её на улицу. Она взбалмошна, порой жестока, но она часть моей жизни.

Он повернулся ко мне, и в его глазах я увидела немую мольбу, от которой сжалось сердце.

— Прошу тебя, пусть секрет матери умрет вместе с той ночью. Скандал такой силы уничтожит остатки достоинства нашей семьи. Я не хочу порочить имя матери, какой бы она ни была при жизни. Пусть Лавена верит, что она принцесса по крови. Так будет лучше для всех.

Эргон, стоявший рядом со скрещенными на груди руками, кивнул.

— Мы будем молчать, — подтвердил он. — Риольду сейчас нужен мир и стабильность, а не грязное белье покойной королевы. Твоя тайна под надежной защитой, Валин.

— Благодарю, — Валин выдохнул, и его плечи, наконец, расслабились. — Теперь мне предстоят бесконечные переговоры с нагами. Их император всё еще ждет ответа по поводу брака с Лавеной. Теперь, когда я стану королем, всё будет сложнее… и в то же время проще. Нам нужно понять, стоит ли этот союз мира на южных границах.

— Ты со всем справишься, — я искренне улыбнулась и посмотрела на узор своего браслета. Черный полумесяц, символ проклятия королевского дома, исчез бесследно. Теперь там была лишь чистая золотая вязь, мягко мерцающая в лучах заката.

— И тебе больше не нужно бояться. Проклятие спало. Больше ни одна девочка в нашем роду не станет жертвой древней магии.

Валин улыбнулся и крепко обнял меня.

— Будь счастлива, сестренка, — прошептал он мне на ухо.

— Буду, — ответила я, чувствуя, как внутри расцветает спокойствие.

Он отстранился, повернулся к Эргону и протянул ему руку. Это был жест равного равному, признание силы и чести.

— Береги её, дракон. Она — самое ценное, что осталось у этого королевства. И у меня.

— Как свою жизнь, — ответил Эргон. В его голосе не было ни тени привычного сарказма или наглости. Только непоколебимая решимость.

Валин кивнул нам на прощание и направился к выходу с балкона. Завтра его коронация. На него ляжет тяжелый венец, полный ответственности и забот, но я знала — он не сломается. Драконы останутся на церемонии, чтобы скрепить наш союз древними клятвами, став помощниками для молодого короля.

— Ну, раз всё закончилось так приторно-сладко, — Кайден с наслаждением потянулся, так что косточки громко хрустнули, — полечу-ка я на границу. К валькириям или к викингам, без разницы. Там в последнее время неспокойно, а хорошему воину всегда найдется работа.

Тиана даже не повернула головы. Она смотрела куда-то вдаль, и в её осанке было столько достоинства, смешанного со скрытой болью, что у меня невольно защемило сердце. Лира и Фир переглянулись; моя лисичка хитро прищурилась и выразительно вильнула хвостом.

— Мы скоро вернемся! — пискнула она и, не дожидаясь ответа, вместе с Фиром юркнула в густые тени коридора.

Тиана медленно, словно преодолевая невидимое сопротивление, подошла к Кайдену.

— Удачи тебе, — коротко бросила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Кайден улыбнулся своей самой обворожительной, обезоруживающей улыбкой. Он взял её тонкую руку и запечатлел на ней легкий, почти невесомый поцелуй.

— И тебе удачи, принцесса. Береги себя и будь умницей.

Он озорно подмигнул нам с Эргоном и скрылся в дверях, насвистывая какой-то бодрый мотив. Но я успела заметить, как на мгновение его взгляд задержался на Тиане — в нем сверкнуло нечто такое, что явно не вписывалось в простое дружеское прощание.

Эргон, заметив, как побледнела его сестра, мягко коснулся моего плеча.

— Провожу его. Кажется, вам, девочкам, нужно поговорить, — проговорил он своим низким, бархатным голосом. Он нежно поцеловал меня в висок, обдав жаром своего дыхания, и ушел, оставив нас наедине с тишиной королевского сада.

Я подошла к Тиане и осторожно положила руку ей на плечо. Она долго молчала, сжимая перила так сильно, что её костяшки побелели. — Отец сказал, что мне пора в Академию, — наконец заговорила она, не глядя на меня. Голос её звучал глухо. — И что он уже подыскивает мне «достойную партию». Торгварду нужны крепкие союзы сейчас, когда мир так хрупок.

