Молчаливый гигант наблюдал, как его коллеги медленно передвигаются между зданиями. «Звери» орудовали в основном американским модифицированным магическим вооружением, на свою магию полагались не сказать что сильно, поэтому при их работе вы не услышите взрывы, всплески или гул заклинаний. Нет. В основном вы услышите работу глушителя.

«Пум». «Пум». «Пум». «Пум». Тихие, едва различимые выстрелы прозвучали в пустыне, и четыре демонических тела с продырявленными головами упали наземь, начиная испаряться.

Ведущий в группе махнул рукой, и они двинулись дальше, осматривая каждый угол и передвигаясь в бесшумных зачарованных ботинках.

— Видите? — прошептал оперативник, — Два демона лежат. Не исчезли.

Они зашли в комнату с разрушенным столом. Здесь лежало оружие Зверей, и два демонических трупа.

Странно. Почему не исчезают. Притворяются?

«Пум». «Пум». Два контрольных в голову. И всё равно нет! Не исчезли. Очень странно, ведь где-то здесь и переносили Михаэля. Неужели он? Но откуда у ребёнка такая сила? И что это вообще за сила?

Кто он такой? Или… что?

— Цель обнаружена, — послышался голос снайпера откуда-то сверху, — Поднимитесь на крышу.

Хоук прикрыл глаза, сжал автомат и взял секунду на успокоение. Выдохнул. И вместе с остальными поднялся на крышу единственного уцелевшего здания. Прожектор Алого Солнца сейчас был на противоположной стороне, поэтому у отряда есть ещё пару минут на действия.

Снайпер лежал на позиции и куда-то целился.

— На десять часов от меня.

Хоук взял бинокль и посмотрел.

Там был ребёнок. Он очень аккуратно, можно даже сказать испуганно, передвигался между руинами, высматривая врагов. И если Звери не успели туда продвинуться и полегли от Воплощения, то демонов там было полно. И… некоторые из них действительно были призваны ЧВК.

«Он ведь его сын. Он ведь… действительно его родной сын…», — выдохнул Хоук.

— Не сможем демонологам передать координаты? — спросил глава группы.

— Нет. Мы внутри Воплощения, связь сбоит, даже у демонологов с демонами. Либо выходить за зону аномалии, либо самим за целью идти. Ведь почему-то демоны не чувствуют магического присутствия цели.

— Как и у нас на скане он не отсвечивал, — нахмурился глава, — Ладно. Заряди гаусс и стрельни ему по ногам. Должно оторвать. Доберёмся до него быстрее, чем кровью истечёт.

Хоук перевёл взгляд на командира и лежащего снайпера. Как всегда молча, как всегда уставшим взглядом. Затем глянул в бинокль.

Обычный с виду ребёнок с необычными волосами — золотистыми. Напряжённое, хмурое лицо, бегающий взгляд. На вид первоклашка. Худощав — после комы это норма.

Хоук видел его впервые — не был в группе, которая его переносила. Но даже так понятно, что ребёнок он необычный. А ещё… похож на Марка. Действительно похож.

— Целюсь. Жду пока цель остановится.

Раздался гул заряжаемого гаусса — магического выстрела сильно разогнанного снаряда.

Хоук посмотрел на снайпера. Снова в бинокль.

Мальчишка перебегал между поваленными колоннами, весьма резво — ещё немного, и дойдёт до отца, и тогда его точно не достать.

Но… не дойдёт. До этого ему везло, но сейчас на пути встретились две вавакии, обе от ЧВК. И хоть они его не заметили, но… заставили остановиться.

Хоук убрал бинокль.

Всё решено.

— Есть. Присел. Дистанция семьсот сорок метров. Стреляю по ногам.

Снайпер целится, сжимает спусковой крючок! Секунда на стабилизацию. Задерживает дыхание! Протяжный выдох, и…

«Пум». Тихий выстрел.

Выстрел снайперу в голову.

— ХОУК! — заорал глава, — ТЫ ЧТО ТВО…

Два тихих выстрела из пистолета! Живот, и жертва наклоняется. Голова, и пуля пробивает глазницу! Пам, пам! Главарь падает.

Хоук с разворота швыряет пистолет в последнего, сбивает тому прицел и на ходу вытаскивает нож из-за плеча, вонзая его в шею товарища!

Никто этого не ожидал. Никто не успел среагировать! Не против Хоука — бывшего агента спец отряда Германской Империи.

Как всегда уставшими глазами он посмотрел в глаза умирающего культиста, в которых читался немой вопрос: «Зачем?».

Ответа Хоук не дал. Он не любит говорить.

Труп падает, и двухметровый мужчина остаётся один. Он поправляет разгрузку, убирает нож, возвращает пистолет. Смотрит в бинокль.

И вздыхает:

— Тц. Бл*дство.

Я слышу… я их слышу.

ДА МНЕ МЕТРОВ СТО ОСТАЛОСЬ! Вы смеётесь⁈ Я что, накаркал⁈ Почему их две⁈ Две дебильные вавакии! Стоят прямо на пути, и плевать им на солнце, плевать им на отца поблизости, и на обломки зданий тоже плевать — они достаточно огромные, чтобы иметь хороший обзор!

