— Да, — отвечает он, слегка прищуриваясь. — Я открою.

— Да, я займусь блинами.

— Ника, мы еще не закончили, — произносит на выдохе, снова касаясь моих губ своими. — Мне нужна ты.

Он наконец отрывается от меня, а я поворачиваюсь к плите, даже не пытаясь скрыть улыбку. Вернее, не так. Она с момента появления Саши не сползает с губ. Не передать словами, как я счастлива снова быть с ним. Даже несмотря на трудности и проблемы, которых в нашей жизни вполне предостаточно. Как же давно я так себя не чувствовала.

— Доброе утро, Саша, — тихо здоровается мама. — Наш Лисенок еще спит?

— Доброе утро, Марина Павловна. Да, — отвечает Уваров.

— Ника готовит? — в голосе мамы слышится удивление.

— Да. Позавтракаете с нами?

— Я уже позавтракала, но от Никиной стряпни не откажусь, — весело произносит она. — Доброе утро, дочка.

— Привет, мам, — целую ее в щеку. — Кофе, чай?

— Кофе без сахара.

— А тебе, Саш? — спрашиваю я, поворачивая голову в его сторону.

Он опирается плечом на дверной проем и смотрит на меня в упор, чуть заметно улыбаясь. не знаю, о чем он думает в этот момент, но мне бы очень хотелось прочесть его мысли.

— Как себе, — отвечает он.

— Хорошо, — коротко киваю.

Через полчаса мы выходим из дома, и только сейчас вспоминаю, что сегодня я без машины. Вчера нас привез Саша.

— Саш, мне нужно заехать в одно место. Ты поезжай на работу, а я доберусь на такси, — быстро говорю я, открывая приложение в мобильном.

— Нет, — он забирает телефон и убирает его обратно в мою открытую сумочку. — Я отвезу тебя. Куда ехать?

— Саш, мне нужно решить один вопрос…

— Правда? И какой? — щурится Уваров. — Ника, что за секреты?

— Я поеду к Гусеву. Хочу высказать все, что о нем думаю, — говорю о своих планах, на что Саша отрицательно качает головой:

— Одна туда ты не поедешь, — отрезает он. — Этот человек уже угробил твоего отца, я не допущу, чтобы и с тобой по его вине что-то произошло.

Ловлю настороженный взгляд Александра, который говорит гораздо больше слов, и чувствую, как по телу разливается уютное тепло от его заботы. Когда мы были женаты, мне порой не хватало этого. А теперь я смотрю на своего бывшего мужа полными любви глазами и чувствую себя особенной.

— Чему ты улыбаешься, Ника? — нахмурившись, спрашивает он.

— Так, ничему, — пожимаю плечами. — Едем?

— Да, — отвечает Саша, открывая дверь внедорожника.

На парковке офиса Гусева я нахожу его машину. Хорошо. Я переживала, что могу не застать его.

— Приехали, — Саша останавливает автомобиль. — Готова?

— Да.

— Ника, дай мне минуту, — говорит Уваров, утыкаясь в экран своего мобильного. — Нужно сделать срочный звонок.

— Конечно, — облегченно выдыхаю. Эта минута мне действительно необходима.

Мысленно прокручиваю в голове все, что скажу Андрею, а затем выхожу из машины. Я готова. Готова вычеркнуть его из своей жизни навсегда.

— Да, я понял. Отлично, спасибо, — Саша заканчивает разговор и подходит ко мне.

Мы входим в здание офиса и, минуя помощницу Гусева, направляемся в его кабинет.

— Вероника Сергеевна, он занят, — доносится в спину, но ни я, ни Уваров не реагируем.

Саша распахивает дверь и, пропустив меня вперед, входит вслед за мной, вызывая на лице Уварова недоумение.

— Ника, привет! А какого черта тут делает он? — Гусев тычет пальцем на моего спутника.

— И тебе утро доброе, — отвечает Саша.

— Я все знаю, Андрей! — говорю я, подходя ближе. — Как ты мог? Мой отец относился к тебе как к сыну. Ты был вхож в наш дом, тебе всегда были рады. Как ты мог?

— О чем ты говоришь, Ника? — выплевывает он.

— О последних минутах жизни папы. Тебе отлично известны подробности его смерти, — продолжаю уже сквозь слезы.

— Ника, ты с ума сошла?

— Есть доказательства. Теперь тебе не отвертеться, — Уваров в два счета оказывается рядом со мной.

