Я повернулась к залу.

Картина взгляду предстала не самая приятная: посетители сидели с округлившимися глазами, кто-то уже встал, собираясь уходить. Официантки жались по углам.

Я сделала глубокий вдох и улыбнулась. Тепло, открыто, как ни в чём не бывало.

— Уважаемые гости, приношу свои извинения за этот неприятный инцидент, — сказала я громко, чтобы слышали все. — Конкуренты совсем спать не могут, покоя им нет. Видимо, мы слишком хорошо работаем.

Кто-то нервно хихикнул. Кто-то облегчённо выдохнул.

— В качестве компенсации за доставленные неудобства, — продолжила я, — каждый столик получит десерт от заведения. Самый лучший, что есть у нас в меню. За наш счёт, разумеется.

Зал оживился. Люди заулыбались, зашептались. Бесплатный десерт — это всегда приятно, особенно когда нервотрёпка уже позади.

Я кивнула официанткам, и они засуетились, разнося угощение.

Сама я отошла к стойке администратора и только там позволила себе выдохнуть. Руки дрожали, сердце колотилось где-то в горле. Я прислонилась к стене и закрыла глаза.

— Шеф, вы гений, — раздался голос Марата. — Я уж думал, всё пропало.

— Рано радуемся, — буркнула я, открывая глаза. — Полиция едет. Надо довести дело до конца.

Полиция приехала минут через двадцать. За это время я успела переговорить с охраной и посмотреть записи с камер. Картинка была чёткая: наш «пострадавший» сидел за столиком, незаметно достал что-то из кармана и ловким движением отправил это в тарелку. Таракан. Настоящий, сушёный, явно припасённый заранее.

Когда в подсобку вошли полицейские, мужик уже не выглядел таким уверенным. Он сидел на стуле, вжав голову в плечи, и явно жалел, что вообще ввязался в эту авантюру.

— Вот, смотрите, — я протянула полицейскому планшет с записью. — Господин собственноручно подбрасывает насекомое в еду. И после этого устраивает скандал, снимает на телефон, угрожает нам СЭС.

Полицейский посмотрел видео, хмыкнул и повернулся к задержанному.

— Комментарии будут?

Мужик дёрнулся, забормотал:

— Так не договаривались же! Мне сказали, что камеры в этот момент работать не будут! Что за дела⁈

Я усмехнулась.

— Кто сказал? Кто вас подослал?

Он затравленно оглянулся.

— Конкуренты… — пробормотал он неуверенно. — Ну, ресторан другой… Я не знаю точно, мне через человека передали…

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри поднимается тошнота. Конкуренты. Конечно. Самое простое объяснение.

Но я не верила.

Слишком уж вовремя случился этот скандал. Слишком удачно — сразу после того, как Раиса Викторовна «заболела» и увезла сына за границу. Слишком профессионально — камеры, трансляция, угрозы СЭС. Наверняка она хотела показать Дмитрию всю мою никчёмность, знала, что он оставит старшей меня. Но ничего не получилось. Камеры действительно не работали несколько дней, но сегодня утром их починили. Об этом Раиса Викторовна ничего не знала… Как удачно и вовремя всё произошло. Мне следовало благодарить волшебные руки мастера, который управился быстро, а не протянул с ремонтом до вечера. Хоть что-то сложилось в нашу пользу. Хоть что-то приятное в этом дне, наполненном каким-то ненормальным хаосом.

Раиса Викторовна там наверняка потирала ладони в предвкушении? Планировала показать «горячие новости» сыну, как только доберутся до места назначения? Что же… будут им горячие… и неожиданные. Я невольно улыбнулась.

— В участке разберёмся, — полицейский кивнул своим. — Забирайте.

Мужика увели. Я проводила их взглядом и почувствовала, как силы покидают меня.

— Шеф, — Марат подошёл и осторожно тронул за плечо. — Рабочий день уже закончился. Может, закроемся?

Я кивнула.

— Закрываем.

Ресторан опустел быстро. Посетители разошлись, довольные бесплатными десертами. Официантки прибрали залы. На кухне погасили плиты.

Я сидела за столиком в пустом зале и смотрела в одну точку. Мысли ворочались тяжёлые, как камни. Раиса Викторовна. Её спектакль с сердцем. Её попытка убрать меня подальше от сына. И этот «конкурент», который на самом деле явно работал на неё.