— Это не самое худшее, Тиана, — мягко возразила я, пытаясь её приободрить. — Твой отец любит тебя. Он бывает вспыльчив, но он не станет желать тебе несчастья.

— Да, — она горько усмехнулась, — но это будет очередной «брак по расчету». Ради выгоды и великой политики. Я буду просто красивой пешкой на доске драконьих кланов, и моё мнение никого не заинтересует.

— Знаешь, — я тихо рассмеялась, вспоминая, как сама в ледяной воде пыталась отбиться от одного «звездного нахала», — наш брак с Эргоном тоже был случайным. Я была готова требовать развода в ту же секунду! Думала, что это моё личное проклятие, подарок Богини с подвохом. Но посмотри, во что это вылилось. Иногда боги лучше нас знают, какая судьба нам предначертана.

— Вам повезло, Ари. Вы — Истинные, — Тиана, наконец, повернулась, и в её глазах, так похожих на глаза брата, я увидела слезы. — А мне — нет. Я не смогу полюбить мужа, как бы ни старалась. Моё сердце уже занято. Давно, безнадежно и… неправильно.

— Ты про Кайдена? — спросила я прямо. Сейчас было не до дворцовых приличий.

Тиана вздрогнула, будто я её ударила.

— Я влюбилась в него еще совсем девчонкой. Он всегда был моим личным героем — красивым, сильным, недосягаемым. Но он никогда не смотрел на меня как на женщину. Для него я всего лишь «мелкая взбалмошная принцесса», сестра его лучшего друга.

Она судорожно вздохнула, вытирая щеку.

— Однажды на балу я заставила его танцевать со мной. Буквально прижала к стенке. А потом попросила отойти на балкон и… там поцеловала. Сама. А он просто отстранился. Сказал, что польщен, но не может ответить взаимностью. Это было так унизительно. Хотелось провалиться сквозь землю.

— Тиана, между вами искры летят такие, что весь Предел можно поджечь, — я сжала её холодные пальцы. — Поверь, это видно всем, кроме вас двоих. Его что-то останавливает, но это точно не отсутствие чувств.

— Его останавливает его клятва, — она горько усмехнулась. — Кайден — старший сын другой правящей династии. Он рассорился с отцом, отказался от трона и навсегда ушел из семьи. Поклялся, что никогда больше не свяжет себя ни с одной королевской семьей. А я… я принцесса. Его «нет» — это не неприязнь ко мне, это его верность самому себе. И это, похоже, окончательно.

Тиана снова замолчала, и в её взгляде появилась глубокая, отчаянная тень, от которой мне стало не по себе. Я видела, что её мучает не только уход Кайдена.

— Я должна еще кое-что сказать, — её голос надломился. — Пока вы приводили Риольд в порядок, отец отправил меня к Источнику. Он использовал родовой артефакт, чтобы я первой коснулась возрожденной магии. И Аквилон был прав — Источник полон. Он поет, он сияет так ярко, что больно смотреть. Видимо, той вспышки твоей «звездной» магии хватило, чтобы пробить затор Тьмы.

— Так это же хорошо, разве нет?

Но Тиана не разделяла всеобщей радости. Она всхлипнула, и по её щеке скатилась одинокая слеза.

— Я вошла в воду, звала её, я открыла своё сознание так широко, как только могла. Чувствовала, как магия бурлит вокруг, пропитывает воздух. Но моя драконица… не смогла возродиться. Я не смогла обернуться. Снова. Я стояла там, в самом сердце нашей силы, и чувствовала себя абсолютно никчемной. Неполноценной.

— Тиана, не говори так, — я крепко обняла её за плечи, стараясь передать хоть немного уверенности. — Твоё тело и душа перенесли такой стресс, который не снился ни одному магу. Дракон — это часть тебя, и ей просто нужно время, чтобы найти дорогу обратно.

Она судорожно вздохнула, и по её щеке вновь скатилась слеза.

— Принцесса без крыльев… Кому я такая нужна?

— Дай себе время, — я обняла её за плечи. — Впереди пять лет в Академии. Это огромный срок. Возможно, там ты сможешь до нее достучаться. Главное — не отчаиваться. Ведь ты сама достойна того, чтобы написать свою судьбу…