В какой-то момент я чувствую облегчение и выдыхаю — все трое расходятся по своим местам. Андрей устраивается на стуле рядом со мной, а затем поочередно знакомится со всеми присутствующими.

— О чем вы говорили? — спрашиваю негромко.

— Чтобы он на пушечный выстрел к тебе не приближался, — говорит Гусев со всей серьезностью.

— Плохая идея была прийти сюда, — бурчу себе под нос, но Андрей все отлично слышит.

— Извини, я и понятия не имел, что он может быть здесь. Я тебе больше скажу, я даже не знал, что они знакомы, — хмурится Андрей. — Давай просто попробуем повеселиться, Ника. Это всего лишь один человек из пятидесяти присутствующих.

— Да, ты прав, — быстро киваю и утыкаюсь в свою тарелку. Отправляю кусочек мяса в рот, приковав глаза в наслаждении. — Кстати, мясо тут отменное. Попробуй.

Десять минут спустя на сцену поднимется ведущий и начинает программу. Он с воодушевлением в голосе поздравляет именинника, рассыпаясь в самых наилучших пожеланиях, после чего из-за кулис выезжает огромный торт, величиной с человеческий рост. Из него под громкую ритмичную музыку выпрыгивает жена Тимура, и зал ресторана взрывается бурными аплодисментами.

— У Лики своя танцевальная студия, — говорит Андрей, когда я завороженно слежу за выступлением пятерых девушек во главе с Ликой.

— Сразу видно — она живет танцами, — улыбаюсь я, не отрываясь от представления.

На экране моего мобильного, находящегося на столе, высвечивается имя мамы, и я, быстро схватив гаджет, выбегаю из зала ресторана.

— Мам, что-то случилось? — спрашиваю встревоженно. Я выхожу на большую террасу, с которой открывается поразительный вид на вечерний город.

— Нет, но мы не можем найти зайчика. Я уже весь дом перевернула, — сокрушается мама.

— Мам, — смеюсь я. — Я его постирала и убрала в шкаф.

— Так, одну минуту, — в трубке слышится шум. — И, правда, вот он. Лисенок, смотри!

— Уже готовитесь ко сну?

— Да, через полчасика ляжем спать, — отвечает мама. — Ладно, дочка. Не буду тебя отвлекать. Отдыхай.

— Я скоро приеду.

— Не торопись.

— Я уже соскучилась по Лисенку, так что надолго здесь не останусь. Тем более, появились кое-какие обстоятельства, из-за которых мне бы не хотелось здесь находиться, — я поджимаю губы.

— Не пугай меня, Ника, — почти шепотом произносит мама. — Что снова произошло?

— Ничего такого, о чем тебе бы стоило волноваться, мам. Ладно, я пойду.

— Хорошо. До встречи.

Сбросив вызов, я неспешным шагом иду к парапету и, легонько оперевшись на него ладонью, всматриваюсь в огни большого города. Красиво. Завораживает. Мне кажется, я могла бы часами любоваться этой красотой, гоняя самые разнообразные мысли в своей голове.

Неожиданно за своей спиной я слышу шорох. Приближающиеся шаги заставляют меня обернуться.

— Я так понимаю, обстоятельство, из-за которого тебе не хотелось бы находиться, — это я? — на меня обрушивается насмешливый взгляд Александра.

— Ты следил за мной? — спрашиваю с раздражением в голосе.

— Ты вихрем промчалась мимо меня. Не было выбора, — насмешливо произносит бывший муж, прижимая плечами.

— Какого черта тебе нужно, Саш? — я складываю руки перед собой. Хочу закрыться от него.

Он выгибает одну бровь, будто мой вопрос удивил его. Уваров делает шаг, а затем еще один, не сводя с меня глаз. Бывший муж медленно словно хищник приближается ко мне.

— Хотел убедиться, что все в порядке, Ника. Не более, — хрипло произносит Александр.

— С каких пор тебя волнует моя жизнь? — приподнимаю подбородок и расправляю плечи.

— Ты выглядела взволнованной, а твоего спутника не было рядом, так что… — отвечает просто, скользя по моей фигуре оценивающим взглядом.

— Хватит, Саша! Перестань так на меня смотреть.

— Мне нравится твое платье, — он подходит ближе.