— Алиса!

Я подняла глаза. В дверях стояла запыхавшаяся Ольга Павловна.

— Я же просила вас не приезжать, — устало сказала я. — Всё уже решено.

— Как я могла не приехать? — она подошла, села рядом. — Мне Марат написал, что вы тут такое отчебучили! Ты в порядке?

— В порядке, — кивнула я. — Устала только.

Из кухни вышли повара. Марат, близнецы, Игорь. Они несли тарелки, бутылки, закуски.

— Шеф, — сказал Марат, ставя всё на стол. — Мы тут подумали… Давайте посидим немного. Расслабимся. Вы заслужили.

Я смотрела на них и чувствовала, как к горлу подступает ком.

— Ребята, вы домой не хотите?

— Домой мы всегда успеем, — отмахнулся Игорь. — А тут такое дело… Шеф в одиночку мужика уделала, да так, что теперь он до конца своих дней будет вспоминать этого таракана с дёргающимся глазом. Надо отметить.

Я невольно улыбнулась.

Они расселись вокруг стола, разлили напитки по бокалам. Ольга Павловна суетилась, раскладывая закуски по тарелкам. А я сидела и молчала, глядя на всё это.

И вдруг меня прорвало.

Я начала смеяться. Сначала тихо, потом громче, потом уже не могла остановиться. Истерический, почти безумный смех вырывался из груди, сотрясал плечи, слёзы текли по щекам.

— Шеф? — испуганно спросил один из близнецов. — Вы чего?

— Я… я не знаю, — выдавила я сквозь смех. — Просто… просто день сегодня такой…

Марат вдруг тоже заржал. Громко, заливисто, от души. За ним — близнецы, потом Игорь, потом даже Ольга Павловна.

Мы сидели в пустом ресторане и ржали, как ненормальные. Смех эхом разносился по залу, отражался от стен, возвращался к нам и умножался.

— Шеф, — выдохнул Марат, отсмеявшись. — И что бы мы делали без такого стойкого шефа? Вы сегодня всех спасли.

Я вытерла слёзы.

— Да ладно. Вы бы и без меня справились.

— Не справились бы, — качнул головой Игорь. — Вы одна умеете так смотреть на людей, что они сами во всём сознаются.

Я улыбнулась. Тепло разливалось по груди, согревая после этого долгого, тяжёлого дня.

— Спасибо, ребята, — сказала я тихо. — Правда. Спасибо, что вы есть.

Мы сидели ещё долго. Пили вкусные напитки, ели закуски, болтали обо всякой ерунде. И в какой-то момент я поймала себя на мысли, что этот день, со всеми его кошмарами, закончился не так уж плохо.

Потому что рядом были мои люди. Моя команда. Моя семья.

Неделя пролетела как один миг. Странное дело — после всего того кошмара, что обрушился на меня в тот злополучный день, жизнь вдруг вошла в спокойное, размеренное русло. Будто кто-то наверху решил: «Хватит с неё испытаний, пусть передохнёт».

И я отдыхала. По-настоящему, душой и телом.

Ресторан работал как часы. Мы с командой настолько притёрлись друг к другу, что понимали всё с полуслова. Марат, который поначалу переживал, что не справится без моего постоянного контроля, теперь уверенно вёл кухню в моё отсутствие. Близнецы — Лёша и Дима, которых я уже перестала путать — научились готовить мой фирменный соус и чуть не подрались за право называться его главными хранителями.

— Шеф, а можно я сегодня буду десерт украшать? — заискивающе спросил Лёша, заглядывая мне в глаза.

— А почему ты? — тут же возмутился Дима. — Я тоже хочу!

— Потому что я красивее!

— Это мы ещё посмотрим!

Я закатила глаза.

— Мальчики, вы оба красивые. Украшать будете по очереди. Сегодня Лёша, завтра Дима. И не ссорьтесь, а то отправлю лук чистить.

Близнецы синхронно вздохнули и разошлись по своим местам.

Игорь, наш мясник, который когда-то считал, что женщине на кухне не место, теперь приносил мне лучшие куски мяса и требовал, чтобы я лично их попробовала. Кухня превратилась в один живой организм, и эта слаженность доставляла мне настоящее наслаждение. Я радовалась, приходя на работу и никогда не задумывалась, что хотела бы поскорее сбежать домой. Наверное, это действительно истинное счастье — найти своё призвание.