— Ты думаешь, что меня заманили туда… люди?

Эргон не ответил, но его взгляд был красноречивее любых слов.

— Арианна, помнишь, мы рассказывали тебе легенду о первых правителях? — обратился ко мне Торгвард. Я кивнула. Забыть ее теперь не получится, особенно учитывая, что меня считают прямым потомком одного из них. — Так вот, есть еще одна легенда. О том, что Валкарис был столь же алчен, сколь и могущественен. Он хотел власти не только над всем миром, но и над самим временем. Чтобы обмануть смерть, он обратился к запретному знанию — к Теневой магии. Он впустил в себя тьму Морхейма, превратив свою душу в бездонный колодец. Его невозможно было убить мечом или магией, он сам поглощал все, что было направлено на него. Его сыновья пытались образумить отца, но в итоге сами чуть не погибли. Эта битва продолжалась не одно десятилетие, но в итоге все пять братьев объединились и смогли заточить его в глубочайшем разломе Изнанки. С тех пор считалось, что его запечатали там навечно.

— Но получается, он нашел лазейку, — проговорила я, похолодев и оценивая масштаб той катастрофы, в которую мы попали.

— Он не просто нашел её, — Эргон подошел ко мне и сел на край стола, нависая сверху. — Он связал свою тюрьму с миром живых через кровь одного из потомков своих сыновей. Того, кто не знал всей легенды и повелся на обещания самой Тьмы. Арианна, я чувствовал ту же самую гниль в подвалах дворца в Риольде. Та же пустота, тот же запах склепа, тот же холод. Валкарис пустил корни в твоем доме.

Я ахнула, прикрыв рот ладонью. Перед глазами встали лица моих братьев и герцогини Марлен.

— Богиня всевеликая… мои братья! Они же остались там, во дворце, в самом центре этой тьмы! Если этот древний дракон в подвале, он же погубит их! Эргон, мне нужно вернуться. Прямо сейчас! Я должна предупредить их!

Я попыталась вскочить, но рука Эргона опустилась на мое плечо, мягко, но властно удерживая в кресле.

— Успокойся, принцесса, — спокойно проговорил Торгвард. — Твой порыв благороден, но бесполезен. Если ты сейчас явишься туда, ты лишь отдашь ему оставшуюся магию на блюдечке.

На это заявления покачала головой.

— Но мои родные…

— Мы пойдем туда вместе. С несколькими отрядами стражи, чтобы сразу опечатать вход.

— Дядя никогда не потерпит вторжения на свою территорию ваших войск. Он воспримет это как объявление войны.

— Твой дядя может возмущаться сколько угодно, — Эргон сузил глаза, и в них блеснуло опасное золото. — Но существует древнее соглашение, заключенное между нашими государствами еще на заре времен. В случае угрозы жизни носителю Истинной магии — то есть тебе, Арианна — драконы имеют законное право на прямое вмешательство в дела Риольда. И никакие границы нас не остановят.

— Но мне же сейчас ничего не грозит! — воскликнула я, отчаянно ища аргументы. — И я даже не в Риольде, я здесь, с вами, в Пределе.

— Ты ошибаешься, — жестко перебил Торгвард. — Именно из Риольда был открыт коридор, через который в наш мир начала просачиваться Тьма. Именно благодаря этому лазу твоя магия была заблокирована. Более того, на балу в честь вашего праздника «Ледяной Ночи» была открыта Глубинная Изнанка, через которую на тебя и напал наемник. Сделать это могли только внутри дворца или с их прямого согласия. Риольд перестал быть для тебя безопасным домом в тот миг, когда твой дядя впустил туда Тьму.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— К тому же мой сын говорил, что оставил во дворце стражу, — между тем продолжил Торгвард. — Значит, мы не вторгаемся на вашу территорию, а прилетаем к своим.

При упоминании стражи Эргон нахмурился.

— Они не давали вестей уже довольно давно, — проговорил он задумчиво. — Это странно. Либо связь блокирует Тьма, либо… — он не закончил фразу, но потом обернулся на меня. — Может, там всё тихо и им просто не о чем докладывать, но моё чутье говорит об обратном.