На мгновение мне кажется, что в его глазах я вижу сожаление и даже боль потери. А дело все в том, что это платье мне подарил он буквально за несколько дней до полного краха наших отношений. Мы должны были идти в ресторан на годовщину нашей свадьбы, и я как раз собиралась надеть именно его. Но не сложилось — я узнала об измене, а платье так и осталось висеть на вешалке до сегодняшнего момента.

— Я удивлен, что ты оставила его, — он задерживает взгляд на моей оголенной шее, а затем делает еще шаг и оказывается сбоку.

— Ты меня слишком плохо знаешь. Я не стану отказываться от красивого платья только потому, что его подарил бывший, — фыркаю я.

— Я взял его из-за спины, — Саша игнорирует мои слова. — Решил, что в нем ты будешь ослепительна. И не ошибся.

Он заносит руку и проводит подушечками пальцев по позвоночнику, от чего кожа покрывается крупными мурашками. Спина — одна из самых чувствительных зон, и бывшему мужу это хорошо известно. Я резко разворачиваюсь и почти незаметно отступаю, с вызовом смотря в глаза Саше.

— Оставь свои комплименты для наивных девочек вроде, как ее там… — делаю вид, что пытаюсь вспомнить, но на самом деле это имя не забуду, наверное, никогда. — Лена, Лиза. Хотя какая разница, их у тебя за время нашего брака было столько, что не сосчитать.

— Ее зовут Лиза, — в его голосе слышится насмешка, или мне уже просто мерещится.

— Все равно, — я делаю шаг к выходу.

— Я никогда тебе не изменял, Ника, — его лживые слова доносятся мне в спину. — Ни одного чертова раза!

Я останавливаюсь, замираю. Хочу обернуться, чтобы выплеснуть всю злость и гнев, который испытываю в его адрес, но не делаю этого. Болит до сих пор. Не так сильно, как раньше, но все же болит.

— Но ты решила, что Гусев — более выгодная партия. Хотя нет, за тебя решили твои родители, а ты и была не против, — выплевывает он. — Однажды ты поймешь, что не все измеряется в деньгах, Ника.

Быстрым шагом Саша проносится мимо меня и возвращается в зал ресторана. Оставшись снова наедине с собой, решаю не торопиться. Иду к парапету и, обняв себя за плечи, смотрю на разноцветные огни. Как прогнать мысли о прошлом, если я помню все, как будто это случилось вчера?

Если бы не Андрей, который все время был рядом, я бы, наверное, не справилась. После смерти папы мама ушла глубоко в себя — ей самой нужна была помощь. Несколько месяцев она посещала психотерапевта прежде, чем начать жить заново.

Я всегда интересовалась делами отца, часто помогала ему, поэтому управление корпорацией приняла на себя. Конечно, когда тебе всего двадцать три, очень сложно полностью перестроить свою жизнь и посвятить все самое время изучением бухгалтерии, продаж, закупа и всего остального. К счастью, начальники отделов работали давно и знали всю кухню изнутри. Они-то и помогли мне разобраться во всем и понять, как эта махина работает. Проблема была только в одном — финансовые обязательства, которых накопилось очень много.

Тряхнув головой, избавляю себя от мыслей о том времени. Есть настоящее, прошлое осталось в прошлом. Уже ничего не изменить и не исправить, нужно идти дальше.

Я возвращаюсь на вечеринку. Большая часть гостей отплясывает на танцполе, Андрей сидит за столиком, уткнувшись в свой мобильный.

— Что я пропустила? — веселым тоном спрашиваю я.

— Ничего такого, — он убирает телефон в карман джинсов. — Где ты была?

— С мамой говорила, — отвечаю.

— Все в порядке? — настороженно интересуется он.

— Да. Все хорошо.

— Значит, мы можем немного повеселиться? — играя бровями, говорит Гусев и поднимается с места, переплетая наши пальцы. — Идем.

— Нет, Андрей. Я не очень люблю танцевать, ты же знаешь, — почти хнычу я, отчаянно сопротивляясь.

— Отказ не принимается. Мы ведь на празднике. Давай, идем.

Я встаю с места и иду вслед за Андреем на танцпол, где собрались уже почти все гости. В центре веселится именинник со своей женой, а я незаметно пробегаю глазами по всем присутствующим. Уварова здесь нет — от этого становится проще.

Но ощущение, что за мной наблюдают, возвращается спустя пару минут. Я не оборачиваюсь, стараюсь максимально отключить голову и просто насладиться музыкой.