— От чего не отвертеться? — усмехается Гусев. — Вы оба ненормальные. Ника, что с тобой стало? Зачем ты поддаешься влиянию этого мерзавца.

— Лучше держи свой поганый язык за зубами! — рявкает Саша.

— Я просто хочу услышать правду из твоих уст, — не сдерживаю слезы, которые уже неконтролируемым потоком струятся по моим щекам.

— Да какую к чертям собачьим правду! — взрывается Андрей. — Твой отец был для меня близким человеком, почти родственником…

— Не смей мне лгать, — цежу сквозь зубы. — Ты не имеешь права упоминать его имя.

— Ника, уходите! Я больше не желаю слушать весь этот бред, — спокойнее произносит он.

— Почему ты так поступил, я не понимаю? Что плохого мой папа сделал тебе. Они с твоим отцом были лучшими друзьями.

— Как бы не так, — тихо говорит Гусев, но я слышу.

— Я ненавижу тебя! — выкрикиваю я.

Неожиданно дверь кабинета распахивается, и на пороге появляются полицейские.

— Добрый день! Гусев Андрей Иванович? — говорит один из мужчин.

— Это я, — отвечает Андрей, а в его глазах я вижу испуг, который через секунду сменяется ужасом.

— Вам необходимо проехать с нами, — продолжает полицейский, показывая ему бумагу форматом А4, вероятно, ордер на арест. — Ваши права будут разъяснены в участке.

— Я этого так не оставлю, — шипит Гусев, когда полицейские вместе с виновным покидают кабинет.

Я продолжаю тихонько всхлипывать, четко осознавая, что все происходящее — правда. Теперь я понимаю — ошибка исключена. Крепко прижав к себе, Саша опускает руку на мою голову и гладит по волосам до тех пор, пока я окончательно не успокаиваюсь.

— Спасибо тебе, — шепчу я.

— Поедем на работу? — спрашивает он, мягко отстраняясь и заглядывая мне в глаза.

— Да. Поехали.

Александр

Как только я переступаю порог своего кабинета, мобильный оживает. На экране светится имя Лизы, что определенно играет мне на руку.

— Саша, доброе утро! Я с хорошими новостями, — воодушевленно начинает она.

— Привет! Я слушаю тебя, — отвечаю сдержанно.

— Помнишь того поставщика, который наотрез отказывался давать нам цену? — торопливо говорит Лиза.

— Помню.

— Я говорила с ним, он обещал подумать. Час назад его самолет приземлился в Москве. Можем пообедать с ним и вместе обсудить новые условия, — предлагает она.

— Хорошо.

— Тогда увидимся, — мягко произносит Максимова, я же с легкостью распознаю фальшь в ее голосе.

Какими бы неоднозначными ни были наши взаимоотношения с Лизой, я должен признать, что свою работу она выполняла и продолжает выполнять хорошо. Но некоторое время назад я принял важное для себя решение — прекратить все трудовые связи с ее компанией. В этом больше нет необходимости. Тем более, если выяснится, что она солгала мне про ребенка и ту ночь, в чем я почти уверен, то лучше ей и вовсе не попадаться мне на глаза ни при каких обстоятельствах.

Встреча с поставщиком проходит продуктивно, а подписанное соглашение — это результат хорошо проделанной работы. Сразу после того, как наши подписи оказываются на бумаге, он уходит, оставляя нас с Лизой наедине.

— Поздравляю, Саша, — улыбается Максимова.

— Спасибо. Твоя заслуга, — отвечаю я.

— Я рада стараться для тебя, — смущенно выдает она.

— Лиз, может, хватит?

Я откидываюсь на спинку стула и наблюдаю за реакцией, которая последует в ответ на мои слова.

— О чем ты? — напрягается она.

— Вести себя так, будто ничего не случилось, — склонив голову набок, продолжаю я.

— Ты хочешь поговорить об этом? — осторожно уточняет она.

— Да, и не только об этом.

— Тогда начинай, — Лиза уводит взгляд в окно.

— Первое и самое важное, — делаю секундную паузу, — наши рабочие взаимоотношения подходят к концу. Вместе мы больше работать не будем.

— Что? После стольких лет? — ахает она. — Это Вероника тебя надоумила?

— Считаешь, у меня нет своих мозгов, чтобы принять такое решение? — выгибаю бровь в недоумении.