— Мы уже отправили вестник кронпринцу, — спокойно добавил Торгвард, возвращаясь к плану. — Официально — мы приглашаем твою семью на торжества в честь нашего союза. Неофициально — в письме зашифрован приказ немедленно переехать в летнюю резиденцию, подальше от основного дворца. Там подвалы не имеют связи с древними катакомбами, я уже проверил. Это даст нам время.

Я немного расслабилась, но тревога продолжала грызть изнутри.

— Но почему он выбрал Риольд? И как он вообще просочился в наш мир?

— Через коридор, — вдруг проговорил Кайден. — Через физический лаз между королевствами, проходящий через Морхейм. И чтобы его открыть, нужен был ключ. Кто-то из твоих родственников, Арианна, открыл эту дверь давным-давно. Возможно, твой дядя или кто-то до него.

Я покачала головой, не желая верить в такое предательство.

— Дядя… он труслив, это правда. Но пойти на такое? Ради чего?

— Ради того, что обещает Тьма, — ответил король. — Власть, победа над старением, право повелевать самой сутью жизни. Валкарис мог изменять судьбы, исполнять практически любые желания, но плата за это — жизнь. И, похоже, твой род расплачивался жизнями своих дочерей сотни лет.

Я покачала головой, не желая признавать очевидное. И то, что родной, близкий мне человек мог сознательно пойти на… такое.

— Тогда, возможно, одна из женщин, которая носила на себе проклятие твоего рода, — пожал плечами мужчина. — Открыла дверь, а взамен избавилась от венца безбрачия, например. Были в вашем роду такие, м?

Я на миг задумалась, вспоминая все самые необычные истории, связанные с семьёй и предками. Может, что-то такое и было, но я не помнила.

— А теперь Валкарис пробудился окончательно и хочет всё и сразу, — подытожил Эргон, встал и посмотрел на отца. — Мы знаем, где находится второй конец этого коридора. Здесь, в Пределе. Кайден прав — все нити ведут в Цитадель.

Королева Элиана побледнела, её голос впервые дрогнул:

— В Цитадели? Но это же наше сердце! Наша святыня! Это невозможно…

— Вполне возможно, мама, — Эргон криво усмехнулся. — Самое безопасное место — то, где тебя никто не ищет. Варрик и его архивариусы годами кормили нас сказками, пока под их ногами разрасталась тьма. Но у меня есть план. Нам нужно понять, где именно открывается вход, и запечатать его раз и навсегда. Мы пойдем в Цитадель завтра. И в этот раз мы не будем спрашивать разрешения у мастеров. Мы выжжем эту заразу из нашего мира.

— Нет! — я вскочила, и на этот раз Эргон меня не удержал. — Соваться в Цитадель сейчас — это безумие! Если Варрик и остальные связаны с этой тьмой, они вас сразу раскусят. Вас просто уничтожат на пороге!

— Арианна права, — неожиданно поддержал меня король, нахмурившись. — Идти в Цитадель в открытую бессмысленно. Мы не знаем масштабов предательства.

Королева согласно кивнула:

— Мы ставим под удар не только себя, но и всё королевство. Если Совет почувствует угрозу, они могут активировать проход раньше времени, и тогда запечатать его будет намного сложнее. Тьма просочится в город, а этого нельзя допустить.

Меня осенила мысль, от которой сердце забилось чаще.

— Нам нужно вернуться в Риольд, — сказала я, глядя на Эргона. — Если коридор связывает два дворца, то можно зайти через другую дверь. В Риольде об этой тьме ничего не знают, а если и знают, то только во дворце. Дядя труслив и расчетлив, он не станет слишком рисковать. Мы сможем открыть проход оттуда, втайне от Совета и Варрика. Это безопаснее.

Эргон медленно покачал головой.

— Это слишком долго, Арианна. Пока мы будем добираться до Риольда, в Цитадели уже узнают, что Тьма проснулась. Они связаны с ней, а значит, Морхейм или Валкарис уже доложил своим прихвостням, что произошло. Твой поход на Изнанку не прошел незамеченным. Каждая минута промедления дает им шанс подготовиться.

— Но это же самоубийство! — мой голос сорвался на шепот, я сделала шаг. — Эргон, я не хочу тебя потерять. Если это ловушка…

Эргон замер, глядя на мои пальцы на своем рукаве, а затем мягко, почти незаметно улыбнулся — так, как улыбался только мне.