Тяжёлая тишина давит на плечи. Смотрю на маму. Перевожу уверенный взгляд на Леру и сжимаю губы.

— Я не отступлюсь, Мира, — тянет Герман.

— Для себя я давно всё решила, — произношу твёрдо. — Ты найдёшь своё счастье с другой. Я не та, которая будет принимать тебя таким какой ты есть. Жаль, что я поняла это по прошествии какого-то времени.

— Ты точно так решила, Мира? — произносит с нажимом в голосе Герман. — Не передумаешь?

— Нет, Герман. Не передумаю, — качаю головой.

— Это из-за Руслана? — своей прямотой обжигает мою кожу.

— Я не стану обсуждать с тобой свою личную жизнь. Мы развелись с тобой. Прими это. Назад нет пути. Прощай, Герман.

– Прощай…

Я заканчиваю с ним разговор на такой ноте. Мне сразу же становится легче. Не вижу смысла давать ему надежду. Пора ему открыть глаза на происходящее. Пусть прячет своё упрямство подальше. Меня не вернуть никаким образом.

Убираю телефон в сумочку.

— И теперь не вернёшься к нему? — спрашивает меня Лера приоткрыв рот.

— Нет. Зачем? Если нет любви, я не стану находиться с таким человеком. Зачем мне себя и его обманывать?

— Заставила бы его слушаться себя во всём, — предполагает Лера, чем вызывает у меня смех.

— Зачем? Я от этого ушла. Хочу, чтобы мои отношения были лёгкими и свободными.

— Такого не бывает, — заключает мама. — Должна понимать, не вчера родилась.

— А я, всё-таки буду верить, что мой мужчина будет рядом со мной собой, а я рядом с ним не потеряю себя.

Думаю о Руслане. Дотрагиваюсь до губ кончиками пальцев, представляя его губы.

— Не бывает, Мира, принцев на белом коне, — с сожалением произносит мама. — Разве что в кино и сказках. В жизни всё гораздо сложнее. На меня посмотри, — показывает на себя руками. — Два брака за плечами и ни один не сделал меня счастливой.

— Так, может попытаться ей стать, — вглядываюсь в её глаза.

— Как я ей стану, Мира? Не смеши меня, — отмахивается мама. — В мои почти пятьдесят только и думать о такой ерунде. Хватит с меня. Отлюбила своё. Теперь ваша с Лерой очередь. Выходите замуж. Рожайте детей. А я буду водиться с внуками.

— Я бы попыталась, мам, — всё же вставляю.

— Да как, Мира? Как я это сделаю? — машет перед собой рукой мама, направив ладонь вверх.

— Просто нужно, я так думаю, разобрать свои ошибки, отпустить обиду, убрать весь негатив из жизни и идти выбранным путём. С лёгкостью, с теплом на душе.

— Я подумаю, — улыбается мама.

— Мне пора. Спасибо за чай и за пиццу, — культурно откланиваюсь.

— Заходи к нам, Мира, — провожает меня мама. — И… Звони мне.

Она поджимает дрожащие губы. Прикрывает их кулаком. На краях век поблёскивают слёзы. Я обнимаю её.

— Хорошо, мам, — шепчу, потому что в горле ужасно щиплет.

— Пока, Мира, — спокойным голосом произносит Лера.

А дома, я долго размышляю о нашей сегодняшней встрече. Долго не могу уснуть, понимая, что мы пошли на сближение с мамой и Лерой. Смотрю в пустоту. Веки начинаю смыкаться.

С утра собираюсь на работу. Вызываю такси. Когда захожу в кабинет дизайнерского отдела занимаю своё рабочее место, поздоровавшись со всеми.

Телефон звонит в сумочке. Вынимаю его, затаив дыхание от подступившей тревоги. Сердце падает вниз, когда на экране высвечивается РУСЛАН.

— Зайди ко мне. Нам нужно поговорить с тобой, — говорит он твёрдо.

На ватных ногах дохожу до его кабинета. Захожу в приёмную. Марина, секретарь Руслана, выдаёт нелепую улыбку. Небрежно собирает бумаги на своём столе.

— Здравствуйте, Мира Павловна, — пресмыкающе здоровается со мной, хотя я не давала никакого повода так обращаться ко мне. Что за интонация? Что за бегающий скользкий взгляд?

Сжимаю зубы и захожу в кабинет Руслана.

Смотрю в его глаза пристально. Выдумываю о чём бы мог быть наш с ним разговор. Он нас? О Работе? Или, о его квартире? Так с ней я закончила работу.