Ря-я-я, у меня полыхает жопа-а-а!

Да ну чё-ё-ёрт! Ну что за день-то такой⁈ Ну что я сделал⁈

«О чёрт, они идут», — поджимаю губы, лежа за разрушенной колонной, — «Чёрт, они идут!»

Их шаги хорошо слышно. Потому что вавакии, чёрт возьми, ПЯТИМЕТРОВЫЕ ДЕМОНИЧЕСКИЕ ПОЛУДРАКОНЫ. О, они очень тяжёлые, поверьте!

Не, с ними я не справлюсь однозначно. Обратно не смогу уйти — я тупанул, и меня увидят. На месте не отсижусь — идут сюда. Пробежать? Да это риск! Не с моей удачей! Позвать на помощь, авось Храмовники услышат? Их ведь нужно будет как-то дождаться!

«Плохо. Плохо, плохо», — прикусываю ноготь, судорожно оглядываясь.

Руины, руины, руины. О, труп. И дальше пустыня.

Ну чёрт возьми, ну какие военные действия на ближнем востоке в мои шесть лет⁈ Я думал такое только в «Кал оф Дити» стрелялке! Это что, и в реальной жизни бывает⁈ Какой отстой!

— Ч͖у͉ю̙ ̱м͉я̳с͕о̼, — слышу рык.

— Н̦о͔с͎ ͇о͇б̱м̙а͓н͚ы͈в̳а̙е̲т͖ ͉т͙е͍б̝яͅ.̭ ͕М̼ы͈ ̼б̱ы̜ ̟ч̤у͓в̗с̳т̪в̣о͎в̰а̬л̘и̭ ̞с̮и̞г̖н̼а̞т͓у̳р̥у͔.͓

— Л͍ю̯д̮и̤ш͔к͇и͓ ̳м̜о̭г̲у͙т̬ ͚б̣ы̦т̦ь̪ ̲н̬е̺в̻и̟д̪и̤м̯ы̯.̲

— Н̤е͍ ͓р͓е͔б̮ё̞н͎о̹к̰.͈ ̺О͈н̺и̥ ͖с̫л͓а̘б̩ы͕.͉ ͎Т͙у̘п̬ы̖.̜ ̞М̲е̮л̻к̥и̪.̹

— И̱ ̺р̠е͚б͉ё̞н̮о̠к͍ ͍т̝о̫ж̠е͇ ̝м̭о̞ж͙е͇т̼,̖͕-̥ ͎г̹о̬л͕о̮с̜ ̠п̰р̩и̻б͍л̟и̥ж͓а̬л͖с͙я̣.

Бах. Бах. Шаги сотрясали землю. Ху-у-у… так. Так-так-так. Соображаем. Думаем!

«Да что за жизнь!», — я ща истерично засмеюсь.

Сглатываю. Выглядываю. Я вижу тень. Какая она огромная! Это что, его оружие? Похоже на двустороннюю глефу. Почему она размером с моего батю⁈ Да что за абсу-у-урд, я же просто третий глаз хотел, ну как это вышло⁈

Вху…

Вху…

Раз. Раз. Раз два! Действуем на опереже…

— П̙о͖пͅа͖л̦о̙с̫ь̼,͍ ̝м̯я̣с͕о̞, — слышу рык.

Я задираю голову. Там стоял вавакия, и смотрел прямо на меня.

Всё. Меня нашли.

«Ох, чёрт!»

Я резко отскакиваю и уворачиваюсь от одной из четырёх ног, разломивших колонну! Поднимается грохот, пыль, и я вижу два силуэта, бегущих на меня! Резко ухожу в сторону. Наклоняюсь. Вдох, выдох.

Векторное Ускорение!

— Л͍о̖в͇и͎т͈е̰ ̪е͇г̱о̪,͇ ̯м̞е̞л͓о̺ч̪ь̩!̠ — слышу рык.

Тут же из-за угла выбегает какой-то длиннющий, тощий демон, похожий на жука-палочника! Он взмахивает хлыстом, и попадает мне ровно по руке, обвивая её и резко сдергивая с Векторного Ускорения! Я резко падаю на спину!

— Кха! — даже с наномашинами, удар нехилый, и на миг выбило воздух.

Оглядываюсь. Вавакия уже здесь.

Он задирает ногу. Он меня раздавит в фарш! Чёрт. Чёрт! ЧËР…

*БА-БАХ*. Громоподобный выстрел откуда-то издалека, и снаряд с трассирующим следом пробивает одну из ног вавакии, заставляя того завалиться и упасть на три колена.

— ЫА-А! — взревел он от боли, — ЧТО ЗА МРА…

*БА-БАХ*. Выстрел. Прямо в глазницу. Я буквально вижу электрическую трассу, — след от специального выстрела, — влетевший ему в голову.

Демон медленно заваливается.

Я шокировано, выпучив глаза, поворачиваюсь в сторону выстрела. След пропал. Стрелка не видно. Где-то на одной из крыш, наверняка! Но не вижу.

Кто? Мне кто-то помог⁈ Храмовники! Наверняка! Кто, если не они⁈

Впрочем, плевать. Я резко подскакиваю, сбрасываю хлыст с руки, наклоняюсь. Активирую Ритм Геде. Концентрируюсь.