— Садись, Мира, — предлагает Руслан, оторвавшись от ноутбука. Откидывается на спинку кресла. Смотрит на меня внимательно.

Я делаю глубокий вдох и строго смотрю в его глаза. Подхожу к столу переговоров, выдвигаю стул и уверенно опускаюсь на него.

— Прекрасно выглядишь, Мира… Впрочем, как всегда.

Руслан встаёт из кресла. Берёт папку со стола. Обходит стол и подходит ко мне.

— Посмотри, — предлагает он и садится на ближайший ко мне стул.

— Что это? — смотрю в его глаза и с трудом глотаю, вспоминая наш с ним поцелуй.

— Открой и узнаешь, — слегка щурится Руслан, когда произносит низким голосом, стараясь сделать его мягче.

Отвожу от него взгляд. Открываю папку. Цепляюсь взглядом за то, что вижу. Вернее, за проект планировки его квартиры, очень похожий на мой. Изучаю содержимое растерянным взглядом.

— Что это? — быстро оглядываюсь на него и возвращаюсь к папке.

— Это моя работа. Я сам работал над проектом своей квартиры. И интерьер, и перегородки, и зонирование, я распланировал ещё до появления тебя в моей фирме.

С трудом глотаю. Не знаю как мне реагировать на его слова. Смотрю на него шокировано.

— То, что я вижу, очень схоже с моим проектом, — замечаю я тихим голосом.

— Да, Мира. Я сам удивился, когда увидел. Представляешь, как мы похожи с тобой. Изнутри.

— Хм, — реакция отходит в положительную сторону. — Возможно. Зачем ты тогда заказал мне проект?

— Хотел, чтобы ты осталась, — обжигает своим признанием мою кожу. — Я не хотел тебя потерять, как тогда, когда увидел тебя в первый раз в самолёте. Хотел подойти после прилёта и познакомиться. Но, к сожалению, потерял тебя из вида. Мне даже обидно стало. Я пожалел, что упустил возможность знакомства с тобой.

— Помню. Ты сидел не далеко от меня, — слегка улыбаюсь. — Посмотрел ещё тогда на меня, а я в ноутбуке работала.

— Точно. Так и было, — кивает Руслан.

— Тебе ребёнок отдыхать не давал, — приподнимаю бровь. — В спинку сиденья упирался.

— Ты тоже помнишь, — Руслан прикрывает свои карие глаза густыми ресницами и я даже так вижу в них тепло.

— Помню. Только не понимала, когда устроилась к и тебе на работу, почему ты летел в экономе, — вспоминаю я свою озадаченность и тянусь рукой к шее.

— Да, так, билетов не было в бизнесе. Пришлось брать то, что есть. Хотелось пораньше вернуться домой, — опускает глаза Руслан.

— А если правду, — смотрю на него наклонив голову на бок.

— А правда, — он сжимает губы. — Я уступил беременной женщине своё место. Она неважно чувствовала себя. Её хотели снимать с рейса, но она настояла, что обязательно должна лететь. Она утверждала, что не станет рожать, пока мы не приземлимся, — вспоминает он с улыбкой. — Для неё важно было родить на своей родине. В общем, ей пошли навстречу. Да и то, из-за того, что врач рядом был в самолёте.

— Какой ты… — смотрю в его глаза и хочется провести по его щеке. По волосам. По шее.

— Какой? — он берёт мою руку. Прислоняет к губам. Целует каждый пальчик и я покрываюсь мурашками.

— Руслан, — выдыхаю.

— Да, Мира, — целует меня в ладонь и я чувствую пульсацию внизу живота.

— Я сначала думала, что ты из тех, кто пользуется своим положением. Из тех, кто повелевает и приказывает. Чьё слово – закон. Чужого мнения не существует.

— Оказался не таким? — усмехается он, сжимая мою руку в своей горячей ладони.

— Нет, — произношу тихо, но уверенно. — Мне даже стыдно было за своё поведение, когда я впервые пришла сюда.

— А мне ты понравилась, Мира, — смотрит мне в глаза Руслан. — Дерзкая. Смелая. Никого и ни чего не боялась. Я сначала подохренел, со мной никогда ещё так не общались. Потом понял, что ты играешь в какую-то свою игру и мне стало очень любопытно узнать в какую.

— Узнал? — дёргаю бровью.

— Угу, — прикрывает глаза Руслан. — И такой ты мне нравишься ещё больше.

— Руслан. Я работаю у тебя. Ты меня назначил руководителем отдела из-за твоего отношения ко мне? — нетерпеливо смотрю на него. Мне просто срочно нужно знать ответ на свой возникший вопрос, от которого меня бросает то в жар, то в холод.